ни рот, ни глаза.
Закатная корона была его величайшим достижением: именно этот прибор был давним объектом его долгих исследований алхимии ситхов; он являлся передатчиком, преобразователем, который работал благодаря Силе, а не электромагнитной энергии. Корона обращала его тренированную волю в сигнал, который напрямую взаимодействовал с уникальной электрохимической структурой плавмассива – и с чужеродными существами, которые использовали плавмассив как физическую форму, пристанище для энергетического поля своего сознания – ровно так же, как нервная система человека локализует и удерживает энергополе человеческого разума.
Кронал применял это устройство, чтобы творить Рабов – этих лишенных рассудка технозомби, которые служили его глазами, ушами и руками. Рабы не только проводили в жизнь его приказы, но и были необходимым трамплином на его пути к собственной трансформации. Каждый Раб был избран на эту роль за свою способность коснуться Тьмы – дар, который невежественные джедаи и ослепленные ситхи называли чувствительностью к Силе. А еще потому, что волю этих Рабов можно было целиком подчинить его собственной через воздействие Закатной короны на кристаллики плавмассива, разросшиеся у них внутри черепа. Настроившись на волны разума Кронала, Рабы не только беспрекословно выполняли его приказы, но и усиливали его собственную взаимосвязь с Тьмой, столь необходимую для совершения окончательного переноса его духа.
Его сознание, пробудив энергию Закатной короны, отныне не было сосредоточено в одном лишь теле, а распространилось вовне. Коснувшись кристаллов плавмассива, из которого состояли каждый туннель, каждое помещение, каждый уголок и каждая трещинка этой обширной базы, его разум заставил кристаллы резонировать на частоте его желаний, уподобив огромный вулкан деке музыкального инструмента. Кронал и его военная база слились в одно; каждое место связалось с определенным участком его мозга, который прежде отслеживал только положение его тела в пространстве.
И тридцать девять его самых чувствительных к Силе Рабов, трудившихся в разных местах базы, вдруг как один бросили свои занятия и заспешили в Зал избрания, где уже лежал Люк Скайуокер, вмурованный в отвердевший камень главного Стола порабощения, а рядом покоился его световой меч, увязший в горной породе.
Сороковой Раб, самый сильный из всех, уже был там – его марионетка Ар Макабр, он же Раб Мрака, неожиданно переживший концовку голодрамы, был доставлен в тот же зал. Когда съемки завершились, Кронал намеревался расследовать, отчего не сработал «выключатель» внутри «короны» Макабра, который должен был убить носителя после ее снятия. Но раз он выжил, до поры до времени было нецелесообразно пускать в расход этого Раба: он обладал большим потенциалом в Силе и стоил десяти других, и поэтому Кронал отдал указание вернуть «корону» Макабра и вновь водрузить ему на голову. Как только он снова станет Рабом Мрака, это существенно ускорит не только взаимопроникновение нейрокристаллов, но и готовящееся переселение духа.
В отличие от обычной процедуры Порабощения, которую досконально проработал Кронал, Скайуокеру не удалили волосы с помощью теплового излучения, не вскрыли череп и не стали вживлять в его мозг кристаллики. Нейрохирургия не годилась для Скайуокера, поскольку не должно остаться никаких шрамов, вызывающих подозрения.
Джедай полностью погрузился в плавмассив, точно был заживо погребен. То есть наполовину заживо: ему вкатили полную дозу танатизина-2, и по меньшей мере в течение часа у него не будет необходимости дышать – вот почему ему не поставили даже дыхательной трубки. А до того как вернется дыхание, Кронал будет направлять свою энергию и восприятие через Рабов, чтобы побудить охвативший тело Скайуокера плавмассив пронзить его кожу тонкими невидимыми иголками живого кристалла. Они будут проникать сквозь поры, через рот, нос, уши и язык, а Кронал с помощью таинственных сил, которые он выпытал у духа древнего царя ситхов, придаст проросшим внутрь тела Скайуокера кристалликам такую же форму, какую придал кристаллам внутри собственного тела – чтобы нервные системы обоих стали подобны друг другу.
А затем колдун Ранда просто закроет глаза и выплеснет свое сознание, точно воду из одного кувшина в другой. Понадобится усилие воли, ведь танатизин-2 оказывал воздействие только на органическую материю и никак не влиял на кристаллическую нейросеть. И уже тогда Кронал расплавит плавмассив на Столе порабощения и буквально восстанет новым человеком. А когда он снова откроет глаза, они будут голубыми.
Он протянет руку, и Сила ответит на его зов, опустив на его ладонь световой меч Скайуокера – нет, теперь уже меч Кронала, – вознеся его из озерца плавмассива. Ибо что такое джедай без джедайского оружия?
А если что-то пойдет не по плану, что ж…
Если что-то все же пойдет не по плану, то последний джедай в Галактике, который для Кронала не представлял почти никакой угрозы, был уже погребен заживо. И все, что понадобится предпринять колдуну Ранда, – это вычеркнуть слово «заживо».
Глава 11
Лэндо стоял у переднего обзорного экрана на мостике «Памяти Алдераана», наблюдая, как эскадрильи А-истребителей, приписанные к крейсеру, зачищают окрестное пространство от остатков перехватчиков, которые еще совсем недавно хищно набрасывались на заградители Новой Республики. Что ж, мандалорцы всецело соответствовали своей грозной репутации… Лэндо кивнул своим мыслям и повернулся к командиру корабля.
– Отлично сработано, капитан, – похвалил он. – Отзывайте все истребители и начинайте поисково-спасательную операцию. И проследите, чтобы владыке Мандалору по прибытии были переданы мои низкий поклон и благодарность, а также срочная просьба оказать мне честь встретиться со мной сразу же, как только ему будет удобно.
Командир крейсера кивнул:
– Как прикажете.
Лэндо повернулся к связисту:
– Откройте мне защищенный канал связи с коммандером Антиллесом из Разбойной эскадрильи.
– Генерал, в подпространстве сильные помехи…
– Ладно, – вкрадчиво ответил Калриссиан с любезной улыбкой, в которой однако не было и тени дружелюбия. – Благодарю, что поставили в известность, а теперь откройте защищенный канал связи с коммандером Антиллесом.
Офицер сглотнул и снова уткнулся в свою панель связи:
– Слушаюсь, сэр.
– И как только вы его откроете, – быстро добавил генерал, внезапно приняв какое-то решение, – сообщите ему, что я буду ожидать его на седьмой палубе ангара для истребителей.
– Да, сэр…
– Скажите ему, что я буду ждать, и напомните, что ждать я не люблю. И пусть владыка Мандалор будет в курсе, где мы.
Лэндо развернулся и устремился к турболифту. Ткнув пальцем в C-3PO, который приткнулся к служебной панели и незаметно подслушивал разговор, он распорядился:
– Ты. Пойдешь со мной.
– Я? Правда? Но ведь, генерал Калриссиан…
– Сейчас же, – приказал он.
– Это было немного грубо, не так ли? – пробормотал дроид, но тем не менее зашаркал в сторону турболифта, едва поспевая за начальством. – Пожалуйста, генерал Калриссиан, если вы не против,
