Приходил, сразу мылся и только потом приближался к Зарете. Словно пытался оградить ее от всего, что случилось днем. От всего, что видел и делал.
Любимый не рассказывал Заре, чем именно занимался. А она не допытывалась. Понимала, что Верховный поступает так, как нужно. А с ней, вечерами, за стенами их дома, в их постели — совсем не Верховный, а ее любимый Тим. Ее мужчина. Ее истинный и единственный.
И сегодня — не исключение.
О том, что Тихомир уже прибыл домой вместе со своей свитой, Заря узнала сразу же, стоило всему картежу пересечь ворота на границе владений усадьбы.
Заря тут же помчалась греть ужин. Ну, как, помчалась. Потопала вразвалочку. Потому что хоть срок беременности и был небольшим, а чувствовала себя Зарета авиалайнером, и здесь не до беготни было.
Зарета слышала, как Тихомир почти бесшумно оказался в доме, прошел до ванной комнаты на первом этаже, и дом вновь затих.
А Заря поняла, что ей нужно быть рядом. Нужно, и все.
Потому, включив духовку, девушка торопливо двинулась на шум воды.
Дверь в ванную комнату была приоткрыта. Тихомир стоял за стеклянной стеной, опустив голову, упираясь руками в плитку и расставив ноги.
Сквозь запотевшее стекло Заря любовалась своим умопомрачительно красивым мужем. А он повернул голову и посмотрел на нее.
Зарета молчала. Видела в янтарном взоре, что сегодня, наконец, спустя долгих три месяца поисков, есть новости.
— Нашли? — одними губами прошептала Заря.
Тим прикрыл глаза. Отвернулся.
Заря торопливо залепила рот ладонями, боясь предположить самое ужасное.
Но ведь… Женя только сегодня звонила! Она бы почувствовала! Обязательно знала бы, если бы с Радмиром что-то…
— Он стал другим, — горько произнес Тим и с размаху ударил кулаком в стену.
В плитке появилась дыра приличных размеров, а Заря всхлипнула. Поняла, что слезы катятся по щекам. Ринулась вперед, под теплые струи. Обняла любимого за талию, прижалась к спине, уткнулась носом между лопаток.
Тихомир одной рукой накрыл тонкие ладошки.
— Радмир жив, и это главное! — прошептала Заря.
Тихомир промолчал, прикрыв глаза и запрокинув голову.
Вода била в лицо. За его спиной стояла любимая женщина, мать его детей, его избранная и истинная пара. Его хрупкая и нежная, но невероятно сильная и несгибаемая нимфа.
Он мог бы сдвинуть горы, мог волной силы убить противников, а те даже не успеют толком понять, что произошло. Мог «поковыряться» в мозгах любого хищника. Мог то, о чем Заря даже не представляла. Он не просто Верховный, он — монстр. И он легко оправдывал это звание.
Но одного он не смог. Не смог уберечь брата от рабства. А ведь дал себе слово, еще тогда, много лет назад, в юности, что будет заботиться о братьях.
— Я тебя люблю! Люблю тебя! — шептала Заря вновь и вновь. — Буду рядом с тобой всегда! Всегда!
Тихомир горько усмехнулся. Но становилось теплее от нежного шепота и смысла слов, которые он ощущал кожей.
— Конечно, будешь, — негромко произнес Тихомир, выключил воду и повернулся лицом к жене, — Я ведь твой. Всегда найду тебя. По твоим следам пойду.
— А я не собираюсь убегать, — сквозь слезы хмыкнула Зарета, а руками повела по широким плечам, груди, спине. — Это тебе не сбежать от меня. Я ведь нимфа! А с нами шутки плохи.
Тихомир хохотнул. Нет, она не нимфа. Она — ведьма. Пленила его. Присвоила. А он мечтает всю жизнь провести под каблучком этой девчонки. Это он за стенами дома Верховный, а здесь — самый настоящий подкаблучник. И испытывает невероятный кайф от этого. Но и Заря не перегибает.
Легонько подтолкнув любимую, не убирая своих рук с тонкой талии, Тим вышел из душевой кабины. Заря уже не плакала. Да и ему самому стало немного легче. Права девочка, главное, Радмира нашли. А со всем остальным они справятся.
Заря улыбалась, глядя на то, как меняется выражение глаз хищника. И прочла все его мысли. И вдруг перед ней уже не шикарный мужчина, а удивительный, огромный волк черного окраса. Массивная морда ластилась к ее рукам, требуя ласки, внимания и почесать за ушком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Заря взвизгнула, когда мокрый нос коснулся ее щеки, а шершавый язык принялся стирать капли воды и слезы. Девушка уже не плакала, да и настроение Тима изменилось. Казалось, все проблемы и невзгоды смыло вместе с водой, или же Верховный оставил их за порогом их уютного, немного изменившегося за последние месяцы гнездышка.
Дом стал больше. Тим распорядился отстроить еще один этаж, с игровой комнатой для детей, спальнями, как детскими, так и гостевыми, и увеличил гостиную, где был камин. Теперь можно было проводить уютные семейные вечера, если вдруг приезжали Казаковы или Дим. А частыми визитерами были родители Тихомира. Пусть Вольнов не до конца и простил всех проколов отца, а виделись они теперь гораздо чаще. По крайней мере, с матушкой он держался гораздо теплее, чем прежде. После душа Тихомир утянул Зарю к камину.
— Ты наверняка голодный! — спохватилась девушка, а волк аккуратно перехватил острыми клыками край длинного халата, в который укуталась Заря после душа.
Нимфа поняла, что ужин потерпит, а вот Тим — нет. Потому и прижалась к мохнатому боку, послушно устроилась рядом прямо перед камином, где весело потрескивал огонь.
Волк уложил массивную морду на девичьи колени, прикрыл глаза, наслаждаясь мягкими прикосновениями хрупких и любимых пальцев.
Он не хотел огорчать Зарю подробностями результатов поисков Радмира. Но и не мог не думать об этом. Потому и перекинулся в волка, чтобы случайно не проболтаться. Завтра Заря сама все увидит, а пока…
Зарета негромко рассмеялась, когда на ее коленях вместо массивной морды опасного хищника оказалась голова ее любимого мужчины.
Вольнов так и продолжил лежать, уткнувшись носом в ее аккуратный живот, в котором росли малыши. Крепкими руками мужчина осторожно и бережно обнимал Зарю за талию и бедра. Всей грудью вдыхал тонкий аромат свежей травы и леса. Не мог до сих пор надышаться этим запахом. Каждый раз, уходя из дома и оставляя свою малышку, Тихомир словно вырывал часть себя. А возвращаясь — вновь становился цельным. Словом, не жил он без своей хрупкой и нежной нимфы.
Да и не сможет никогда. Без нее — ни минуты.
Зарета задумчиво перебирала черные, точно ночь, волосы, запуская в них пальцы и слегка массируя кожу. А Тим самым натуральным образом начал урчать, походя на огромного кота.
Постепенно тонкие и ласковые пальцы переместились на шею и плечи. А сильные и настойчивые ладони нырнули под мягкий халат.
Урчание ласкало слух Зари, а мужские губы прижимались к чувствительной коже, разжигая пожар в крови нимфы.
— Удобно сидеть? — пробормотал Тим, когда халат, не без его стараний, сполз с покатых плеч, слегка приоткрыв пополневшую грудь.
Заря кивнула. Да, вот в таком положении, когда позади мягкий диван, а под попой — пушистый ковер, было очень удобно. Да даже если бы Заря сидела сейчас на бетонной плите, не заметила бы неудобств. Потому что ее любимый мужчина рядом, обнаженный и невероятно красивый.
Однако Тихомир все же подхватил ее и усадил на диван, а сам устроился на полу, меж ее разведенных ног. И настолько эта поза была порочной, что Заря покраснела. А ведь чего краснеть, если она замужем уже несколько месяцев?
Но все равно, смущалась Вольнова довольно часто. И да, всерьез полагала, что Тихомир намеренно вгоняет ее в краску. Вот как сейчас…
Тим жадным взглядом окинул картинку, представшую перед ним: хрупкая нимфа в белоснежном распахнутом халатике, который уже ничего не скрывал. Полная грудь с темными сосками, напряженными и молящими взять их в рот. Аккуратный животик, в котором росло потомство волка. И, как вишенка на торте, — влажные, открытые для него розовые складочки.
Тим плотоядно облизнулся, встал на колени перед всем этим безобразием и качнулся вперед.
— Ужин остынет! — предупредила Зарета, прикусила ставшие вмиг сухими губы, а ее руки вновь зарылись в темные, мокрые после душа волосы на затылке Тихомира.
