Думаю, подобные моменты полного погружения в то, что происходит здесь и сейчас, бывали и у вас. Остается научиться делать это усилием воли, ведь такое умение – ключ к сверхдостижениям. И это очень просто: разделите всю массу дел на отдельные «кусочки» и каждый момент сосредоточивайтесь только на одном из них.
Сфокусируйтесь на несфокусированном
Это под силу даже детям, в том числе и с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). В этом убедилась Мэри Кирк Каннингем, с которой судьба свела меня в 1995 г. К слову, Мэри входила в десятку рекордсменов по спортивной ходьбе на 10 км среди женщин. Она просила меня помочь ей и ее подругам по сборной в подготовке к стартам на Олимпиаде-1996 в Атланте. Я регулярно занимался как со всей командой, так и с Мэри индивидуально. Занятия проходили на редкость увлекательно, и, главное, результаты были налицо. Как-то раз Мэри пожаловалась, что ее заботит еще кое-что. Она работала учительницей младших классов муниципальной школы Арлингтона, и каждый день ей приходилось иметь дело с 25 восьми– и девятилетними сорванцами. Если на уроках ей еще удавалось кое-как поддерживать дисциплину, то в конце дня переполненные впечатлениями ребята делались совсем неуправляемыми и буквально ходили на головах. А сборы домой, когда ей стоило массы сил и нервов добиться, чтобы они оделись, собрали свои вещи и расселись по автобусам (желательно по своим!), и вовсе стали для Мэри каждодневным кошмаром. Вдобавок в классе было несколько детей с диагнозом СДВГ, и они исправно вносили свою лепту в общий кавардак. Им она старалась уделить побольше внимания.
В общем, заключила Мэри, начальная школа – не то место, где дети реально могли бы сосредоточиться. Я решил ей помочь, и вот что она сделала по моему совету. Когда начинались сборы домой, т. е. когда уставшие за день ребята должны были делать несколько дел сразу, Мэри просила их сосредоточиться на самом важном для них событии дня – плохой оценке, ссоре или драке с одноклассником, будущей контрольной. Получив пищу для размышлений, дети притихали. Для них это была отличная возможность поупражняться в решении своих проблем «по одной за раз».
Когда приходило время рассаживаться по автобусам, Мэри напутствовала своих подопечных другой просьбой: обдумать, какое событие дня было самым ярким и заслуживает того, чтобы рассказать о нем дома. «Куда девались обычная толкотня и гомон? Никто не носился, не шалил, и по глазам ребят я видела, что каждый мысленно пролистывает прошедший день, выбирая самое запоминающееся», – рассказывала Мэри. Родители сразу почувствовали перемену и радовались, что теперь их дети больше не отмахиваются от вопроса, что было в школе, бездумным «Ничего особенного», а с удовольствием делятся впечатлениями. Так третьеклашки Мэри как будто мимоходом освоили искусство «быть в настоящем».
Если присмотреться, то и наш рабочий день в чем-то очень схож со школьным: та же постоянная смена «декораций», беготня туда-сюда, куча неотложных дел, разговоры, переговоры, разъезды. Достается всем, какую профессию ни возьми.
Понятно, что многие в отчаянной попытке сосредоточиться на наиболее важном стараются побыстрее разделаться с текучкой. В итоге день проходит в бесцельной суете, а времени на то, чтобы сфокусироваться на главном, так и не остается. Не помогают ни писаный-переписанный список неотложных дел, ни понукания начальства, ни собственные жалкие попытки «разорваться». Руки опускаются, мы раздражаемся и проклинаем все на свете. Послушайтесь моего совета:
не пытайтесь реорганизовать свою работу, лучше реорганизуйте свой фокус внимания.
Не заглядывайте вперед, не угнетайте себя мыслями о трудоемком проекте, который предстоит сдать только через месяц, не думайте о груде дел, запланированных на сегодня (с тихой покорностью, как ожидала Мэри ежевечерней пытки, когда дети собирались разъезжаться по домам). Лучше примириться с окружающим вас хаосом, и пусть он станет тем толчком, который поможет вам сфокусировать внимание.
Некоторым я рекомендую даже увеличить хаос и неразбериху на работе, потому что именно это подстегнет их зациклиться «на настоящем». Какой бы суетной и шумной ни была обстановка на рабочем месте, мозг перед лицом необходимости быстро выдать результат сам сконцентрируется на главном. Хороший пример – репортер, который лихорадочно строчит свою заметку под дамокловым мечом истекающего срока сдачи в номер, в гуще редакционного гама, беготни и трезвонящих телефонов. Он уже не подбирает слов и не гонится за красотой слога, а думает только о том, чтобы вовремя сдать материал. Особенно тем, кто теряется перед грудой дел, я настоятельно советую попробовать мой метод: в каждый момент сосредоточиваться на одной и только одной задаче (чем она конкретнее, тем лучше) и не беспокоиться о результате. Вот увидите, и время пролетит незаметно, и груда дел растает без следа, и к концу дня вы почувствуете себя победителем. Более того, практикуя такой подход, вы вдруг заметите, что ваши результаты существенно улучшились! Как у Тайлера Хэмилтона.
Ну вот, теперь вы понимаете, что такое «быть в настоящем». Обучая искусству концентрации во времени, я тем самым подвожу вас к сверхдостижениям. Но это еще не все. Не менее важна концентрация в пространстве. В следующей главе вы узнаете почему. И поймете, почему после вашего звездного часа на вопрос, о чем вы думали, в лучшем случае вслед за многими выдающимися исполнителями отделаетесь избитым «Ни о чем». И научитесь, делая дело, думать – вернее, «не думать» – совсем как они.
9. Что такое «выцеливание»
Последние четыре года я работаю с теннисной сборной Университета Райса. Моя задача – научить юных теннисистов правильно мыслить. Они уже знают, как важно «быть в настоящем», и под моим руководством осваивают искусство полной концентрации внимания. Чтобы облегчить им задачу, я рекомендую перед каждым ударом «выцеливать (т. е. ловить на прицел) мишень». Сначала они никак не могли взять в толк, о какой мишени я говорю. Будь например это гольф, стрельба из лука, футбол или баскетбол, все было бы понятно: есть конкретное место, куда нужно целиться, хоть стрелой, хоть мячом. А теннис – совсем другое дело; его идея – послать мяч через сетку, и желательно так, чтобы соперник не смог его отбить. Это-то, объяснил я, и есть камень преткновения для многих теннисистов: они сосредоточиваются на технике и силе ударов, но сами удары не прицельны, вернее, направлены на достаточно большие участки корта (в зону подачи, к задней линии и т. д.). Для мозга такая цель слишком неконкретна, оттого и удар, даже мощный, не приносит желаемого результата. Мозгу, чтобы он работал с максимальной эффективностью, нужна конкретная мишень, сфокусированная в пространстве, скажем определенная точка корта размером не больше теннисного мячика. Если теннисист направляет каждый удар в конкретную цель (мишень), его игра заметно улучшается.
