В общем, вам выбирать – хотите ли вы держать свою уверенность при себе, делясь ею только с близким кругом, или выставлять напоказ. Том Хэнкс и Опра Уинфри предпочитают первое, Мадонна и Дейон Сэндерс, особенно в молодости, – второе. На самом деле уровень веры в себя у них одинаковый, вся разница в том, как она проявляется.
Что до настоящей гордыни или, как ее называют, социального высокомерия, то это означает ставить себя выше других в принципе, огульно считая всех ниже себя. Уверенность в себе не имеет ничего общего с вашей ценностью как человека, равно как и со сравнением себя с другими.
Вот, собственно, и все, что мне известно о том, как устроены мозги у лучших из лучших. Все выдающиеся карьеры построены на одном и том же джентльменском наборе, который включает веру в себя, как у Дейона Сэндерса; преданность делу по принципу «все яйца – в одну корзину!»; «несбыточные», как у Йоги Берры, мечты убедить всех смотреть на мир вашими глазами; умение действовать тем успешнее, чем выше ставки. И еще – способность в момент решающей схватки (когда на кон поставлено все) отрешиться от волнения, опустошить голову от мыслей и полностью довериться себе и своей «внутренней белке». Такова выведенная мною модель сверхдостижений. Дерзайте!
Самое трудное здесь – освоить мышление в режиме полного доверия себе. На это нужны время, воля и упорные тренировки.
От многих клиентов я слышу: «Ну хорошо, с моделью мне все ясно, но как это сделать на практике? Подскажите нужные шаги!» Всем я говорю одно и то же: «Не могу. Не знаю. Этого никто не знает, только вы сами!» И действительно, я сделал все, что мог: разработал модель, объяснил каждый ее компонент, показал, как работает голова у лучших из лучших, чьими достижениями восхищается мир. Теперь дело за вами: переформатировать свои мозги придется вам – в конце концов, вы знаете их лучше, чем я. Если вы твердо решили встать в ряд лучших и поняли, что такое мыслить экстраординарно, то не будете дожидаться, пока я за ручку поведу вас к сверхдостижениям. Единственный секрет —
важно не то, что вы делаете, а то, как вы делаете.
В этом я вам помогу. Начинайте учиться мыслить, как Кламмер, Расселл, как Делл и Брэнсон, как Сэндерс и Дойч. А чтобы настроиться, читайте вторую часть этой книги. Там я привожу несколько руководящих принципов, позволяющих повысить эффективность экстраординарного мышления и превратить его в удовольствие и радость – прежде всего в сфере работы. Взбодритесь, вы уже на пути к новым полезным и продуктивным привычкам, а сверхдостижения – вот они, в шаге от вас…
Часть II. Шаги к сверхдостижениям
8. Заключать миллиардные сделки – по одной за раз
Это случилось в 2003 г. на Тур де Франс, самой престижной велогонке мира и самом суровом испытании на выносливость. 6 июля за 500 м до финиша первого тура испанский гонщик Энрике Гутьеррес при попытке проскользнуть через узкий просвет в пелотоне спровоцировал массовый завал. Американец Тайлер Хэмилтон, капитан команды CSC Tiscali, на скорости 30 миль в час перелетел через руль, плашмя грохнулся на асфальт и получил двойной перелом правой ключицы.
Такой перелом на шесть недель уложит в постель даже привычного к травмам спортсмена-экстремала. Сломанную ключицу невозможно зафиксировать в гипсе, и пока не срастется, она болезненно отзывается на малейшее движение; даже кашель и тот причиняет невыносимую боль. Но на следующий день Хэмилтон вышел на старт второго тура – в корсете и с плотно замотанным бинтами плечом. Его велосипед в три слоя обложили амортизирующими прокладками, чтобы неровности трассы меньше отдавались в больное плечо, ведь впереди было более 2000 миль ухабистых сельских дорог Франции. Боялся ли Хэмилтон, преодолевая второй этап и все последующие, свалиться еще раз? Ничуть. У него и мысли такой не возникало, он думал только о том, как проехать очередную милю. Гонщик знал, что команде нужен ее капитан, о чем еще тут было рассуждать?!
Спортивных аналитиков поразило мужество Хэмилтона. Они заключали пари, сколько он еще продержится, ведь на горных этапах боль станет и вовсе невыносимой. В Альп д’Юэз, на почти отвесном подъеме с дистанции сходят 22 здоровых, полных сил гонщика. А что же Хэмилтон? А Хэмилтон держится и крутит педали как заведенный. И догоняет своего соотечественника и вечного соперника Лэнса Армстронга, фаворита гонки, которому предрекают пятую победу в «Большой петле». Спустя две недели Хэмилтон все еще на трассе. Вот он катит в одиночестве, уйдя в отрыв от каравана на сложнейшем горном участке Пиренеев длиной 197 км с подъемом почти на 1000 м, и выигрывает этап, впервые в жизни! Он перемещается в генеральной классификации на шестое место.
Поползли слухи, что травма Тайлера Хэмилтона – симуляция, хитрая уловка, вроде той, на которую пустился в 2002 г. Армстронг, чтобы получить преимущество. Но – нет, врачи CSC Tiscali демонстрируют на французском телевидении рентгеновские снимки ключицы Тайлера, и там отчетливо виден V-образный перелом. Превозмогая зверскую боль, Тайлер Хэмилтон завершает гонку четвертым! Он уступает победителю Армстронгу каких-то 6 мин 17 с! Такой беспримерной стойкости еще не видывала история спорта, да только Хэмилтон и не думал кого-нибудь поразить. Он собрал волю в кулак и делал то, что от него требовалось, хотя от боли так скрежетал зубами, что почти стер их, – потом ему пришлось поставить 11 коронок.
На сакраментальный вопрос, как это ему удалось, Хэмилтон отвечал: «Надо было ехать, и я ехал, день за днем». Вот, думается мне, самый ценный урок этой поразительной истории. Те, кто жаждет сверхдостижений, пусть поучатся у Хэмилтона способности к сверхконцентрации. Все 24 дня, что продолжалась гонка, он был всецело сосредоточен только на своей насущной задаче – крутить педали. И больше ни на чем. Как сказали бы психологи, спортсмен был «полностью погружен в настоящее». Благодаря этому человек, у которого даже простое рукопожатие вызывало на лице гримасу боли, не просто продержался в самой важной для своей карьеры гонке, но и едва не потеснил признанного фаворита Армстронга. Экстраординарная способность к концентрации – вот секрет сверхдостижения Тайлера Хэмилтона.
Многие ли способны до такой степени сконцентрироваться? Уверяю вас, нет. Интенсивная работа мозга, цепкие тиски самосознания не дают ни на секунду отрешиться от окружающего. А бывает, над нами довлеет хаос повседневной жизни, и мы разрываемся, не зная, за какое дело взяться. Все силы мы бросаем на то, чтобы «разгрести кучу», устранить помехи, которые, как нам кажется, мешают сосредоточиться на главном. Мы требуем, чтобы нам уменьшили нагрузку или облегчили график, не понимая, что этим сами лишаем себя способности к исключительной концентрации.
