пригласили местного шеф-повара провести для нас мастер-класс. Мы ждали гостей из соседней начальной школы, которые хотели послушать истории из жизни овощей. Первоклассники собирались явиться в костюмах пчел и с зубными щетками, и мои ученики должны были учить их технике опыления. К нам даже приходили из частной и престижной школы Кэлхоун в Верхнем Вест-Сайде, где учителя тоже пытались экспериментировать с зеленым учебным планом для привлечения учеников. Пришло так много народа, что люди не помещались в классе и заполняли коридоры. Спрос на нашу продукцию был высок, и ученики набили коробку от обуви выручкой более 2000 долларов наличными.
Несмотря на то что мои ученики разрекламировали событие по всему району, расклеив собственноручно сделанные объявления, никто не ожидал такой большой толпы. Ребята надеялись собрать долларов триста. Честно говоря, я считал даже эту цифру излишне оптимистичной и опасался, что нас ждет провал. Сенатор появился в самый разгар хаоса.
«Здравствуйте, сенатор! Рад вас видеть, прошу», – поздоровался я и провел его в класс.
Ривера поспешил за мной, несколько обескураженный происходящим. Он походил на хорошего футболиста – здоровенный парень, косая сажень в плечах, безупречно и тщательно одетый, с сияющей бритой головой и лицом младенца. Я не до конца понимал, какое впечатление создалось у сенатора, поэтому отвел его в соседнюю комнату, где собрались в ожидании взрослые люди в поношенной одежде.
«Подождите здесь», – сказал я и скрылся.
Через мгновение я вернулся со стайкой галдящих первоклашек. У них были бейджики с именами в форме различных овощей, пчелиные крылышки, пришпиленные сзади к футболкам, и усики-антенны на головах. «Пчелки» приветственно замахали родителям.
«Эй, ребята! У меня есть для вас сюрприз, – сказал я и посмотрел на несколько обеспокоенного Риверу. – Познакомьтесь с сенатором!»
С этими словами я оставил политика наедине с пятилетними малышами. Это не было привычной для него аудиторией, но, к счастью, помощники подсказали ему вопросы, которые можно задавать детям, например: «Какие овощи ты любишь больше всего?» Когда я вернулся спустя некоторое время, Ривера пожал руки всем родителям и признался в полном отсутствии опыта общения с подрастающим поколением. «Заметно, что у меня нет детей?» – спросил он с обезоруживающей улыбкой.
Я спас сенатора и повел его по классу, вкратце знакомя с нашей программой. Я пытался объяснить все преимущества «съедобной» классной комнаты и рассказал, как эта идея изменит систему государственного образования, если мы сможем распространить ее в школах.
Я рассказывал и рассказывал, когда сенатор внезапно схватил меня за руку и сказал: «Стивен, стойте! Я вижу, что у вас миллион идей, но понимаю едва ли половину из того, что вы говорите». Я вспомнил совет, который мне дала Мейджора: не вываливай на человека ушат информации сразу.
Тогда я перевел дыхание и начал сначала. Теперь я пытался конкретнее говорить о взаимосвязи растениеводства и построения более здоровой среды в районе. Сенатор понял меня. Ривера представлял округ с самыми ужасными показателями здоровья во всем Нью-Йорке и, конечно, жаждал изменить ситуацию. Он полностью поддержал меня и обещал, что наши дороги еще пересекутся.
Прежде чем уехать, Ривера нашел время, чтобы пообщаться с моими старшеклассниками. Он трудился на совесть. Я наблюдал, как он разговаривает с каждым учеником, глядя ему в глаза, пожимает руки и говорит: «Привет, я сенатор твоего штата. Я работаю для тебя». Мои ребята были поражены. Они никогда не встречали «слугу народа», который работал для них. Этот парень мог переходить с английского на испанский на полуслове и разговаривал с подростками без намека на высокомерие. Он быстро нашел общий язык со всеми, расспрашивая и рассуждая о музыке, моде и проблемах района.
«Помните, Стивен, – сказал он мне в дверях, – нам нужна бюджетная и воспроизводимая программа».
Хотя я использовал все возможности, которые предоставлял наш зеленый класс, но не был до конца удовлетворен технологией. Зеленая стена все-таки не совсем идеально вписывалась в учебный процесс. На самом деле мы начали переделывать и улучшать первую зеленую стену почти сразу, как только собрали ее.
«Дамы и господа, у нас проблема, – объявил я в начале урока. – Школьные смотрители сердятся на нас».
Все учителя прекрасно знают, что нужно сохранять хорошие отношения с техническим персоналом. Мне очень не хотелось, чтобы после наших практических уроков оставалась грязь, которую кто-то должен был убирать. Но именно так все время и получалось. Первый раз, когда мы поливали нашу зеленую стену, часть почвы вместе с водой вылилась на пол. Когда пришли ночные уборщики, я попросил их ничего не трогать, чтобы дети могли сами навести порядок.
Ученики разозлились. Накануне они чувствовали себя великими изобретателями, собирая и засаживая растениями зеленую стену. Теперь им приходилось делать грязную работу. Я раздал губки и тряпки и попросил учеников подумать, пока они убираются. «Посмотрите, нам приходится мыть пол после каждой поливки, правильно? Но мы не можем не поливать, иначе растения погибнут. Как вы думаете, откуда эта грязь?»
Мои ребята были поражены. Они никогда не встречали «слугу народа», который работал для них.
«Гравитация!» – выпалил один мальчик, определив самую суть проблемы. Поскольку та первая стена стояла под 90-градусным углом к полу, вода быстро стекала вниз, вымывая по дороге и почву.
«Ребята, как нам побороть гравитацию?» – задал я им задачку.
Тогда все начали анализировать конструкцию стены, вместо того чтобы ворчать из-за уборки.
Мы поставили эксперимент. Насколько можно наклонить стену, чтобы она не опрокинулась? Даже те дети, которые не могли разобраться в углах наклона на алгебре, теперь все поняли. В поисках решения мы сделали несколько набросков и эскизов. У нас никогда не было недостатка в вариантах.
«Давайте поставим эту штуку на колесики», – предложил Джонатан на следующий день.
«Зачем?» – поинтересовался я.
«На колесиках мы сможем ее передвигать! – объяснил он. – Это такая прикольная штука, всем захочется ее увидеть. И мы можем всем показать, чему научились».
Другой ученик поддержал Джонатана: «Да, мистер Ритц, вы же хотите, чтобы мы показали свои успехи, правда?»
«Точно». Я улыбнулся, услышав, как он повторяет мою любимую присказку. «Здорово! Какие они молодцы, – подумал я про себя. – Они тоже хотят изменить обучение и повлиять на всю отрасль экологических технологий».
Выбор подходящих колесиков повлек за собой другие проблемы. Наши колесики не должны были портить пол. Нам нужна была стена, которую можно легко передвинуть в другой угол, но достаточно устойчивая, чтобы не перевернуться в этот момент. Должны ли колесики поворачиваться и нужен ли им стопор? Мы набрали самые разные образцы, чтобы экспериментировать и анализировать.
В конце
