короля.
Дарио не ответил. Король повысил голос.
— Дар, полгода прошло. Я предъявляю права на Велию и забираю её себе. Мы втроём немедленно отправляемся в грот Истока!
— У меня есть право, — перебил Дарио. — Я потребую оставить Велию мне.
Я чувствовала, как немеет моё лицо, превращаясь в безучастную маску.
И при этом в душе поднималась буря.
Почему-то при одной мысли, что мы с Дарио расстанемся и перестанем быть мужем и женой, разрывалось сердце. Почему? Прошло всего полгода. Я и замуж-то не хотела. Откуда это страшная тоска? Я успела привязаться к Дарио?
Я перевела взгляд на короля. Несмотря на то, что я не видела его два месяца, меня придавило его властной силой, едва я вошла в комнату.
Теодоро был одет легко, тёмно-синий походный костюм плотно обхватывал его высокое мощное тело, белоснежные волосы доходили до плеч, мужественное лицо хмурилось, чувственные губы были поджаты.
Я осознала, что смотрю на губы короля и представляю, как властно они накроют мои губы. Почему-то я была уверена, что целуется он жёстко и умело. Я перехватила пытливый взгляд Теодоро, он понимающе мне улыбнулся.
Дарио резко встал, глядя то на меня, то на короля. Судя по стремительно мрачнеющему лицу Дарио, он увидел мой взгляд и догадался, о чём я подумала.
— Сила Истока, — мягко сказал Теодоро, в его голосе мелькнуло сочувствие. — Кровь невесты уже заговорила. Тебе придётся принять этот факт.
Король бросил взгляд на меня и продолжил с напором втолковывать Дарио:
— Невесту тянет к сильнейшему стихийному магу. Сила в её крови заговорила, невеста не может противиться зову Истока. И в тебе, брат, сейчас говорит лишь Исток. Печать брака уже треснула, в гроте мы лишь завершим обряд.
Теодоро указал рукой на меня и злобно рявкнул:
— Посмотри на неё. Всё уже началось! Эмоции стираются, лицо каменеет, всё как всегда!
Я хотела возмутиться, но не смогла произнести ни слова. Я будто заледенела. Ни поднять бровь, ни закричать, ни улыбнуться.
Теодоро опёрся обеими руками на стол Дарио.
— Дар, ты же знаешь. Ты же всё понимаешь! Потерпишь неделю, и всё! Ты забудешь её, станешь полностью равнодушным! И Велия примет нового мужа с тем же пылом, как и предыдущего.
Дарио молчал, а король продолжал втолковывать:
— Ты всю жизнь это видишь, Дар! Сотни невест, со всеми одно и то же! Тысячи, сотни тысяч невест до нас. Ты не вылезаешь из древних трактатов, ты знаешь, всегда одно и то же. Нет исключений, Дарио!
— Тео, я знаю, — устало сказал Дарио. — Но и ты знай. Я всё равно буду требовать.
— Твоё право.
Король достал три пергамента с тёмно-синими печатями и протянул нам.
Я безучастно смотрела на Дарио, он пытливо рассматривал меня и медлил. Вся его поза источала напряжение, кулаки разжимались и сжимались, на челюстях играли желваки. Теодоро стоял молча, нарочито расслабленно, и продолжал протягивать ему пергамент.
Дарио обошёл стол и встал напротив короля.
— Я не буду делать глупостей и не пойду против тебя, — сказал он королю. — Люди не виноваты в том, что происходит. Ты ведь поэтому сейчас со мной говоришь?
Король вскинул брови, и Дарио пояснил:
— Я слишком хорошо тебя знаю, Тео. Если бы ты был уверен в том, что говоришь, уже бы держал Велию на плече. А меня бы отравил, чтобы поспал пару суток, — Дарио кивнул на стол с пустыми чашками с остатками виноградного взвара на донышках.
Теодоро усмехнулся:
— Продолжай, твои умозаключения весьма интересны.
— Ты не уверен в том, что говоришь, Тео, — с непреклонной убеждённостью сказал Дарио, — ты сомневаешься, что Велия поведёт себя как остальные невесты. И ты не можешь просчитать меня. Более того. Ты не можешь игнорировать меня. Кто как не ты знаешь, что если я откажусь, королевство утонет в крови, но Велия останется со мной.
— Я говорю с тобой, Дарио, — так же твёрдо ответил король, — потому что знаю, что ты не будешь губить жизни из-за того, что у тебя шевелится в штанах. Учитывая, что через неделю зуд пройдёт, и ты сможешь брать любую в королевстве, как это было до брака.
— Это не зуд, Тео, — процедил Дарио, — впрочем, тебе бесполезно объяснять, не будем тратить время. Но ты прав. Если мы сейчас не договоримся, через три дня половина населения королевства будет мертва. А выжившая половина будет им завидовать.
— Всё так и будет, Дарио, — хмыкнул король. — Маги перебьют друг друга, потому что теперь оставлять себе жён и отбирать чужих невест будет можно, раз самому верховному магу закон не указ. А заодно добьют тех, кто попробует им помешать. Океан затопит территории без защитников. Между делом, воспользовавшись смутой, порезвятся чёрные колдуны, пытаясь жертвоприношениями задобрить океан. Я всё прекрасно понимаю. И сейчас с тобой говорю именно поэтому.
— Вот что, брат, — сказал, подумав, Дарио. — Мы пойдём сейчас в грот, ты расторгнешь наш брак, а я проведу обряд для тебя. Я признаю твоё право короля владеть королевством и остаюсь верным тебе. И не буду противиться воле и законам Истока.
Теодоро облегчённо перевёл дыхание, что не укрылось от меня, настолько внимательно, несмотря на оцепенение, я следила за двумя мужчинами, владеющими судьбой королевства, от чьих решений зависело столько жизней.
Верховный маг жёстко посмотрел на короля:
— Но у меня условие.
— Говори.
— Ты дашь Велии время освоиться в новом статусе.
Король прищурился.
— Поясни.
— Исток даёт неделю, чтобы невеста привыкла к новому мужу. Ты же, Тео, не будешь консумировать брак две недели.
Король вздёрнул брови, а Дарио с нажимом сказал:
— Формально закон будет соблюден: полгода прошло, невесту передали, это всех устроит. А вот насчёт консумации, Тео, мне плевать, как ты будешь разбираться с другими стихийниками, у тебя есть способы надавить на особо резвых, разберёшься. Но ты дашь Велии время решить самой. И даже спустя две недели не будешь брать её против её воли. Только, если сама захочет.
Теодоро покосился на меня, по его красивым губам скользнула уверенная улыбка.
— Идёт. Но и у меня условия. Ты, Дарио, держишься подальше от дворца. Что касается стихийных магов, ты прав, я с ними разберусь.
Дарио бросил на меня нечитаемый взгляд и протянул руку королю. Когда они пожали руки, вокруг них вспыхнуло и тут же погасло голубоватое свечение.
— Не будем терять время, — заявил Теодоро.
Король подошёл ко мне, по хозяйски взял мою руку и вложил в неё пергамент. Я смотрела на то, как его большой палец погладил при этом мою ладонь, и впервые не нашла в себе
