– Спасибо, – вВежливо поблагодарил ее Олег, рывком открыл дверь и втолкнул меня, совершенно грубо, в прихожую.
– Это я ему ключ дала. Извини меня. Я же не знала, что их двое!.. – слышался Алкин голос, пока Филатов не закрыл входную дверь спешно и прямо перед ее носом.
Не успели мы сделать и двух шагов, как на пороге ближней комнаты показался Смирнов. На его лице была приветственная улыбка. И я сразу же признала в нем того веселого Ваньку, с которым ехала в поезде, а потом больше недели гуляла по Питеру. На нем снова была форма, даже китель, или как там его называют, не успел еще снять. Выглядел впечатляюще: красавец офицер во всем блеске.
– Здравствуй, моя любимая птичка. Я взял и к тебе приехал, – слова звучали радостно, но в лице его неумолимо стали происходить перемены. Как только взгляд обратился на моего спутника. И больше даже не на него самого, а на его руку, сжимающую мне локоть. И очень скоро перед нами стоял уже не Ванька, а Иван Семенович, капитан первого ранга. – Кто это с тобой? Воробышек ты мой!
– Иван Семенович! Здравствуй. Как хорошо, что ты приехал, – я попыталась разжать потихоньку пальцы Олега, но он не пожелал мне уступить, даже усилил хватку. – А это господин Филатов. Мой попутчик, вместе летели до Москвы из Египта, где я отдыхала. Он предложил подвезти, раз мы из одного города. Большое спасибо вам, Олег Петрович. И это мой муж, Иван Семенович Смирнов.
– Да?.. Да, спасибо, что довезли, – Иван сделал шаг, приблизился, взял меня за другую руку и медленно потянул на себя. – И локоть ее уже можно отпустить. Мне это не нравится.
Филатову пришлось разжать пальцы, но уходить он не собирался. Весь напрягся, хоть и старался выглядеть расслабленным, и внимательно рассматривал Смирнова, как прощупывал, правда, при этом и меня без внимания не оставлял. Я же, как любая нормальная жена после длительной разлуки с мужем, прильнула к груди супруга и еще вскользь поцеловала его шею, а потом, от греха подальше, спряталась за Смирновскую широкую спину.
– Господин капитан первого ранга, покажите свидетельство о браке, пожалуйста, – голос Олега звучал ровно, но скулы выдавали напряжение.
– Я вам ничего не должен показывать, господин Филатов, – Иван тоже напрягся. – Или объяснитесь, почему вдруг такой интерес к моей жене, или я спущу вас с лестницы.
– Просто покажите документ, и я извинюсь, и уйду.
– Ваня, я тебя прошу, покажи ему документ. Потом все тебе объясню. Верь мне.
Смирнов все же колебался, но не долго, достал свидетельство и вложил в протянутую к нему руку. Филатов прочитал каждую букву, при этом его скулы как свело. Он понял, что ему пора извиняться и уходить, но все не мог, только сжимал кулаки и сверкал на меня глазами.
– Убедился?! – подошла я ближе, забирая у него свидетельство о браке. – Вот все и разрешилось. Никаких проблем! Спасибо, что подвез, Филатов. Помнишь, что я обещала тебе за это? Слово свое сдержу. Прощай, Олег, и будь здоров.
Он заскрипел зубами, развернулся, забыв про обещание извиниться, и вышел из квартиры, стукнув дверью так, что дом заходил ходуном.
– Вика, что происходит? – тут же раздалось у меня за спиной.
– Пойдем в гостиную, Иван, нам надо поговорить, – взяла его за руку и потянула за собой.
Мы сели на диван и смотрели друг на друга минут пять. Не знаю, кого видел перед собой он, но я снова наблюдала нового для меня человека. Это не был Ванька, и не Иван Семенович, и даже не командир подводной лодки. Попробовала мысленно назвать его Иваном, жестко так, и вроде подошло.
– Как твой поход? – решилась начать разговор с нейтральной темы.
– Нормально, как всегда. Пришел, а тебя нет. Почему ты уехала?
– Потому, что мое место здесь, а не там.
– Место жены рядом с мужем.
– Это говоришь мне ты?
– Да, я. И я твой законный супруг. Разве нет? У тебя в руках сейчас документ о заключении брака…
– А паспорт мой, кстати, тоже у тебя? Дай, пожалуйста, сюда. Спасибо.
– Вика, что произошло? Тебя, как подменили. И я…
– Иван, прости меня, но мы поторопились. Не знаю, что на меня нашло тогда, только все, что произошло, было неправильно. Я пыталась стать другой, но ничего не получилось. Ты хороший: веселый, умный, мудрый, красивый, сексуальный, заботливый… Ты замечательный. Самый лучший для десятков женщин, но…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Вот оно, что. Ты поверила в то, что тебе наплели про меня. То-то я смотрю, все были какие-то притихшие. Поняли, верно, что натворили, курицы.
– Не скрою, не было приятно узнать, что ты тот еще ловелас.
– Вот… Как бы тебе объяснить?.. Мне тридцать три. Я был холостяком. Гарнизон ты видела. Развлечений у нас там не много, это правда. Несколько связей было, не монах я. Но в остальном… Некоторые любят придумывать то, чего не было, тут я бессилен. Как только узнал, что ты уехала, ни минуты не колебался, бросился за тобой. Я все сделаю, чтобы ты вернулась, Вика.
– Это невозможно, Иван.
– Тебе же было хорошо со мной. Сознайся, Вика. Вспомни наши ночи в Питере. Иди ко мне. Ты просто не успела до конца привыкнуть. Здесь ты права, все случилось очень быстро. Но иногда годами знаешь человека, и ничего не происходит, а с тобой сразу искра, и пламя, и забыть такое нельзя. Я люблю тебя. Клянусь. Зачем ты упираешься? Мы созданы из одного целого, сразу это понял. Еще в поезде, и…
– Иван, пусти. Ты намного опытнее меня. Знаешь подход к любой женщине. Вот и…
– Мне нужна ты. Больше никто. Никому не говорил, что люблю. Только тебе. Позволь доказать свое чувство.
– Иван, пусти, не надо. Я слабая, я такая, как все. Прошу тебя, отпусти! Ты легко сейчас справишься со мной. И все опять повторится. В любовной игре тебе нет равных. Ну не надо же! Снова будет постель, и я не сумею устоять. Все как в прошлый раз!
– В постели ты мне под стать. Нам всегда будет хорошо. Сама знаешь. Позволь мне тебя любить.
– В прошлый раз все началось с игры. Было весело. Сейчас все не так.
– Сейчас будет лучше. Я так скучал по тебе. Доверься мне.
– Нет. Иван, нет! Остановись.
– Да. Любовь моя. Да.
– Иван!
– Тихо, тихо. Птица моя, жар-птица.
– Иван. Мы должны развестись.
– Глупости. Чушь. Какую глупость ты говоришь.
– Ну, сознайся же, что для тебя решение связать со мной судьбу тоже было не продуманным, как детской шалостью…
– Нет. Вовсе нет. Постой! Что значит «тоже»? Ты серьезно?! Как тебя понимать? Такой важный шаг, а ты…
– Я должна была тебе сознаться раньше. Но ты мне не дал. То есть, я виновата перед тобой. И мне нужен развод.
– Даже не думай. Развода не будет. Да мы еще и не жили вместе. Ты не узнала еще меня совсем.
– Ты меня тоже еще не знаешь. Я вообще не та, какой меня видишь. Ты выдумал образ и теперь не хочешь видеть реальность. Мне хотелось быть той, какой ты меня узнал. Понимаешь? Я играла с тобой и заигралась. Ты был достойным противником, но игра закончилась. Очнись теперь. И ты тоже играл, это у тебя в крови, как и у меня. Здесь прав, мы во многом похожи. Но долго вместе нам не быть.
– Если это игра, то у меня хватит сил вести ее всю жизнь, но только с тобой.
– Ничего не выйдет, – получилось выскользнуть из его объятий, встала и отошла на несколько шагов. – Я тебе не была верна. Не хранила тебе верность, Иван. Изменила, одним словом. Извини.
– Черт! Черт, черт! Как же хреново это слышать, – он тоже поднялся, но пошел в сторону окна. – Кто бы мог подумать, что это случится со мной. Нет, не может быть. Скажи, что ты врешь. Не верю.
– Теперь ты согласен на развод?
– Кто это был? – он начал приближаться, а я поняла, что мне несдобровать, и начала пятиться к двери.
– Я! – раздался у меня за спиной голос Филатова. – Она спала со мной. В Египте. А однажды, на одном безлюдном острове, я любил ее всю ночь напролет.
– Нет, нет, нет, нет! – оказывается, и меня можно удивить, я даже немного растерялась при новом появлении Олега. – Откуда ты взялся, черт тебя возьми?!
