– Вас только Луксор интересует? – спросил меня служащий, перебирая какие-то свои бумаги. – Могу предложить Каир, Александрию.
– Только Луксор. И только завтра.
– Обычно такую экскурсию заранее заказывают. Туда отправляются коллективно, вереницей автобусов под охраной полиции и в определенные дни недели.
– Так получится или нет?
– Завтрашний день подходящий. Караван отправится. Сейчас посмотрю, есть ли места.
Я стояла рядом, ожидая результата.
– Давайте попробуем включить вас в список. Вы одна поедете? Тогда это будет проще сделать. Диктуйте свои данные, записываю.
И так, на завтрашний день мне предстояла поездка в Луксор. Подъем должен был быть очень ранним, поэтому решила лечь спать не откладывая. Только немного побродила по аллеям, обошла территорию отеля по малому кругу и направилась к себе, решив, что крепкий сон мне теперь был обеспечен. И снова меня поджидал сюрприз: около входа в бунгало сидел Филатов на пластиковом стуле, при этом закинув ноги на невысокое ограждение открытой террасы. И его силуэт я признала сразу, не успела испугаться, что ко мне еще кого-то занесло, хотя и он в последнее время начал внушать беспокойство. Была еще надежда, что мужчина пребывал в дреме, притомившись ожиданием, и проскочу незамеченной. Но она растворилась в дым очень быстро. Олег подал признаки активности, как только я сделала несколько шагов по прямой дорожке в ту сторону.
– Где тебя носило? Я уже минут двадцать здесь жду, – произнес Филатов недовольно, убирая ноги с парапета, как только я поднялась на террасу.
– Почему? – копалась в сумке в поисках ключа, не глядя в его сторону.
– Что, почему? Умеешь ты наводить тень на плетень, милая.
– Я тебе не милая. Зачем ты здесь?
– Что ты там роешься? Ключ, наверное, ищешь? Не трудись, твоя дверь открыта.
– Не может быть! Хорошо помню, что закрывала, уходя на ужин, – ему снова удалось меня поразить, когда одним легким движением руки распахнул передо мной мою же дверь, приглашая войти, а я так и замерла на пороге с зажатым ключом в руке.
– Вот такой вот фокус! – он снова был очень доволен собой.
– За такие фокусы у нас в тюрьму сажают. Интересно, в Египте те же законы? Вот как вызову сейчас администратора и охрану отеля, тогда посмотрим, как ты станешь радоваться.
– А кто говорил, что банкиры не могут быть романтиками? Ты зайди, давай.
– Очень романтично вскрывать чужие номера…
– Я и не вскрывал. Просто сделал заказ на этот номер. Когда его принесли, здесь еще копошился уборщик, верно лебедей мастерил тебе из полотенца. Он и служащий ресторана пообщались между собой, и тот и другой ведь из обслуживающего персонала, и оба удалились, оставив меня поджидать тебя. Вот и все.
– Все! И сколько ты им заплатил?
– Какая ты сегодня злая. Ну, впрямь пиранья, одни зубы, а не рыбка. Давай уже зайдем.
– Стой, где стоишь. Я тебя не приглашала. А если переступишь порог, то закричу и соберу народ. Или вообще, вызову охрану.
– Очень страшно. Ладно, постою. Мы, банкиры, народ не гордый.
Я сначала заглянула в номер, не переступая порога, опасаясь подвоха. Все выглядело обычно. Только на тумбе перед зеркалом стоял поднос, накрытый салфеткой. Прошла в номер, присмотрелась еще немного, только тогда приподняла салфетку и заглянула под нее. Ничего особенного, там был обычный набор джентльмена: конфеты и фрукты, вино, а к нему два бокала. Когда вышла к Филатову на веранду, смогла наблюдать на его лице уверенное спокойствие. Мол, жду, когда меня начнешь благодарить. Жаль было разочаровывать человека, но ничего с собой поделать не могла.
– Возьми, Олег. И спасибо за все, – вложила ему в руку купюры евро, пока он не понял, что к чему. – Здесь должно хватить и за цепь, и за вино. А теперь спокойной ночи. Мне завтра рано вставать.
– Стоп, стоп, стоп! – Филатов поднял руки вверх, как если бы сдавался после боя. – Может быть, ты все не так поняла? Я хотел поговорить. Всего лишь, поговорить.
– Ни к чему хорошему наши разговоры пока не приводили. Не похоже, что на этот раз повезет больше, – я уже собиралась закрыть перед ним дверь, но он положил на нее ладонь, мешая мне сделать это. – Пожалуйста, убери руку, не надо скандала. И повторяю, мне рано вставать, надо успеть выспаться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Куда ты опять бежишь? Думаешь, я долго буду это все терпеть?
– Даже не догадываюсь, о чем ты говоришь. У меня отпуск заканчивается, а я еще не была в Луксоре. Еле успела записаться на последнее место в автобус. А если ты собирался говорить о Григории Ивановиче и своей сестре, то знай, я не собираюсь разбивать их семью. Совершенно добровольно отказываюсь даже от мысли об этом. Все? Доволен?
– Так значит, что мысли все же были?!
– Ну, вот! Снова, здорово! Я же сразу сказала, что все переговоры с тобой обречены на провал.
Воспользовавшись тем, что он убрал руку, скорее захлопнула дверь и закрыла ее на замок. Какое-то время постояла рядом, прислушиваясь, что там делалось. А с террасы доносился смех Филатова. Чем, интересно, я его так насмешила? Потом просто принялась готовиться ко сну, вставать и правда предстояло ни свет, ни заря. А утром я так разоспалась, что чуть не проспала все на свете. Из номера вылетела, как ошпаренная. Около входа-выхода стоял туристический автобус и ждал, похоже, только меня. Была окликнута по фамилии, и на бегу мне вручили пакет с сухим пайком в дорогу, вместо пропущенного завтрака. Я залетела в салон и резко затормозила в проходе, пытаясь уравнять дыхание и заодно осмотреться.
– Вот, трепачи! Заверяли меня, что купила последнее свободное место.
В автобусе находилась только я и, конечно, водитель. Даже экскурсовода не было. Если бы не торопилась, то обязательно выяснила бы, что за дела такие творились. С вопросами, все же, можно было и поприставать, хотя бы к тому, кто вручил мне пакет с едой. Он знал мою фамилию, куда еду, а значит и все остальное прояснил бы. Но теперь ничего не оставалось, как недоуменно крутить головой. Автобус начал движение к окраине города, чтобы присоединиться ко всей колонне, что направлялась в Луксор. А меня просто стало разъедать любопытство и некоторое волнение. Это же ни на что не было похоже: до выезда всего ничего, отелей пять располагалось в том направлении, а в салоне огромного автобуса находился всего лишь один турист.
– Здравствуйте, господин, – не могла себе позволить так легко сдаться перед неизвестностью и решила использовать последний шанс хоть что-то прояснить, оттого начала приставать к водителю. – Извините меня, но где все?
– Привет! Как дела? – растянув рот до ушей, ответил араб-водитель.
Эти фразы мне приходилось слышать здесь очень часто. Обычно на них исчерпывался запас знакомых русских слов у местных обитателей. Но я не отчаялась. Перешла на английский, потом на немецкий, до французского дело не дошло. Стало ясно, что все попытки контактировать не увенчались успехом. Шофер только улыбался и кивал головой, со всем соглашаясь.
– Только со мной могло такое случиться! – я сокрушенно качнула головой, говоря это арабу, и направилась вдоль прохода выбирать себе место.
– Может, мы еще подберем кого? Может даже большую группу. Оттого и столько свободных мест. Вон, отели еще не закончились. Определенно, кто-то еще должен сесть ко мне в автобус… – бубнила себе под нос, устраиваясь в кресле около окна за спиной водителя рядов за пять.
И правда, много времени не прошло, как почувствовала торможение около соседнего отеля. Я заинтересованно перевела взгляд к передней двери и даже немного привстала со своего места, так интересно и радостно стало увидеть своих попутчиков. Вошел мужчина, тоже из местных, по всему экскурсовод. Я уже выдохнула, хоть какая живая душа, к тому же он прилично говорил по-русски. Начал представляться и дальше произносить самые обычные фразы по случаю. Почти ничего из сказанного не дошло до моего сознания потому, что следом за ним в салон поднялся Филатов.
– Поехали, дорогой, – сказал он египтянину мягко, но было понятно, что спорить с ним лучше не начинать.
