class="p1">Лучше бы он не говорил этой последней фразы. Она подстегнула и без того разогретое любопытство Поля. Натали уже успела немного его изучить и знала, какой азарт вызывают в нём неразгаданные тайны.
Они переглянулись. Она без труда прочитала в его взгляде недвусмысленное послание: “Задержите его. Я сейчас вернусь — с Антуаном”.
Натали едва заметно кивнула. Идея была великолепна. Если кто-то и может спасти положение, так это юрист от бога.
— Месье Шалюмо, — остановила она собравшегося уходить почтальона, — могу я попросить у вас совета, как у специалиста в почтовых вопросах?
Жерар, польщённый признанием его профессионализма, приосанился и произнёс:
— К вашим услугам, мадам.
— Хочу отправить кое-какие документы в столицу, как будет надёжней: рекомендованным или заказным письмом?
— В таком случае всё зависит от… — важно начал он.
А Поль, не теряя ни секунды, вышел из гостиной на поиски Антуана.
ГЛАВА 43. Красная пометка, свидетель и юридические манёвры
Натали уже выслушала подробные и обстоятельные советы Жерара по поводу отправки писем и прикидывала, какими ещё вопросами его озадачить, когда в гостиную вернулся Поль. Он был не один, а в компании Антуана, который, как всегда выглядел безупречно, и Виолы, которая как всегда выглядела мило и романтично. Хотя нет, что-то в облике Виолы поменялось. Натали заметила совсем не свойственную ей важность и солидность. Видимо, неспроста команда была усилена тётушкой — похоже, какой-то план у Антуана уже был, и Виоле в нём отводилась особая роль. Как вскоре выяснилось, Натали в своих предположениях не ошиблась.
— Позвольте представиться, — вежливо начал Антуан, слегка кивнув, — Антуан Марлоу, юрист. Среди прочего специализируюсь на почтовых проблемах и особенно компетентен… — он сделал многозначительную паузу, — …в вопросах красных пометок на почтовых отправлениях.
Лицо Жерара приобрело выражение смеси тревоги и почтительного ужаса.
— Красных пометок? — переспросил он с опаской.
— Именно, — подтвердил Антуан, понижая голос почти до таинственного шёпота. — Тех, что означают: “Опасно!” Мы ведь все понимаем, что такие предупреждающие пометки ставятся далеко не просто так.
Натали ощутила, что юридическое представление начинается.
Антуан жестом указал на Виолу:
— Позвольте также представить мадмуазель Виолу Дюваль. Она выступит в роли независимого свидетеля — что крайне важно в подобного рода делах, и засвидетельствует протокол.
— Протокол?.. — пробормотал Жерар, бросив косой взгляд на Виолу, которая к этому моменту приобрела ещё более деловой и бескомпромиссный вид.
— Конечно же, — с лёгкой укоризной сказал Антуан. — Всё, что касается отправлений с красными пометками, должно тщательно протоколироваться, согласно пункту четыре приложения семь дробь два к почтовому кодексу. Разве вы не знали? Наверное, вам не доводилось раньше сталкиваться с бандеролями, имеющими особую красную пометку?
— Э… нет, месье, — честно признался Жерар, будто боялся, что сейчас его лишат почтовой лицензии.
— Не страшно, — великодушно кивнул Антуан. — Вам повезло: здесь присутствует специалист, который оформит всё как положено, строго по инструкции, — сказал он, подразумевая, естественно, себя.
Поль стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за происходящим с абсолютной невозмутимостью, но по блеску его глаз, нетрудно было догадаться, какое удовольствие доставляет ему юридический спектакль его преданного изощрённого юриста.
— Итак, — продолжил Антуан с видом человека, от которого зависит порядок во Вселенной. — Суть ясна: адресат — мадам Валери ван-Эльст — по объективным причинам не может получить бандероль. Как вы сами правильно заметили, согласно почтовому кодексу, в таком случае бандероль переходит на ответственное хранение, пока адресат за ней не обратится. Верно?
— Да, месье, — поспешно кивнул Жерар.
— Отлично. Тогда мы и составим официальный протокол, где всё будет подробно зафиксировано.
Антуан сел за письменный стол, а Виола ловко разложила перед ним бумагу и писчие принадлежности, которые предусмотрительно захватила с собой.
— Итак, — Антуан начал произносить вслух слова, которые оставляло его перо на бумаге, — "Я, ниже подписавшийся..." — он прервался и повернулся к Жерару. — Полное имя, пожалуйста.
— Жерар… Шалюмо, — чуть запинаясь, выговорил тот.
— Превосходно, — продолжил Антуан, записывая: — "…Жерар Шалюмо в присутствии независимого свидетеля мадмуазель Виолы Дюваль и заинтересованной стороны — наследника получателя, месье Поля ван-Эльста…"
Жерар начал нервно переступать с ноги на ногу, явно почувствовав себя участником некоего опасного процесса, на который никак не может повлиять.
— "…беру на себя полную ответственность за сохранность бандероли, а также за все возможные последствия, связанные с опасностью, обозначенной на упаковке красной пометкой".
— Постойте, — вырвалось у Жерара, когда он осознал всю глубину пропасти, в которую летит. — Но… как я могу брать ответственность, если даже не знаю, что там внутри?
— Вот именно, — понимающе кивнул Антуан, в его голосе появились сочувственные нотки, будто его собеседник обречён. — Не берусь даже предположить, что находится в бандероли, помеченной красной пометкой. Там может быть даже… — он сделал многозначительную паузу, будто решая, озвучить ли весь ужас или оставить его на усмотрение воображения Жерара.
— …например, коконы ядовитых пауков, — вдруг вступила в разговор Виола, — как в романе месье де-Круа, который всегда основывает свои произведения на реальных событиях. — Её глаза сделались большими, а голос эмоциональным, как случалось всякий раз, когда она пересказывала прочитанные книги. — Коварная графиня Изида послала их своей сопернице, но пауки успели дозреть и выйти из коконов ещё до того, как бандероль была доставлена…
Она не стала продолжать, но и так было понятно, что в итоге в романе де-Круа пострадала не соперница графини Изиды, а ни в чём не повинный почтальон, доставлявший бандероль.
Жерар побледнел окончательно. Он уже начал мысленно хоронить себя и свою карьеру вместе с загадочной бандеролью. И тут Антуан, дав паузе повисеть ровно столько, чтобы создать нужный драматический эффект, внезапно протянул спасительную соломинку:
— Хотя… — задумчиво произнёс он. Перо зависло над бумагой, — есть одно исключение. В подпункте девятнадцать тире восемь третьего параграфа почтового кодекса есть примечание, в котором указано: при согласии обеих сторон бандероль может быть передана на хранение не почтовому служащему, а законному наследнику получателя.
Глаза Жерара вспыхнули надеждой, но Антуан тут же её погасил.
— Однако на практике никто не проявлял желание воспользоваться этим примечанием, когда речь идёт о бандероли с красной пометкой. По понятным причинам, — многозначительно добавил он.
Жерар посмотрел на Поля с видом утопающего, который молит о спасении.
— Месье ван-Эльст…
Поль вздохнул так трагично, будто ему предстоит принять самое тяжёлое решение в своей жизни, и с крайней неохотой кивнул:
— Что ж… раз так, я согласен принять бандероль на ответственное хранение.
Натали едва сдерживала улыбку. Она была в восторге. Благодаря блестящей психологической игре и юридическим манёврам, Антуан смог привести Жерара от категорического нежелания отдать бандероль к тому, что тот практически
