Поэтому он вынул из кармана пузырек, который дала ему Рекла перед уходом.
«Все мы знаем, какой чертовкой была эта Ниал, — сказала ему страж ядов. — Если внук унаследовал хотя бы маленькую долю ее буйного нрава, тебе будет нелегко везти его. Я приготовила напиток, который ты сможешь применить при необходимости. Это питье одурманит его на целый день».
Шерва покачал головой, но у него не было выбора. Он перевернул мальчика и открыл ему рот. Оттуда вытекла струя крови: вероятно, Шерва выбил ему зуб. Но для Шервы эта подробность была не важна. Главным было то, что питье пролилось в горло.
Но теперь Шерва устал и должен был остановиться, чтобы набраться сил. Он положил мальчика на землю и взял флягу с водой, чтобы напиться. Сан наблюдал за ним. Глаза мальчика были полузакрыты, но он, хотя и полусонный от дурмана, смотрел на Шерву с ненавистью.
Шерва взглянул на него с высоты своего роста:
— Сейчас твой спаситель уже мертв. Тебе не на что смотреть.
Мальчик ничего не ответил: он упорно боролся с действием напитка, чтобы сохранить контроль над собой. Ничего не скажешь — у него сильный характер.
Шерва оставил это без внимания, вылил немного воды себе на спину, помедлил одно мгновение и снова взвалил мальчика на плечо. Он должен был идти вперед: гном мог уже напасть на их след.
Только рано утром Идо сумел разыскать то место, где убийца расстался со своим конем. Враг был очень умелым: он, по сути дела, спрыгнул с коня на ходу, вот почему следы не прерывались. Должно быть, он был необыкновенно ловким и подвижным, но об этом Идо догадывался и раньше. Два тела, падающие с лошади, должны были бы оставить на такой земле более глубокий след. Но этот человек приземлился на ноги и сразу же побежал. Идо на какое-то время задумался над этим случаем с конем. Уловка была глупая, но действовала хорошо, и убийца рассчитал все до мельчайших подробностей: вычислил, сколько времени Идо потратит, чтобы найти верную дорогу, и подсчитал, что к этому времени ветер уже занесет часть следов его и мальчика.
«Вот как идет победитель», — подумал Идо и почувствовал, что искренне восхищается этим убийцей. Это — настоящий враг, воин, равный ему самому.
«Если тебя научили не оставлять следов, то я выучился находить даже самые слабые следы».
Подумав это, Идо окинул взглядом цепочку следов.
Его противник, несомненно, имел преимущество, но и у него была козырная карта: Идо прекрасно знал, куда тот направляется.
Он начинал чувствовать, что больше не может обходиться без сна, и конь тоже устал. Идо еще одну ночь провел в погоне и мчался на пределе своих возможностей. Теперь он начал терять силы.
Но следы теперь были свежие, и он сумел разглядеть, что шаги врага были короткими, и тот волочил ноги. Убийца устал так же сильно, как он сам, притом еще нес на плечах мальчика, и эта тяжесть должна была отнять у него все силы.
«Сколько весит двенадцатилетний мальчик?»
Идо не знал этого. У него никогда не было детей, и иногда его это печалило. Однажды кто-то сказал ему, что без детей жизнь не имеет смысла, и только боги знали, как Идо хотел бы иметь ребенка от Соаны. Но судьба свела их вместе лишь тогда, когда они были уже старыми.
— Если бы ты больше занимался мной, а не думал всегда о войне… — Рядом с ним была Соана, и на ее лице было то сердитое выражение, которое ему так нравилось. Она не злилась на самом деле, только притворялась. Это была игра, в которую они часто играли.
— Ты права, — пробормотал он.
Она ласково улыбнулась:
— Я тоже уже слишком старая.
— Тогда я должен был начать любить тебя раньше. Я ведь влюбился в тебя намного раньше, чем ты меня захотела.
— Я это знаю.
Идо вытянул руку, чтобы погладить щеку Соаны, но почувствовал, что падает, и увидел, как земля летит ему навстречу. Он едва успел удержаться, схватившись за поводья.
Это был сон. Он заснул и не заметил, как это случилось.
«Старый идиот!..» — сказал он себе и попытался ударить себя по щеке, чтобы проснуться.
Он слишком устал. В таком состоянии он не сможет сражаться. Идо пришпорил коня: ему нельзя спать. Скачка продолжалась недолго: вскоре он обнаружил очень свежие следы, это означало, что те двое очень близко.
Как только он сошел с коня, у него возникло сильное ощущение, будто он снова играет старую роль. Все было как накануне вечером, только теперь он был гораздо слабее.
Идо оставил коня там, где спешился, а сам пополз по земле и полз до тех пор, пока не разглядел ясно в ночной темноте тех двоих. Мужчина не спал. Он сидел к Идо спиной, и его лысая голова блестела в слабом свете ночи.
Идо на мгновение поднял взгляд. Ночь была чудесная — светлая и ясная. Звезды обращали свое таинственное сияние на безмолвную землю.
Мальчик был рядом с ним, лежал на земле, был, видимо, совсем без сил и смотрел на него. Идо остановил на нем взгляд и прижал палец к своим губам. Мальчик не должен двигаться, Идо все сделает сам. Гном снова пополз на четвереньках по песку, а Сан смотрел на него широко открытыми глазами.
Теперь Идо был на расстоянии всего одного шага от убийцы и чувствовал запах его пота. Было похоже, что тот ничего не замечает. Идо опустил руку на рукоять меча. И в это время враг одним рывком повернулся к нему, уже с кинжалом в руке, готовый перерезать горло нападавшему. Идо едва успел вскочить на ноги и вынуть меч из ножен.
Противники скрестили оружие и на один миг замерли неподвижно, изучая один другого.
— Ты быстрый, — заметил убийца.
«До чего он похож на змею с этим своим кривым носом и маленьким ртом», — подумал Идо.
— Ты тоже быстрый, я бы сказал.
И тут убийца направил кинжал в грудь противнику, который ослабил свою защиту. Идо уклонился и почувствовал, как лезвие пронзает ему бок. Боль заставила сжаться все его мышцы.
«Проклятье, защищайся, старик!»
Он взмахнул мечом перед собой, но враг отпрыгнул, а потом внезапно бросился на Идо и схватил его руками за голову.
Идо не справлялся с ним. Рана была глубока, он чувствовал мурашки в ладонях, сжатые в кулак пальцы уже устали держать оружие.
«Почему он не устал так, как я?»
Свободной рукой убийца набросил шнур ему на шею. Идо понял: враг хочет его задушить. Он крепче уперся ногами в землю и попытался освободиться, но только сумел сделать еще один короткий вздох. Собрав последние силы, гном ударил врага рукоятью меча, и тот на мгновение ослабил хватку. Идо воспользовался этим и ударил снова. Но лишь слегка задел убийцу, а тот снова направил на него кинжал.
Хотя Идо почти утратил прежнюю быстроту реакции, ему все же удавалось отбивать удары врага с достаточным успехом, но он начал слабеть. В этой темноте он видел только блестящее лезвие кинжала, словно рядом ничего больше не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
