Он взмахнул мечом перед собой, но враг отпрыгнул, а потом внезапно бросился на Идо и схватил его руками за голову.
Идо не справлялся с ним. Рана была глубока, он чувствовал мурашки в ладонях, сжатые в кулак пальцы уже устали держать оружие.
«Почему он не устал так, как я?»
Свободной рукой убийца набросил шнур ему на шею. Идо понял: враг хочет его задушить. Он крепче уперся ногами в землю и попытался освободиться, но только сумел сделать еще один короткий вздох. Собрав последние силы, гном ударил врага рукоятью меча, и тот на мгновение ослабил хватку. Идо воспользовался этим и ударил снова. Но лишь слегка задел убийцу, а тот снова направил на него кинжал.
Хотя Идо почти утратил прежнюю быстроту реакции, ему все же удавалось отбивать удары врага с достаточным успехом, но он начал слабеть. В этой темноте он видел только блестящее лезвие кинжала, словно рядом ничего больше не было.
Тогда он сжал меч обеими руками и огромным усилием воли заставил себя не обращать внимание на боль в ране. На этот раз его удар достиг врага, и Идо почувствовал, как его меч вонзается в тело. Убийца глухо вскрикнул, на мгновение согнулся, и кинжал выпал у него из руки.
«Может быть, я справлюсь», — подумал Идо.
Он выпрямился, но противник посмотрел на него, улыбнулся, повернулся вокруг своей оси и снова оказался позади Идо, мощным толчком сбил его с ног, и гном почувствовал, как колено врага надавило ему на лопатку. Боль в груди была ужасной.
«Быть убитым, когда ты устал и стар, — какая глупая смерть!»
Враг охватил ладонями шею Идо. Руки у него немного дрожали: значит, рана, которую Идо ему нанес, была глубокой. У гнома почти не осталось сил, но все же он продолжал сопротивляться. И тут он вдруг почувствовал, что сжимавшие его руки ослабли, а потом услышал глухой стук падающего тела. Идо не мог поверить, что это возможно. Но его горло было свободно, и он, тяжело дыша, пытался набраться сил.
— Ты в порядке? — Это спросил детский голос. Перед глазами Идо появились испачканное грязью лицо и два блестящих глаза — Сан. Сан нанес удар убийце, а теперь стоял перед Идо. Мальчик дрожал, лицо у него было бледное и искаженное.
— Спокойно, спокойно, — прошептал Идо больше для себя самого, чем для него.
— Я нанес ему удар в плечо, но не знаю, умер он или нет.
Идо не мог проверить, убит ли враг, и решил считать, что тот только ранен. В таком случае им нужно как можно скорее уходить отсюда: убийце нужно немного времени, чтобы прийти в себя.
— Помоги мне!
Мальчик ухватил Идо за руки и помог ему подняться. Гном почувствовал боль в ране, края которой растянулись. Но другая боль, в груди была сильнее. Должно быть, у него была трещина в ребре. Идо подсчитал, сколько времени он еще останется в сознании; получалось, что недолго.
— Сними куртку, разорви ее и сделай из обрывков длинную ленту. Ты должен остановить мне кровь.
Сан всхлипывал и уже начинал поддаваться панике. Но, несмотря на это, он выполнил просьбу безупречно. Идо заметил, что не чувствует боли даже тогда, когда мальчик касается раны.
Он не стал спрашивать себя ни почему так происходит, ни как мальчик сумел освободиться от веревок. Они должны были сесть на коня: нельзя было терять время.
Сан был просто молодец: повязки были хорошо натянуты; но садиться в седло все равно было ужасно. Идо постоянно терял сознание.
— Садись позади меня, ты поведешь.
Мальчик не понял, но все равно сел.
— Следуй за той красной звездой, которая блестит на горизонте. Она указывает запад. Там находится Земля Огня. Когда станет светло, ты увидишь гору Тал, большой вулкан… Ты должен все время ехать в этом направлении.
Сан заплакал, его тело судорожно вздрагивало: страх отнял у него последние силы.
— Не бросай меня…
— Сан, сейчас нет времени. Гони! — слабым голосом сказал Идо.
Конь не сдвинулся с места. Сан оцепенел и не шевелился.
— Ты справишься. Что тут особенного — ехать в сторону обычной красной звезды? Завтра я проснусь и тогда сам поведу коня. Я должен поспать, Сан, должен набраться сил, иначе я не выдержу.
Мальчик посмотрел на него, немного помолчал, потом согласился. Он тронул коня с места, и наконец они отправились в путь.
Сан продолжал плакать, но крепко держал поводья. Это по-настоящему мужественный мальчик. И перед тем как лишиться чувств, Идо улыбнулся.
Он мгновенно проснулся оттого, что солнце обожгло ему лицо. Вокруг был только свет, и больше ничего — невыносимо яркий мощный свет.
«Может быть, это и есть тот хваленый загробный мир, о котором говорят жрецы, и скоро придет Соана и заберет меня к себе».
Острый укол боли в груди заставил Идо понять, что он не умер, и его зрение постепенно прояснилось.
Еще полузакрытыми глазами он увидел хорошо знакомую ему картину: огромную дымящуюся гору Тал прямо перед собой и выжженную пустыню — свою землю. Он опустил взгляд: Сан согнулся так, что почти касался головой живота, его куртка была грязной и рваной, одна щека распухла и посинела. Идо почувствовал странное тепло в боку. Мальчик держал руку над его раной, и его ладонь была окружена едва заметным светящимся ореолом.
— Добрый день, — пробормотал он.
Сана словно укусил тарантул: мальчик внезапно отпрыгнул назад, разрывая контакт.
— Клянусь, я ничего не делал.
Идо не понял его.
— Все в порядке, я только сказал «добрый день».
Сан, кажется, растерялся.
— Есть хороший обычай отвечать на такие приветствия.
— Добрый… добрый день, — неуверенно пробормотал мальчик.
У Идо в мыслях был такой туман, что он был совершенно не способен думать обо всех тайнах, окружавших этого мальчика.
— Поздравляю тебя, ты справился, — сказал он.
Сан слегка покраснел.
Гном провел рукой по повязке. Она была сухой: кровь перестала течь. Но боль рванула ему грудь, напомнив о сломанном ребре. На один миг зрение у Идо помутилось, но он должен был подняться: теперь наступила его очередь управлять конем.
Сан сошел с коня и снова сел на него уже позади Идо.
Он был довольно высоким для своего возраста, его волосы только слегка отливали синим цветом. Но глаза, хотя сейчас они опухли от сна и слез, были такими же, как у его отца, то есть такими же, как и у Ниал. Идо ошеломила мысль, что Сан не может этого знать, внук ведь никогда не видел свою бабку.
Какое-то время они ехали молча под безжалостным солнцем Земли Огня. Идо не был здесь три года, но ему казалось, что с тех пор прошло много сотен лет. Вот его настоящая родина, где он жил так мало, земля обетованная, за которую он пролил свою кровь. Для Идо эти места были слишком переполнены воспоминаниями, и он был благодарен Сану, когда тот нарушил это ужасное молчание, спросив:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
