секунд в окно на кипящие белые струи дождя и снова нажал на клавиши:
— Гверет Флешлер? Здравствуйте. Это инспектор Хефец. Мне нужно с вами встретиться. Если не возражаете, я подъеду к вам в течение часа. Вы сможете уделить для разговора какое-то время? Ах, вы сегодня свободны? Отлично! Я все объясню, когда приеду…
Глава 24
— Садитесь, пожалуйста, господин инспектор, — изящным движением руки, словно разминаясь у балетного станка, Ида указала Якову на широкое кожаное кресло.
Сама легко опустилась в кресло напротив и с вежливым вниманием посмотрела Якову в лицо.
— Вы позвонили так неожиданно! Я, можно сказать, случайно дома оказалась. Решила устроить себе выходной. Ведь для меня управляться со всем торгово-ресторанным хозяйством оказалось ой как не просто. И живопись бросать не хочу. Пусто без нее. Не знаю, долго ли смогу такую ношу тянуть. Это Максу на все энергии хватало…
«Да уж, он везде поспевал…» — мелькнула у Якова неуместнонасмешливая мысль. И спешащая вдогонку, импульсивная мысль, уже готовая сорваться с языка внезапной фразой: — «По вам не заметны ни усталость, ни напряжение. Вы все так же красивы…»
Он сурово кашлянул и официальным тоном произнес:
— Гверет Флешлер, в деле открылись неизвестные ранее, привнесенные обстоятельства.
Ида чуть приподняла тонкие брови:
— Какие же? Я после вашего звонка так и поняла, что в расследовании появились некоторые новости.
— Правильно поняли. Видите ли, поскольку выяснилось, что покойный господин Флешлер пять лет назад приобрел небольшую квартиру в нашем городе, по улице Сигалит (брови Иды резко и недоуменно вскинулись), то мне бы хотелось узнать, бывали ли вы в этой квартире.
— Я… в квартире? Я что-то не понима… — Ида вдруг осеклась и настороженно посмотрела Якову в глаза. — Простите, вы ничего не напутали?
— Нет. Это абсолютно достоверные сведения. Вот копии соответствующих документов…
Ида пробежала глазами договор о продаже квартиры и, не читая остального, протянула Якову назад ворох бумаг. Она резко встала и, сделав несколько шагов, отвернулась, словно бы разглядывая что-то в зимней мороси за стеклом. На фоне залитого дождем окна ее тонкая фигура в синем платье напоминала изящный, вытянутый кувшин.
Через минуту обернулась.
— Вы о чем-то меня спрашивали? — Ее голос был ровным и бесцветным.
— Да. Бывали ли вы в этой квартире? Да вы садитесь!
— Спасибо. — Ида почему-то усмехнулась и вернулась в кресло. — Нет, я там не была. И об этой квартире слышу в первый раз. От вас.
— Ну что ж, побываете… Тем более что она теперь является, очевидно, вашей собственностью… — Яков сделал ладонью неопределенный жест, который можно было истолковать как «нет худа без добра». — Знаете, там могут быть вещи или документы, проливающие свет на… на произошедшее. Необходимо произвести в квартире обыск. Вот, пожалуйста, есть официальная санкция на это. С ключами, правда, проблема.
— Я думаю, как раз с ключами проблемы не будет. — Голос Иды звучал все так же ровно. — Я в офисе нашла ключ, в ящике письменного стола. Все не могла понять, от какого он помещения.
— Тем лучше! — обрадовался Яков. — Еще два свидетеля нужны для обыска. Но если вы согласны, можно и без свидетелей квартиру осмотреть.
— Обойдемся без свидетелей, — Ида отвела глаза в сторону.
— Хорошо, я сейчас только помощника вызову. — Яков достал мобильный телефон: — Амос, выезжай на Сигалит. Да, по поводу той квартиры. Я буду там с гверет Флешлер минут через сорок. Пока!
— Сейчас я соберусь. — Ида повернула голову в сторону двери, настороженно прислушиваясь к чему-то. — А, это мой сын с плавания вернулся. Что-то рано они…
Теперь и Яков услышал доносившиеся с улицы голоса — тонкий, детский, и резковатый, женский.
Щелкнул замок входной двери, послышалось шуршание курток, постукивание, звук шагов, и в комнату вбежал мальчик лет восьми — круглолицый, крепенький и черноглазый.
«На отца-то как похож!» — изумился Яков, вспомнив лицо Макса, знакомое по фотографиям.
— Йосик! Здороваться надо, когда гость в доме, — Ида рассеянно погладила сына по вьющимся волосам. — Иди переоденься, потом Глория тебя накормит. А я по делам поеду. Постараюсь быстрее вернуться.
— У тебя всегда дела, — разочарованно протянул мальчик. — Здравствуйте, — вспомнил он наконец про Якова.
— Иосиф, ты где? — В комнату вошла Глория — свежая, румяная от холодного дождя. Приветливо взглянула на Якова и поздоровалась, сдержанно улыбнувшись. В узких искрящихся глазах тлело любопытство. Ее нежное лицо вызывало в памяти глянцевые обложки рекламных проспектов: лучезарно улыбающаяся красавица прижимает к груди охапку белых цветов. А позади, в туманной дымке, дальневосточный антураж: храмы, пагоды, рикши…
Ида поднялась с кресла:
— Глория, займись ребенком! Я уезжаю по делам, надеюсь, скоро вернусь…
— Сейчас, гверет Флешлер, испытаем вашу находку… — Яков вставил ключ в замочную скважину, мягко повернул его и слегка подтолкнул ладонью.
Дверь неспешно, словно бы нехотя отворилась. Яков первым шагнул через порог, следом — глазеющий с детским любопытством Амос и Ида — с замкнутым, равнодушным лицом…
…Красивые дорогие вещи, мягкий ковер с длинным ворсом, роскошный диван, ярко-розовые шторы… На стене большая картина: полуголая красотка смотрит на вошедших лукаво и многозначительно…
Что-то не совсем пристойное ощущалось в атмосфере квартиры… легкий, щекочущий привкус порока…
Ида окинула взглядом салон, холодно произнесла: «Мило!» — и прошла по коридору в следующую комнату.
…Широкая кровать, небрежно закинутая алым покрывалом, огромное, в полстены, зеркало, полусгоревшие свечи в высоких подсвечниках…
Ида вернулась в салон, скользнула недобро прищуренными глазами по Якову и Амосу, вполголоса обронила:
— Можете приступать к работе, я в машине подожду.
Дверь захлопнулась с легким щелчком.
Яков, стоявший у окна, невольно потянулся за ней взглядом. Она приблизилась к своей «Хонде» и остановилась, медленно, словно в задумчивости, стягивая тонкие перчатки. Опустила руки и вдруг резко, со всей силой обиды и ярости хлестнула перчатками по капоту машины, мокро блестевшей в тревожном закатном зареве…
— Яков! — отвлек его от созерцания невеселой картины голос Амоса. — Глянь-ка, что я тут нашел!
— Иду! — откликнулся Яков.
Они столкнулись в коридоре, и Амос чуть было не выронил из ладони находку — черный мобильный телефон.
— Под ковром лежал, представляешь? Наверное, в кармане находился, в брюках. Когда он раздевался-одевался, телефончик и шмякнулся на пол. Он, поди, и не заметил, как его под ковер ногой зашвырнул.
— Понятное дело — у него внимание совсем другим было занято! Что ему телефон… Слушай, вдова Флешлера упоминала, что он незадолго до юбилея свой мобильный потерял! Похоже, нашлась потеря.
— Да вроде… Но проверить надо.
— Обязательно. Поработаем с этим. Записная книжка в мобильном может пригодиться. Ладно, давай дальше смотреть…
