Суперинтендант хотел вновь напомнить о всеобъемлющей христианской любви, но раздумал и после короткой паузы возвестил:
— Думаю, пора повидать сэра Джорджа. Сержант, езжайте в управление и заприте корягу в комнате вещдоков. Что-нибудь добавите к своим показаниям, отче?
— Сказать по совести, судья — тяжелая личность. Пьет как лошадь, жена его в том не отстает, да еще весьма охоча до мужчин, хотя здесь было бы уместнее другое слово.
— Какое, сэр?
— Нимфоманка! — смачно произнес викарий. — Иначе не скажешь!
— Полегче, сэр, иначе вас самого привлекут за клевету.
Священник побагровел и, не сдержавшись, ответил:
— Вряд ли, инспектор, ибо все это — истинная правда. Можете спросить механика.
Простившись с викарием, вовсе не показавшимся образчиком благости, суперинтендант задал несколько вопросов механику о женщине, сопровождавшей гроб.
— Прежде дамочку не встречал, — сказал мастеровой. — Коряга шибко ее напугала — тотчас подхватилась, мол, надо к дочерям. По-моему, она маленько не себе, все твердила про какое-то колено.
— Может, «полено», а ты недослышал?
— Нет, говорила «нога по колено»… Но какое ж это полено? Сук и сук. Притом отпиленный.
Глава двадцать пятая
Уилту казалось, что он уже целый день шастает по лесу. Смена тактики (от брани и угроз к посулам) выявила свою бесплодность — четверня не материализовалась. Когда на берегу пруда он нашел одну кофту и пару носков, мелькнула мысль, не стряслось ли чего. Невероятно, чтоб вся четверня разом утонула, хотя с нее станется. Но скорее всего, доченьки инсценировали собственную гибель и теперь хихикают, подглядывая из укромного уголка. Прием внезапного оборачиванья не дал иных результатов, кроме изумленных взглядов маркитантов, паковавших провизию.
Уилт не на шутку встревожился, когда услышал далекую стрельбу и приглушенный визг. Однако вскоре все стихло, позволив предположить, что Эдвард уложил очередную невезучую животину.
Совершая уже пятый или шестой круг по угодьям, Уилт вдруг наткнулся на замаскированный фургон. Маловероятно, что в нем спряталась четверня, но проверить стоило. Странно, фургон раскачивался, отчего вздрагивали укрывавшие его ветки.
— Это они, точно, — прошептал Уилт, подкрадываясь к окошку, чтобы устроить дочуркам хорошую встряску. Однако весьма ощутимую встряску получил сам, когда увидел голый зад сэра Джорджа, ритмично подпрыгивавший над распростертой нарушительницей частных владений.
К счастью, увлеченная делом пара не заметила соглядатая в окошке. Уилт поспешно отступил, решив, что лучше вернуться в дом.
Миссис Бейл встретила его на заднем крыльце:
— Слава богу, вы здесь! Ваша жена не в себе!
— Это ее обычное состояние. Что на сей раз? Если речь о треклятых девчонках, передайте, я с ног сбился, их разыскивая. Все напрасно — бесследно сгинули.
— Да нет, речь о дядюшке. Это он сгинул!
— Я знаю и весьма сочувствую бедолаге. Но при чем тут мы с Евой?
— Он пропал! В смысле, его труп. Исчез. Канул. Улетучился. Миссис Уилт пережила страшное потрясение и теперь не знает, как уведомить миледи.
Миссис Бейл кинулась в кухню, откуда слышались истерические рыдания. Уилт вошел следом. Все же первое впечатление его не обмануло: сумасшедший дом!
Пока он успокаивал Еву, в кухне появилась четверня, которая якобы опять была на пляже и не понимала, из-за чего весь сыр-бор. Виноватые рожицы и перепачканная хвоей и землей одежда выдавали лгуний с головой, однако ради жены Уилт промолчал. Он хотел лишь спросить о стрельбе в лесу, но тут из судейского кабинета донесся рев. Сэр Джордж вернулся явно не в духе. Миссис Бейл метнулась прочь из кухни, решив, что лучше побудет с леди Клариссой. Уилт закрыл дверь и вновь подсел к жене, не интересуясь причиной очередного скандала.
Сестрички же, будучи в курсе событий, выскользнули в коридор подслушивать и вскоре поняли, что тела еще не обнаружены. Сэр Джордж вел яростную перепалку с суперинтендантом — мол, только сумасшедший обвинит его в том, что он подложил корягу в гроб.
— На черта мне это надо? — заходился судья. — Наглое вранье! Вон из моего дома!
В возникшей паузе четверня прошмыгнула в библиотеку, через щель приотворенной двери которой было прекрасно слышно все, что говорилось и оралось в кабинете.
— Если вам интересно, корягу обнаружил викарий, открывший гроб, — сообщил полицейский.
— И вы поверили старому ослу? Он выжил из ума! Коряга в гробу! Полный абсурд!
— Возможно. Однако есть свидетели.
— Почему вы решили, что корягу… или что там… подложили именно здесь?
— Потому что отсюда доставили гроб в сопровождении дамы, заявившей, что все лето она проведет в имении.
— Уилтова стерва!
— К вам еще вопрос, сэр Джордж. Оружейный шкаф всегда заперт?
— Разумеется! А вам какое дело?
— Тогда почему он был открыт, когда в ваше отсутствие меня препроводили в кабинет? Это грубейшее нарушение правил. Полагаю, у вас имеется разрешение на оружие?
— Естественно, — буркнул судья, из ящика стола достав лицензию. Его уже слегка тревожило спокойствие этого полицейского в штатском, не обращавшего внимания на крики и требование убраться вон. Следующий вопрос еще больше его насторожил.
— Сколько лет вашему пасынку?
— Понятия не имею. Терпеть не могу гаденыша!
— Часто ли он стреляет? В смысле, у него есть собственное ружье?
— Не замечал, — помешкав, ответил сэр Джордж. — А почему вы спрашиваете?
— В упомянутой коряге имеется след от пули, и мне подумалось, что это может быть как-то связано с вашим пасынком. Вдруг вы «не заметили» пропажу одного из ваших ружей, а? Это не шутка, когда подросток, не имея лицензии, забавляется с огнестрельным оружием.
Судья взмок. Дело приняло неожиданный оборот.
— Не понимаю, о чем вы. Здесь не предполагалось никаких похорон, так что зачем нам гроб? В имении хоронили только членов семьи, но последний раз это было сто лет назад. Полагаю, викарий вас просветил.
— Да, вы не ошиблись. Но мы снеслись с окрестными гробовщиками и выяснили, что на подъезде к имению был замечен катафалк с ипфордскими номерами. Разумеется, местных задело, что их обошли заказом.
— Здесь какая-то ошибка. Никто не умер. А теперь убирайтесь!
— Есть катафалк, есть гроб, но нет покойника, что мне очень не нравится. Посему желательно осмотреть имение.
Судья понимал, что надо сдержаться, но не смог:
— Что?! Черта с два! Будь я проклят, если позволю вам здесь рыскать!
— Всего лишь пара-тройка полицейских и собаки. Ищейки. Если труп в имении, они его отыщут, — улыбнулся суперинтендант. — У них осечек не бывает.
