одеждой для конспирации.
Руперт протянул мне свой плащ и камзол. Маски оставили каждый свою, все равно они ничем не отличались. Я сделал, как он предлагает, и переоделся в облачение кучера.
— Ну вот теперь никто и не заметит, что вошел один, а вышел совсем другой мужчина, — улыбнулся камергер.
В свободной одежде платиновый дракон не отличался от меня ни ростом, ни статью.
— Рекомендую отправляться ночью, эльд Драгард. Я позаботился о том, чтобы персонал и гости получили на ужин легкое снотворное. Им не помешает хорошенько выспаться. — Камергер улыбнулся одними глазами. — За комнату заплачено на неделю вперед, так что внакладе хозяин не останется.
Заперев за Рупертом дверь, я наложил на замок сигнальные чары и лег спать. Мне тоже требовалось отдохнуть и восстановиться перед дальней дорогой.
Ночью я без свидетелей вынес из гостиницы графа Вельрина и погрузил в карету. Чтобы запутать возможных преследователей, покинул столицу через западные ворота и четыре дня ехал в направлении, противоположном тому, куда мне было нужно, а затем свернул, не доезжая до ближайшего крупного города, и поехал обратно другой дорогой. Через полторы недели оказался в родных землях.
Суровый и степенный Драгардхейм раскрыл свои объятия, встречая блудного сына.
*Цеарин — серебряная монета Фьюморна (серебрушка)
Глава 17
Воздух в родных краях был особенный: вкусный, напоенный запахами свежего хлеба, скошенной травы и хвои. С наслаждением я втянул его полной грудью. С тех пор как его величество Йонгар Эстелар забрал меня еще ребенком в столицу, я редко навещал свои владения, и все равно дом для меня всегда оставался домом.
Впереди у самого подножия гор виднелся особняк, в котором я родился. Не слишком красивый, больше похожий на крепость из-за того, что был сложен из серого ярхонта.
«Такого же, каким вымощена Площадь Казней…» — пришло мне в голову неожиданное сравнение.
Но стоило увидеть тонкую женскую фигурку на балконе, и мрачную мысль как ветром сдуло. Айрин вышла проверить, кто это там едет? Что ж, будет ей приятный сюрприз. Улыбнувшись, я тронул поводья, направляя экипаж к подъездной дороге, а через четверть часа остановил лошадей у высокого крыльца.
— Братик!
Сестра бросилась мне на шею и повисла.
— Эльдина Драгард, ведите себя прилично! — строго сказал я, едва сдерживая улыбку.
Изумрудные глаза Айрин возмущенно сверкнули, и я не выдержал — рассмеялся.
— Да ну тебя, Вольф!
Сестра беззлобно стукнула кулачком меня по груди, а я подхватил ее и закружил.
— Пусти! Раздавишь!
Через минуту, раскрасневшаяся и взбудораженная, сестра отчитывала меня за то, что не предупредил о своем приезде.
— Прости, не мог. Дело государственной важности. Никто и знать не должен был, что я отправился именно сюда.
Айрин тут же посерьезнела.
— Это связано с твоей помолвкой?
— В какой-то степени.
Сестра с подозрением покосилась на экипаж.
— Только не говори, что там…
— Нет, — поспешил я опровергнуть невысказанную догадку и шепнул, наклонившись к самому ее уху: — Там, можно сказать, мой тесть.
— Как это? — Айрин выразительно на меня уставилась.
Сестренка нечасто терялась, но сейчас выглядела слегка ошарашенной. Видимо, за время моего путешествия и до нее дошли слухи, чем обернулась моя помолвка.
— Я непременно все тебе расскажу. Все, что смогу, — уточнил я. — Но давай поговорим внутри. И приготовь комнату для гостя, пожалуйста, — добавил шепотом.
Не то чтобы нас кто-то мог здесь подслушать, но мало ли...
Сестрица кивнула и поторопилась в дом. Отмахнувшись от слуги, имени которого даже не знал, я снова забрался на козлы и направил лошадок к черному ходу. Крытый навес, примыкающий к скале, позволял входить и выходить без лишних глаз — идеально для соблюдения конспирации!
Айрин встретила меня снова на пороге. Выпучила глаза, но промолчала, когда я пронес мимо нее бесчувственного графа.
— Никому не стоит знать, кто именно у нас гостит, — сказал я раньше, чем она задала хоть один вопрос.
— Я как чувствовала и слуг на сегодня отпустила. Всех, кроме Тибарда. Велю ему заняться лошадьми и приду, а ты неси нашего гостя на второй этаж в зеленую спальню.
Ступени под ногами чуть поскрипывали, когда я поднимался наверх по лестнице для слуг. Пахло в доме все так же, как в детстве, отчего в груди растекалось приятное тепло. В длинном коридоре гостевого крыла лежал новый ковер. А в зеленой спальне как будто бы все тоже стало по-другому, но я не мог понять, что именно переменилось? Мебель вроде та же... Наверное, Айрин обновила текстиль?
Едва успел уложить графа Вельрина в кровать, как сестра вернулась.
— Не боишься оставаться одна в доме?
— Я уже давно не маленькая, Вольф. Боялась бы, перебралась в твой столичный особняк. Вместо того чтобы меня подкалывать, лучше расскажи, почему граф спит беспробудным сном?
— Это называется эфирный сон. Кай сумел вытащить графа из-за грани, но на восстановление потребуется время.
— Угу. — Сестра подошла ближе к кровати и, чуть наклонившись, внимательно всмотрелась в лицо пожилого мужчины. — Брат, объясни мне наконец, как же вышло, что ты связался с этой семейкой? Неужели для тебя не нашлось другой невесты?
— А что не так с моей невестой? — закинул я удочку, стремясь выяснить, что известно Айрин.
— Говорят, она оказалась поклонницей Бездны.
— Это еще нужно доказать. Но ты права, есть у меня к этому семейству вопросы. Именно поэтому граф Вельрин должен во что бы то ни стало выжить.
Айрин помолчала, но было видно, что ей не дает покоя какая-то мысль.
— Спрашивай уже, — улыбнулся я.
— Почему именно она?
— Я обещал его величеству взять ее в жены.
Сестра выпучила глаза и переспросила:
— Тариону?
Я отрицательно мотнул головой.
— Йонгару?! Но… Ничего не понимаю…
Айрин отошла к окну, затем вернулась к постели графа и снова на него уставилась.
— Я и сам поначалу не воспринимал все это всерьез…
— Настолько, что забыл меня пригласить на помолвку? — поддела Айрин.
Похоже, сестренка была на меня немного обижена. Я подошел и обнял ее.
— Не дуйся, родная. Я планировал закатить пирушку для своих по этому поводу, но после того как разберемся с поклонниками Бездны. В последнее время они вконец обнаглели. Нападения на
