На ощупь дойдя до двери, я вышел в коридор. Опыт ночных походов в туалет у меня имелся, но сейчас я намеревался посетить другое место. Пройдя несколько метров, я нащупал ручку второй спальни. Далее, осторожно её повернув, вошёл в занимаемое Лютиком помещение. А войдя, чуть не обделался уже наяву.
Рот мой зажала чужая ладонь. Одновременно с этим вторая рука, точная и крепкая, хитро надавила на шею, исключив любую возможность издать какой-либо звук.
— Без паники, это я, — раздался рядом с моим ухом еле слышный шёпот Лютика. — В доме посторонний. Отпускаю, говори очень тихо, — добавил он.
Хватка ослабла, после чего пропала совсем. Пропустив вопрос каким образом эльф оказался в курсе происходящего, я сразу перешёл к сути, прошептав:
— Я знаю, это зверочеловек. Меня предупредила богиня.
— Стой, молчи и не дёргайся. Я отправлю духа, — строго прошептал эльф.
Решив подчиниться: мало ли чем могли грозить необдуманные действия, я замер, стараясь не дышать. По мере ожидания нарастали тревога и нетерпение, которые, впрочем, не успели дойти до пика. Не прошло и минуты, как Лютик прошептал.
— Посторонний использует какой-то хитрый навык, требующий медитации. Сейчас он уязвим, это шанс. Жди здесь, я попробую его схватить. Без моей команды не дергайся.
— Может просто спугнуть его шумом? — шёпотом предложил я.
— Может. Но я хочу понять кто это. Возможно, он пришёл за мной. Жди… — приказал эльф.
В окружающей темноте едва скрипнула дверь. Шагов Лютика я не услышал. Сознание опять захватили нетерпение и тревога. Но и в этот раз ждать пришлось недолго.
— Арт! Сюда, помоги! — истошно заорали снизу.
Дополнили крик треск ломающегося дерева и звуки бьющегося стекла.
Буквально слетев по лестнице, я узрел следующую картину. В ярком синем свете духа-помощника, по полу катался «шар» из человеческих тел. Периодически он совершал нетривиальные метания, вроде подскоков над полом или резких перекатов из стороны в сторону.
Наблюдая за эльфом сцепившимся со зверочеловеком в жаркой схватке, я судорожно принялся соображать, что делать. Даже секунды увиденной сцены хватило чтобы понять: Лютик прекрасный борец. Однако, как не хороши были его захваты, он, превосходя противника навыком, ростом и весом, явно проигрывал в ловкости и физической силе.
— Скорее, влей в неё ману! Прислони руку и влей, как в подземелье! — заорал мне эльф.
Честно говоря, я не очень соображал, что именно мне необходимо сделать. То есть соображал, но первым делом бросился оказать чисто физическую помощь, ну а там посмотрим. Но в этот момент Лютик как-то совсем уж хитро скрутил врага, дугой выгнув в мою сторону чужое тело. Далее всё произошло как-то само собой. На ходу выхватив вниманием центральный манаканал, я хапнул из него магической силы. А в следующий миг моя ладонь уже лежала на чужой грудине. Взбаламученный разум, как по высоковольтному проводу, разом влил в тело зверочеловека ментальную силу. Получилось легко, ведь никакого дозирования или контроля не требовалось.
Зверочеловек охнул и на секунду обмяк. Получив короткое преимущество, Лютик ловко перекрутил противника, схватил его за запястье и, придавив коленом позвоночник, до хруста выкрутил покрытые чёрной шерстью руки.
— Ремни, простыни, верёвки! И свет! — закричал он мне и ошарашенно высунувшемуся из своей комнаты Дигу.
И появились эти простыни и верёвки и ознаменовали они нашу победу! Но вот то, к чему эта победа нас привела, оказалось для меня полной неожиданностью.
***
— Молодцы, что сказать, — сдержав зевок, произнёс Альдо Монти.
Как и в прошлый раз, за «молодцами» скрывалось устойчивое местное выражение с примерным переводом: «Куда бы не пошли три свиньи, путь их окончится в луже с грязью».
Ах да, в этот раз перед главой Культа нас предстало трое. С левой стороны стоял Лютик, с правой скованная по руками и ногам мохнатая воровка. Посередине стоял я и внимательно следил, чтобы другие двое не передрались.
Лютика кандалы на руках и ногах зверочеловека не смущали, как и не останавливал пол воровки. Уже дважды он пытался зарядить кулаком в мохнатое ухо. При этом обвинить его в малодушии вряд ли можно: пленница при любой возможности отпускала в адрес эльфа обидные замечания. В самых невинных из них, мать Лютика была замечена в замысловатых сексуальных связях с лишайными собаками.
Дожидаясь решения Альдо, я помалкивал. Интуиция подсказывала: человек передо мной в курсе всех подробностей произошедшего. По крайней мере, у него имелось время в этих подробностях разобраться.
Пришедший на зов ночной патруль не стал выяснять кто прав, кто виноват, арестовав всех троих — меня, эльфа и зверочеловека. Как следствие, остаток ночи мы провели в камерах на посту стражи. Рано утром объявился местный КГБшник, который — человек со шрамом. Быстро разобравшись в ситуации, он повёз нас троих к главе Культа. По пути выяснилось, что сажать Лютика и воровку в один экипаж — крайне опрометчивое решение.
В фэнтезийной классике эльфы не любят гномов. Пожалуй, отчасти оно и верно. Но почему я нигде не читал, что эльфы и зверолюди люто ненавидят друг друга?
— Ну и что мне с вами делать? — задумчиво пробормотал Альдо Монти.
— На рудники её лет на двести… — не упустил возможности внести предложение Лютик.
— Эльфийских женщин вроде бы не спрашивали… — презрительно отведя взгляд в противоположную от эльфа сторону, пробурчал зверочеловек.
— Мне кажется или откуда-то кошачьей саниной тянет? — преувеличенно принюхавшись, непонятно к кому обратился Лютик.
— Подштанники свои проверь. Все ответы там, — кинула ему воровка.
— Тихо… — коротко приказал Альдо.
Препирательства смолкли.
— Вы двое, выйдите в приёмную, — вперив взгляд в меня и эльфа, строго произнёс глава Культа.
Молча подчинившись, мы направились в сторону двери.
Честно говоря, я не очень понимаю, что здесь происходит. В моём представлении, это мохнатое тело ещё ночью должно было попасть в руки местного правосудия. В гордом одиночестве, так сказать. Ну а мы — героически схватившие вора добропорядочные граждане, получили бы возможность провести остаток ночи на мягких кроватях.
На деле же отношение выходило словно одни бандиты не поделили что-то с другими бандитам. Повязали и тех и других.
***
Стоило эльфу и человеку кабинет покинуть, как Хина растеряла боевой запал. Приуныв, девушка уставилась на сидящего за столом немолодого беловолосого человека. Интуиция подсказывала ей, что в момент, когда она переступила порог этого кабинета, данные Вороном гарантии перестали действовать.
Обернувшись в сторону окна, она с тоской оценила оконные рамы. Рвануть к окну, выбить его своим весом, оказаться на улице. Высота третьего этажа не проблема, кандалы тоже. Да вот беда, даже если она успеет забрать мать, бежать им некуда. Они, по сути, лишние везде. Изгнанница из родного племени ставшая проституткой и её родившаяся среди людей дочь.
Альдо в свою очередь думал о другом, а именно, перебирал в уме особенности звериного характера. Угрозы работали плохо, если только не являлись конкретными — здесь и сейчас. Также следовало избегать грубого принуждения: оно будило в зверолюдях постепенно крепнущий бунт.
С другой стороны, зверолюди уважали великодушие и силу. А вот существ юлящих и не способныхвыполнить обещания, презирали и старались с ними дел не иметь. Довольно наивно было требовать от них честности и соблюдения взятых обязательств. Здесь всё зависело от обстоятельств и личной привязанности. Однако, существовала возможность увлечь задачей. Если задача зверочеловека увлекала, его переставали интересовать «сбивающие факторы» вроде опасности или денег.
Из хорошего: несмотря на звериные повадки, в повседневности они отличались простотой и честностью. Но вот когда припечёт, юлили и обманывали как могли. А ещё, задачу облегчали обстоятельства жизни конкретно этой мохнатой леди.
— Как тебе человек, с которым тебя сюда привели? — прервав молчание, спросил Альдо.
