Ни одна женщина такого не простит.
– Ей и не надо. Она отлично играет роль жертвы. Представьте, у девушки есть жених, с которым она давно обручена. Они любят друг друга, однако под действием приворотного зелья, леди дает согласие на брак с другим. После свадьбы эффект зелья пропадает, и девушка понимает, что живет с нелюбимым. Вскоре из длительного морского путешествия возвращается ее возлюбленный, который не верит в привороты и называет изменщицей. И та красиво страдает. Все ее жалеют, девушка находится в центре внимания. Вся такая хрупкая, красивая, печальная. Очень выигрышный образ.
Шон закатил глаза.
– Ладно-ладно, – улыбнулась я. – Это только часть кордебалета. Дальше все интереснее. Родители Лилианы, отдавая единственную дочь замуж, рассчитывали на определенные преференции, однако дье Жиль очень быстро растеряли деньги и влияние. Получилось так, что выгоды от брака оказались призрачными, зато проблемы от семейки Зутриана вполне реальными. Отец Лилианы неоднократно использовал свои связи, чтобы сохранить лавки зятя. В общем, пользы от этого брака для их семьи никакой, и ладно бы дочь была счастлива, но влюбленность быстро прошла, и Лилиана страдает. Для того чтобы откатить назад, нужен серьезный повод…
Я замолчала и посмотрела на Шона.
– Например, приворот… – пораженно закончил он.
– Получается, вы уже не просто неудачник, которого бросила невеста, а мужчина, возлюбленную которого опоили приворотным зельем.
– Я всерьез начинаю вас бояться, леди Илаида, – сказал граф. – Хоть Зутриан и неприятный человек, но мне даже стало его жалко.
– Не стоит его жалеть, – тихо ответила я. – Наоборот, судя по тому, что мы с Винсетом узнали, Зутриан давно должен сидеть в тюрьме.
Шон поднял брови, но молчал, дожидаясь продолжения.
– Помнишь, когда отец Лилианы объявил о разрыве помолвки, мы решили узнать о том, что он задумал, и обратились к одному хорошему знакомому? – продолжил разговор Винсент.
– Да. К Рафаэлю. Только через день я и сам все узнал. Весьма неприятным образом.
– Не все, Шон. Не все. За день до твоей дуэли в квартиру, что я снимал, ввалился раненый Раф.
Под клятвой молчания рассказать что-то подробно невозможно, поэтому Винсент ничего не говорил по поводу этого знакомого, но по некоторым оговоркам, я сделала вывод, что Рафаэль – бывший вор и мошенник, которого время от времени привлекала к работе тайная служба. Полагаю, военные и разведка вместе расследовали какое-то дело, в ходе которого Шон и Винс познакомились с Рафом. Полезное знакомство осталось, и, когда понадобилось, Винсент попросил у Рафаэля помощи.
– Что?! Ты сейчас намекаешь, что его хотел убить отец Лилианы? Или сам Зутриан? А, может, это были его старые друзья из трущоб?
Интересно он уголовников обозвал.
– Маловероятно, что у этих «друзей» были дорогостоящие артефакты. У Рафаэля много врагов, но, учитывая те сведения, что ему удалось собрать о Зутриане дье Жиль, Лилиане дье Приоль и ее отце, мои предположения небезосновательны.
– Значит, слухи о запрещенных зельях в лавках, правдивы?
– Да, – подтвердил Винс. – Кроме этого, в «Волшебных травах» продавали контрабандный и ворованный товар. В какой-то момент дье Жиль решили расшириться и подмять под себя весь подпольный рынок лекарств и ядов, однако для этого им нужны были сильные покровители. Выбор пал на дье Приоль. Зутриан предложил отцу Лилианы войти в долю. В тот момент положение рода дье Омри сильно пошатнулось, ходили слухи о проклятии, которое могло бы перекинуться на тебя и твою будущую жену…
– Проклятие – это выдумка! – не сдержался граф.
– Лилиана была очарована Зутрианом, который красиво за ней ухаживал, – продолжал Винсент, не обратив внимания слова Шона. – В общем, дье Жиль подготовились.
– Я понял, – перебил дье Омри. – Помолвка со мной была невыгодна, зато Зутриан казался женихом хоть куда. Потом состоялась свадьба, два рода объединились, но вместо развития случился упадок. Что произошло?
– Понятия не имею, – развел руками мой телохранитель. – Рафаэль после того, как его едва не убили, не захотел дальше расследовать это дело. Слишком опасно. Он был зол, поскольку не ожидал от простой работы стольких проблем.
– Мы тоже не ждали, – признал Шон.
– Верно. Тогда я видел Рафаэля последний раз. Нашему информатору пришлось уехать и спрятаться, чтобы не попасться убийцам, нанятым дье Жиль. Хорошо хоть им не удалось узнать, на кого работал Раф. После его ухода я осознал, что результат твоей дуэли с Зутрианом не такой предсказуемый, как мы полагали. Безусловно, ты сильнее и опытнее, и в честной схватке одолел бы противника, но новый жених Лили не стал бы сражаться честно. Не знаю, что задумал Зутриан, но вряд ли бы ты выжил. Даже если бы смог победить в дуэли, дье Жиль убили бы тебя после. Поэтому я использовал желание, хотя понимал, что ты меня возненавидишь.
У Шона был такой вид, словно его пыльным мешком по голове стукнули.
– Почему ты мне раньше не сказал об этом?! – возмутился дье Омри.
– А что бы ты сделал? – вопросом на вопрос ответил Винсент. – Попытался бы донести правду до всех! Учитывая, что тебя бросила невеста, предпочтя Зутриана, никаких доказательств не было, а информатор пустился в бега, пытаясь скрыться от наемных убийц, твои обвинения сочли бы попыткой очернить род дье Жиль.
– Но я мог бы предупредить Лилиану…
– Конечно! – раздраженно вмешалась я. – Она бы поведала Зутриану. А тот обратился к гильдии убийц, сделав еще один заказ. На этот раз на графа дье Омри.
– Кроме того, тогда мне хотелось проверить информацию Рафаэля, – добавил Винсент. – Слишком уж неожиданные сведения он принес. К сожалению, все его выводы подтвердились.
Судя по виду, Шон никак не мог принять то, что услышал. Он сомневался, поэтому, пытаясь поймать нас на лжи, задавал каверзные вопросы. Однако Винсент быстро это прекратил, поклявшись, что все, что мы рассказали, правда.
– Значит, вы считаете, что дье Жиль будут заняты противостоянием с отцом Лилианы, и не накажут вас и автора этой статьи? – помолчав, поинтересовался Шон.
– Верно. Особенно, если автор скажет, что написал все это по заказу отца вашей бывшей невесты, – пояснила я.
– С вами страшно связываться, леди Илаида, – заключил граф.
Я лишь ослепительно улыбнулась.
После посиделок в ресторанчике Шон вызвался нас проводить. Он уже посетил уборную и привел себя в порядок, только несколько дерганные движения
