которые были одеты космонавты, и шлюзовая камера разрабатывались в хозяйстве Гая Ильича Северина, то есть на заводе № 918 в Томилине (теперь НПП «Звезда»).
Как только корабль вышел на орбиту вокруг Земли, так космонавты начали готовиться к выходу в космос. Шлюзовая камера была изготовлена из герметичной ткани и помещалась в сложенном виде на специальном шпангоуте на внешней обшивке корабля. Скафандры были уже надеты на космонавтов, осталось только надуть шлюзовую камеру, чтобы она расправилась, и открыть переходный люк в нее. Через полтора часа после старта Алексей Леонов уже вышел в открытый космос. Это значит, что наддув шлюзовой камеры прошел очень быстро. Леонов открыл в нее люк и вошел в узкое пространство шлюзовой камеры. Из нее вскоре был откачан воздух и открыт люк прямо в космос. Леонов несколько раз отходил, вернее, отплывал от корабля и возвращался обратно. Когда понадобилось возвращаться в шлюзовую камеру, он не смог это сделать с первой попытки. Скафандр раздулся и не проходил в люк. В нарушение всех инструкций космонавт с трудом сделал кувырок через голову и стал влезать в люк ногами вперед, а не головой.
Чтобы уменьшить размеры скафандра, Леонов стравил лишнее давление и смог вернуться на корабль.
Злоключений в том полете было много. Последнее – на посадке. Отказала автоматическая система посадки. Садиться пришлось в ручном режиме. Приземлились Беляев и Леонов в тайге Пермской области, откуда их пришлось выводить на лыжах к вертолетной площадке. На космодроме они оказались через двое суток после приземления.
Тем временем американцы развернули программу полетов на новых космических кораблях «Джемини». «Джемини-3» совершил полет через четыре дня после приземления Беляева и Леонова. Вирджил Гриссом и Джон Янг летали всего четыре часа, но за это время они успели совершить первый орбитальный маневр. Первые маневры в космосе совершил советский космический аппарат «Полет-1» в ноябре 1963 г., однако «Полет» был автоматической станцией, а «Джемини-3» управляли астронавты. Безусловно, это был успех американской астронавтики.
И это было только начало. Американцы буквально за девять месяцев повторили то, что мы сделали за четыре года, и перещеголяли нас. Джеймс Мак-Дивитт и Эдвард Уайт, летавшие на «Джемини-4» в июне 1965 г., за четверо суток в космосе успели поманеврировать, сближаясь со второй ступенью ракеты (сразу же на первом витке), на третьем витке Уайт вышел в космос. Во время выхода он испытал ручное реактивное устройство для передвижения «самострел». Выход продолжался около 20 минут и тоже сопровождался трудностями с выходным люком: открылся и закрылся он с трудом. Кроме того, астронавты провели ряд научных экспериментов. Экипаж «Джемини-5» в составе Гордона Купера и Чарльза Конрада поставил новый рекорд продолжительности космического полета – 7 суток 22 часа 55 минут. Кроме того, они выполнили программу экспериментов. НАСА упорно продвигалось к решению задачи высадки на Луну.
Казалось бы, можно было на этом США успокоиться, да не тут-то было. 4 декабря 1965 г. был запущен «Джемини-7» с астронавтами Френком Борманом и Джеймсом Ловеллом. Модуль «Аджена» взорвался при старте, и на орбиту отправили второй корабль «Джемини-6А» с экипажем в составе Уолтера Ширра и Томаса Стаффорда. Корабль нужен был на орбите для отработки совместных маневров сближения. Стыковочных узлов на кораблях «Джемини» еще не было, а сближались корабли почти до касания: от 90 м до 30 см! Американцы догнали и перегнали нас. Теперь мы дышали им в затылок.
«Автоматический» космос
Если при проведении пилотируемых полетов у нас все было замечательно (до 1967 г.), то при запусках автоматических станций и спутников было всякое. Все-таки электроника и ее элементная база в США были развиты намного лучше. Тем не менее мы старались, и у нас многое получалось.
Запускать космические аппараты без всяких планов и системы – все равно что устилать небо деньгами. Да и кто позволил бы это Королеву! Первой программой по запуску космических аппаратов была лунная программа.
Официально первый этап советской лунной программы начался 2 сентября 1958 г. принятием постановления правительства о запуске автоматических станций к Луне, а фактически еще раньше, так как к началу 1958 г. у нас уже был детально проработан первый лунный аппарат. Специалисты полагали, что начальный этап исследований Луны автоматическими станциями нужен для дальнейших исследований Марса и Венеры, может быть, даже в пилотируемом варианте. Смелости и амбициозности Сергею Павловичу Королеву и его соратникам было не занимать, тем более что поддержка сверху в лице первого секретаря ЦК КПСС Никиты Сергеевича Хрущева, главного человека в Советском государстве, была абсолютной.
После наших успешных запусков первых спутников американцы при помощи ракеты-носителя Thor-Able, а также Juno решили попробовать опередить своих советских коллег в космической гонке: первыми попасть в Луну. Думать о посадке на нее в конце 50-х гг. было слишком рано и для советских специалистов, и для американских. Даже рассчитав полет на Луну, нужно было создать множество технических систем и заставить их работать слаженно и точно!
Для запусков к Луне и других межпланетных исследований у американцев был предназначен космический аппарат Pioneer. Первый его запуск был осуществлен 17 августа 1958 г. Взрыв ракеты Thor-Able произошел на 77-й секунде полета. Последующие пуски 11 октября, 8 ноября, 6 декабря 1958 г. космических аппаратов соответственно Pioneer-1, Pioneer-2, Pioneer-3 также были неудачными.
Раз у американцев не все сразу получалось, значит, и у нас было не без греха. Космические аппараты лунной серии в королевском ОКБ-1 получили индекс Е. Эскизно их успели проработать еще до конца 1957 г. Так что в начале 1958 г. С. П. Королев в своем закрытом докладе «О программе исследований Луны» уже использовал эти наработки. Аппараты должны были запускаться ракетой 8К72, то есть «Восток».
В сущности, это была та же самая Р-7, но с третьей ступенью. На третьей ступени было решено использовать двигатель РД0105 конструктора Семена Ариевича Косберга и блок Е. Движок Косберга был непростой: он был способен включаться в космическом вакууме. Такого у нас еще не было!
Блок Е должен был обеспечить необходимую для полета к Луне вторую космическую скорость. Штуковиной, ради которой все затевалось в ОКБ-1, был неориентируемый автоматический аппарат Е-1, представлявший собой небольшой приборный контейнер весом в 170 кг, отделявшийся от третьей ступени после выхода на траекторию полета к Луне.
Первый пуск ракеты «Восток» состоялся 23 сентября 1958 г. и закончился аварийно на 87-й секунде. Второй пуск был осуществлен 12 октября, и опять неудачно, ракета взорвалась на 104-й секунде. 4 декабря запуск тоже не удался – ракета потерпела аварию на 245-й секунде полета. С сентября 1958 г. по июль 1959 г. было сделано пять запусков аппарата Е-1 ракетой-носителем «Восток» и только один
