и НИИ. Разросшееся ОКБ-52 В. Н. Челомея в полном составе перешло из авиапрома в Министерство общего машиностроения.
Одним из первых мероприятий возрожденного «ракетного» министерства была передача в апреле-мае 1965 г. всех межпланетных «проблем и дел» из ОКБ-1 в КБ Машиностроительного завода имени Лавочкина, в том числе и всей «автоматической» программы исследования Луны. За собой Королев оставил программу высадки человека на Луну. Ответственным за все межпланетные автоматические исследования с этого момента стал главный конструктор КБ Машиностроительного завода имени Лавочкина Георгий Николаевич Бабакин.
В связи с тем что лунная программа все-таки двигалась туго, требовалась помощь проектным организациям и корректировка планов. Поэтому 25 октября 1965 г. появляется постановление с очень длинным названием: «О сосредоточении сил конструкторских организаций промышленности на создании комплекса ракетно-космических средств для облета Луны и подготовки условий для последующей организации высадки экспедиции на поверхность Луны».
В этом же постановлении было записано решение, что раз ОКБ-52 Челомея не успевает сделать к сроку самостоятельно лунный облетный корабль и разгонный блок, то, значит, надо использовать наработки ОКБ-1 и использовать их корабль «Союз» и разгонный блок Д.
В январе 1966 г. КБ завода имени Лавочкина дебютировало успешным запуском станции «Луна-9». Это была прежняя станция Е-6, но на ней наддув амортизирующих баллонов происходил еще до запуска ТДУ. Е-6М великолепно справился со своей задачей, сел на поверхность Луны в Океане Бурь, в районе кратеров Рейнер и Марат, включил аппаратуру и провел исследования и съемку лунной поверхности, затем передал изображения на Землю. Люди впервые увидели панораму Луны.
В марте 1966 г. было произведено два запуска космических аппаратов серии Е-6С. Один из них, «Луна-10», успешно долетел до Луны и 57 дней с ее орбиты проводил необходимые исследования, передавая информацию на Землю. Второй аппарат, «Космос-111», остался на земной орбите. В августе и сентябре того же года были успешно запущены «Луна-11» и «Луна-12». Обе станции были предназначены для фотографирования лунной поверхности с орбиты и свое задание успешно выполнили. Рабочее, заводское название аппарата было Е-6ЛФ. Лунную программу 1966 г. завершил декабрьский запуск лунной станции Е-6М «Луна-13», которая на радость советским людям успешно прилунилась, провела исследования и съемку лунной поверхности.
Автоматические лунные станции торили дорогу к Луне советскому человеку. Новая модификация Е-6 Е-6ЛС должна была помочь отработать элементы полета человека к Луне. Однако два запуска этой станции в мае 1967 г. и феврале 1968 г. оказались неудачными, и только запуск в апреле 1968 г. принес успех: «Луна-14» полностью реализовала свою программу: на станции было установлено новое оборудование для связи и оно отработало прекрасно.
Но все это было уже без Королева. Сергей Павлович умер 14 января 1966 г. Перешагнул порог своего кабинета, собравшись в больницу на неделю, а получилось – навек.
Работа над лунной программой проходила трудно. После ухода Сергея Павловича Королева, умевшего выходить из труднейших ситуаций, организационных и технических, своим авторитетом продавливавшего нужные решения в ЦК и Совете министров, делать это стало некому. Место главного конструктора ОКБ-1 занял Василий Павлович Мишин, почти 20 лет проработавший заместителем у Королева.
Занял место Королева Василий Павлович по праву. Коллектив ОКБ-1 направил в ЦК КПСС письмо о назначении Мишина на должность главного конструктора. У Устинова, конечно, по этому поводу были совсем другие планы. На эту должность он готовил Г. А. Тюлина, человека в космической и ракетной промышленности известного и надежного. Коллективу Устинов перечить не стал. Но в первые полтора года после смерти С. П. Королева и назначения В. П. Мишина главным конструктором Устинов с Мишиным по поводу Н-1 напрямую старался не встречаться.
Трагедии и победы лунной гонки
В сентябре 1966 г. была создана Лунная группа космонавтов. Возглавил ее космонавт Алексей Архипович Леонов. В группу вошли военные и гражданские специалисты. Военные сначала ни в какую не хотели допускать к подготовке гражданских специалистов, и при создании этой группы разгорелась настоящая гражданская война с «боевыми» действиями. Главный конструктор В. П. Мишин не разрешал, например, проводить занятия с военными космонавтами у себя в ЦКБЭМ (Центральное конструкторское бюро экспериментального машиностроения) – так теперь стало называться ОКБ-1. Конфликт разрешился к октябрю 1966 г., а вскоре были созданы первые три экипажа: А. А. Леонов-О. Г. Макаров, В. Ф. Быковский-Н. Н. Рукавишников, П. И. Попович-В. И. Севастьянов.
В отряд также входили: В. А. Волошин, Г. Т. Добровольский, П. И. Климук (командиры), Ю. П. Артюхин, А. Ф. Воронов, Г. М. Гречко, В. Г. Ершов, А. Г. Николаев, Е. В. Хрунов, В. В. Горбатко, Б. В. Волынов, Г. С. Шонин, А. П. Куклин, А. В. Филипченко, К. П. Феоктистов, В. Н. Кубасов, В. Н. Волков. Космонавтами резерва по посадочной программе Л3 должны были стать гражданские космонавты ЦКБЭМ С. Н. Анохин, Г. А. Долгополов, В. Е. Бугров, В. П. Никитский, В. И. Пацаев, В. А. Яздовский. Лунный отдел отряда космонавтов возглавлял В. Ф. Быковский.
В 1966 г. в Советском Союзе не было проведено ни одного пилотируемого полета. Зато американцы за этот год провели еще пять полетов по программе «Джемини» и отработали основные операции по сближению и стыковке космических кораблей. Нам пока ответить было нечем. Мы только начинали испытания новой модификации Р-7 ракеты-носителя «Союз» и космического корабля «Союз» 7К-ОК. Первый пуск состоялся 28 ноября. В СМИ его назвали «Космос-133». Аппарат подорвали при попытке возвращения на Землю. Еще одно испытание «Союза» прошло 14 декабря 1966 г. «Союз» сгорел прямо на старте.
Тогда же, в декабре 1966 г., состоялось совещание в ЦК КПСС, организованное Устиновым для обсуждения состояния дел по лунной программе и ракете Н-1. Главный конструктор В. П. Мишин в этот момент был в отпуске. В совещании приняли участие М. В. Келдыш, Л. В. Смирнов, С. А. Афанасьев, Г. А. Тюлин, И. Д. Сербин, член ВПК Строгонов, А. И. Пашков. Выступать были приглашены заместитель В. П. Мишина С. О. Охапкин из ЦКБЭМ, Ю. А. Мозжорин из ЦНИИМаш (НИИ-88). Докладчики дали понять, что финансирование лунного проекта не на должном уровне и ждать начала выполнения программы в 1968 г. не стоит. Летно-космические испытания необходимо перенести на 1969 г. Доказывал эту точку зрения Юрий Александрович Мозжорин, директор ЦНИИМаш. Он предложил большую часть денег отдать на наземную отработку техники.
Первым возмутился Устинов. Его поддержали Сербин и Келдыш. Возмущение было почти неподдельным. Практику конструкторов занижать расходы, чтобы министры финансов и Госплана не пугались и подписывали документы, знали все. И тем не менее нужно было выразить свое возмущение. Так было принято.
Келдыш предложил сократить расходы на военный и научный космос, но Мозжорин
