сейчас поедут за нами, спешу тебя разочаровать. Отследить магический след тоже не удастся.
— Какая жалость, — притворно вздохнул я.
Тут повозка бодро подпрыгнула на ухабе. Да уж, неважно, куда и как ты едешь — в наручниках в логово бандитов или в золотой карете на прием к великому князю, некоторые вещи не меняются.
— На нормальную карету что, денег не хватило? — спросил я. — Понимаю, жизнь у заговорщиков нынче тяжелая. А вы не думали сменить сторону и пойти на службу к Романову? Не так романтично, зато удобные экипажи, соцпакет и гарантированная пенсия! Если доживешь, конечно.
— Заткнись, — зло буркнул кто-то.
— Да как же я заткнусь? — изумился я. — Меня же и вызвали потому, что хотели поговорить.
Похититель пробурчал что-то сквозь зубы, но попыток приструнить слишком разговорчивого пленника не сделал. Получил приказ меня не калечить? Возможно. Подумав, я тоже решил больше не нарываться, так что дальше мы ехали молча. Причем, по ощущениям, больше часа. Значит, в Оренбург или его окрестности? Логично, если мы направляется в логово местной ячейки «Неспящих», оно должно быть расположено рядом с большим городом.
Наконец, повозка остановилась. Меня вытащили оттуда, словно мешок с картошкой, и втолкнули в дверь (этот факт я осознал, поскольку ударился лбом о дверной косяк). Затем мы прошли еще немного, похоже, вглубь дома. Когда с моих глаз наконец-то сняли повязку, я не удержался и присвистнул.
Комната больше напоминала амфитеатр. Посреди своеобразной арены стоял одинокий стул, на который меня и усадили, а вокруг располагался ряд богато расшитых кресел. Сквозь высокие окна падал свет, так что я смог разглядеть бурые следы на полу. Кровь? Хочется верить, что просто грязь, а я становлюсь параноиком. Точнее, я давно уже им стал и теперь день ото дня совершенствуюсь в этом образе.
Сидящих в креслах «Неспящих» было девять. Та четверка, что привезла меня сюда, тоже уселась, образовав чертову дюжину. В самом высоком кресле, больше похожем на трон, сидел главарь с угольно-черными волосами. Я сразу понял, что он — оборотень. Небрежная поза, слишком грациозная для человека, чуть заостренные уши, взгляд прищуренных глаз. Ну и то, что эти глаза были ярко-желтыми, тоже немного помогало в идентификации вервольфа. На людях он что, носит цветные линзы?
— Граф Лазарев? — задал главарь банальный и оттого идиотский вопрос.
— Нет, княжна Мирослава, просто сегодня я не накрасилась, — огрызнулся я.
Вервольф поцокал языком.
— Ай-ай-ай. Вы не в том положении, чтобы дерзить, граф. Вы здесь один и лишены магической силы, а нас много. К тому же, у нас ваша жена.
— Здесь не поспоришь, но не ждите, что из-за этого я буду разговаривать с вами излишне вежливо. Что вам от меня нужно?
— Хотим попросить вас вручить кое-кому подарок.
Вервольф лениво подошел ко мне и протянул толстую книгу. Я отметил, что на руках его были перчатки.
— Романов вам доверяет. В вашу следующую встречу, а она, учитывая, с какой регулярностью вы бываете во дворце, состоится скоро, вы подарите ему эту книгу.
— И что случится после этого? — Я не спешил принимать презент.
— Вас это уже не касается. Если сделаете все правильно, получите свою жену обратно.
Да это не «Неспящие», а прямо-таки орден иезуитов. Кажется, именно они подносили своим жертвам отравленные фолианты, чем преступно подрывали веру населения в пользу чтения. Все даже хуже, чем я думал.
— А я сам не отравлюсь в процессе? — Я изобразил на лице глубокое раздумье. — Если я буду вручать подарок в перчатках, Император наверняка насторожится.
— Не беспокойтесь, с вами ничего не случится. Главное, не тяните пальцы в рот после того, как подержали книгу, и тщательно мойте руки.
Я еще раз задумчиво осмотрел книгу. Можно сделать вид, что я согласен и даже рад отомстить Романову за все хорошее, вот только тогда я не выполню свою главную задачу — тянуть время. Так что я презрительно бросил ее на пол.
— Неужели вы думали, что я соглашусь отравить Его Величество? Я к нему в некотором роде привык. Я сохраняю верность короне и вам советую то же самое. Вы же понимаете, что ваше дело обречено?
«Неспящий» усмехнулся. Этот смешок мне не понравился. Он означал не просто: «это ты обречён, идиот, сидя посреди кучи врагов без оружия и магической силы», а «ты обречён, причем все перечисленное — даже не половина твоих неприятностей».
— Вы не задумывались, граф, куда ведет вон та дверь?
Я посмотрел туда, куда указывал вервольф. Действительно, неприметная дверь там была. Я бы ни за что не обратил на нее внимание, если бы «Неспящий» в прямом смысле этого слова не ткнул пальцем. Я собрался ответить что-нибудь ехидное, но тут…
Дверь исчезла. Отъехала в сторону, а вместо нее осталась лишь ненадежная преграда из стекла.
По крайней мере, я надеялся, что там было стекло. Иначе бы меня уже сожрали.
Подобных тварей я никогда раньше не видел. Первая ассоциация, которая пришла мне в голову — пираньи на ножках. Размером с крупную крысу, с непропорционально большой головой и несколькими рядами острых зубов, которые, казалось, не помещаются во рту. Увидев меня, монстры забесновались, пытаясь прогрызть невидимую преграду. Пару штук таких я, наверное, смог бы прикончить даже без магии, банально раздавив сапогом. Возможно, даже пять. Вот только их было не меньше сотни.
«Неспящий» между тем поднялся обратно на свой трон. Вот компост, это ведь и есть амфитеатр! Только неугодных здесь скармливают не львам, а вот этим вот тварям, отсюда и кровь на полу. И не будь я граф Лазарев, если, когда их выпустят, между креслами и ареной не вырастет магический барьер.
Вервольф небрежно подбросил в руке небольшую коробочку.
— Сейчас я нажму кнопку, и мои маленькие зверушки вырвутся на свободу. Хотите угадать, за сколько минут они обглодают вас до костей?
Я сглотнул, поспешно отправляя воображение в бессрочный отпуск. Такой смерти и врагу не пожелаешь. Хотя насчет данного конкретного врага, который сейчас изгалялся надо мной, сидя наверху, я не был так уже уверен.
— Вижу, вы прониклись. Но не беспокойтесь, вы нам пока еще нужны. А вот ваша жена не очень. Хотите посмотреть, как мы скормим ее рафицадам?
Только тут я заметил, что в комнате была еще и третья дверь. И через нее двое «Неспящих» заталкивали отчаянно упирающуюся Дарью со связанными руками и
