– Илья просил его решить конфликт с Имиром, чтобы тот пошёл на примирение. Оглы не улыбалось потерять Руслану и связи близнецов, да и братьям, по сути, разрыв был не выгоден. Коробкину удалось договориться с принципиальным брюнетом, хоть это и стоило ему немалых усилий.
– Исчерпаны, – так же холодно ответил Имир.
– Понял-понял. Исчерпаны, но даром не пройдёт. Не доверяешь больше. Верно?
– Доверяю, почему же? – уклончиво молвил отличник. – Но проверяю.
– Печётесь теперь вдвоём о Любе? Ты, Сэро, девчонку втянул, а ты, Имир, озаботился её безопасностью. Люба нырнула в задницу по глупости и простоте, а сейчас наверняка не вкуривает, какого хрена её лишили опасного лёгкого бабла. Её мнение кто-нибудь учёл?
– Ты хочешь учесть, так понимаю?
– Понимай, как хочешь, Имир. Но ей стоило всё объяснить. То, что впарил ей Сэро, я знаю. Только Поспелова уже испачкалась в уголовщине, где ей долго и подозрительно везло, и не уймётся, пока на своей шкуре не поймёт, в какое болото заплыла. Ты прав, а я солидарен: не по Любину душу работёнка, ей там делать было нечего. Фарфоровой кукле не место на помойке. Верно, Сэро?
Повесе нечего было сказать на тонкую издёвку, резанувшую по открытой душевной ране, нанесённой родным братом пару дней назад и до сих пор нывшей. Цыган мучился от вины и ненавидел собственный эгоизм. Денис усмехнулся:
– Короче, с ней стоит поговорить и внятно объяснить, что к чему. Я это делать не буду, потому что не я кашу заварил, да и вообще не в курсах был. Вы суету навели, вы и разговаривайте.
– Тогда какого хрена базар устроил? – нашёлся Сэро. – Или больше всех не похрен? В папашу доброго решил поиграть? Поспелова с тобой хороводы не водила и в воротник не плакала!
– А тебе много плакала? – огрызнулся шатен. – Или тебе, Имир?.. Как вы, всезнайки, на своём континенте прошляпили, что девку Кабан зачморил? Козлил так, что Поспеловой ходить в седьмую парашу не хотелось! Почему не вмешались? Херово в конторе шарите!
– Что ты мелешь?! – разозлился повеса. – С Кабаном и придурошным 10 «А» вопрос закрыт! Да и Люба никогда не жаловалась!
– А ты ждал, когда пожалуется? – съехидничал Денис, видя, как свирепеет Сэро.
– Вижу, больше нас знаешь, – холодно заметил Имир. – Так поделись. Тебе, смотрю, всё-таки не всё равно. Наталья и Ленка наскучили? Новых ощущений ищешь?
Коробкин остыл, небрежно усмехнулся, пропустив мимо ушей скользкий намёк.
– Ничего не знаю. Инфу про гон слили общие знакомые, вот и удивился я, что вы не вмешались.
Впервые Денис, драчливый рубаха-парень и бывший любитель залить за воротник, решил схитрить перед близнецами и утаить про душевные посиделки с тихоней. Раз Поспелова не сказала братьям о травле и доверилась только ему, значит, у девочки были на то причины. «Не заслужили!» – хмыкнул десятиклассник и оставил содержимое их личных бесед при себе.
– Гениальная мысль, что Люба – гордый человек и не нуждается в заступничестве, потому что предпочитает решать проблемы сама, тебя не посетила? – съязвил Имир.
– А тебя? – нашёлся шатен. – Ты-то влезть в мутняк брата и Оглы не постеснялся!.. Ай, ладно, хватит! Хочешь за Любу решать, Имир, – решай на здоровье, только потом локти не кусай. Один на грабежи девку потащил, другой накостылял за это… Лучше бы встречаться ей предложили! Чего Любка ходит одна? К тебе, Сэро, обращаюсь!
– В смысле, ко мне?! – напрягся повеса.
– Ты с ней познакомился первый и в компанию припёр. Поспелова с тобой несколько месяцев в Краснодаре тусила. По заброшкам деваху в одиночку таскал. В школу вместе ходите. – Коробкин аккуратно зашёл в тему, где у него был немалый интерес. – Отношения ей предложить не хочешь?
Ибрагимов пристально посмотрел на друга и поймал в его зелёных глазах лёгкую презрительную усмешку. Оба помнили, как некрасиво поступали в прошлом с девочками. И помнили, что из этого вытекало. Сэро покосился на Поспелову – она беззаботно щебетала с Натой и Ленкой и не подозревала, что за неё самоуверенно решают сейчас трое приятелей.
– Не хочу. Мы лишь общаемся, точка. – Сэро посмотрел в глаза сначала Денису, потом – родному брату. – Люба хотела совета и быстрых денег – я помог. Она меня не интересует, не интересовала и никогда не заинтересует. Да, с ней смешно, прикольно болтать, время убивать, но не более. Если честно, не считаю её за девушку в принципе. Типа, не мужик и не тёлка – непонятное что-то, бесполое. Ни разу за год не зачесалось с ней заигрывать – да и она повода не искала. Любане похер на меня – мне похер на Любаню. Имир считает, будто Поспелова мне доверяет и подражает. Ну и что? Дружить не равно влюбиться! Не нравится эта дурашка мне – и не понравится, даже если все дамочки передохнут. Так что, дражайшие братишка и Денисыч, поляна открыта, действуйте!
Близнец слушал монолог, оставаясь таким же холодным и равнодушным. Денис внимательно следил за Сэро, ища по привычке на его лице подвох или лживую ноту. Но брюнет после взбучки от Имира был предельно честен и верил сейчас себе как никому другому.
– Ну даёшь! Грубиян! – Коробкин саркастично усмехнулся и хлопнул его по плечу. – Я лично занят. Имир весь в учёбе. Хотя, как говорится, хозяин барин! Слова назад не забирай, когда возле Поспеловой ухажёр крутиться начнёт…
Ден не договорил. Внимание отвлекла подъехавшая дорогая иномарка. Машина подлетела к месту тусовки на большой скорости и резко затормозила, подняв фонтан щебёнки да кучу пыли.
– Что за понторез, мля?! – психанул кто-то в толпе, откашливаясь.
Из тачки выскочила Ибрагимова – яркая, эффектная, при всём параде.
– Что, лошары, не ждали?!
– О-о-о-о! Ты посмотри-ка! Какие люди в Голливуде! – одобрительно заржала молодёжь и побежала приветствовать красавицу.
Руслана обняла и перецеловала всех желавших. Вслед за ней вылез Оглы, а потом – никому не знакомый владелец крутой тачки. Брюнетка дала команду, и он послушно вытащил из багажника ящики с пойлом и закусоном.
– Сидите насухую, жмотничаете! – Кокетка беспечно расхохоталась. – Без шашлыков, без чипсов! А ну-ка, давайте накрывайте столы! Гулять так гулять!
Ватага, собравшись вокруг Русланы, зашумела. Предложили скинуться и купить мяса, нажарить шашлыка. Хахаль понту ради бросил в общак больше всех и заявил, что смотается за хавчиком на рынок. Шустро у прибрежных хат насобирали хворосту из сухих куч, разожгли костёр под мангалом, заваренным намертво в асфальт. Кто-то старался накрывал стол. Разлили по одноразовым стаканам пенное. Молодняк накатил и подурнел.
Люба держалась ближе к краю и наблюдала за ровесниками. Она не переставала удивляться наглости Русланы,
