был? Наверное, перевалило за полночь. Я спала, встала, чтоб окошко прикрыть, дуло, и тут смотрю – ниндзя.
– Что он делал?
– Кидал сюрикен. Вроде. Я вижу плохо. И в близь, и вдаль. Но не слепая. В очках в глаз вороне не попаду, но ее рассмотрю. Пошла искать очки, когда ниндзя еще что-то метнул. Катану как будто. Вернулась – уже нет никого.
– Спасибо вам, Марина Ивановна, за информацию.
– Полезная оказалась, да? А вы от меня отмахивались. Я как узнала, что Индюка убили, сразу поняла – ниндзя это.
– Он Кулик.
– Может, по фамилии… А так индюком был надутым.
– Я могу еще к вам зайти сегодня. Так что не прощаюсь.
С этими словами Варвара покинула квартиру, поднялась на этаж выше. Прежде чем открыть дверь квартиры Кулика, позвонила Букину. Велела ехать к ней, да не с пустыми руками.
Опять захотелось пить. Пришлось наливать воду из-под крана. Попив, зашла в комнату и сразу к окну. Рамы не двойные. Передние сняты. Стекла, наверное, разбились, а менять их никто не пожелал: ни хозяин хаты, ни жилец.
Варваре было странно, что Глеб Кулик, человек как минимум хорошо зарабатывающий, жил в таких условиях. А он же еще и считал себя лучше других! Мог бы поприличнее снять жилье. А если привык к этому, на ремонт потратиться. Но в квартире обои старые, на полу советский линолеум, канализация хоть исправная, но очень шумная. Даже кухня плохо оборудована. Из передового только индукционная плита и духовой шкаф. Вытяжки нет, холодильник древний, а вместо разделочного стола – письменный.
Букин молодец приехал через полчаса. А что еще лучше, привез минералку.
– Ты думаешь, что убийца залез в окно? – первое, что спросил он.
– Это невозможно.
– Вот и я так думаю.
– Нет, в принципе, если заморочиться, то проникнуть можно в любую квартиру, тем более в ту, что на втором этаже, но… – Она толкнула створку. Та не поддалась. – Помоги, – попросила она коллегу. Тот надавил, и окно открылось. – Видишь козырек на соседнем здании? Если с него запустить метательный снаряд, когда жилец квартиры стоит возле окна, то он точно умрет.
– Тааак, – протянул Бука и достал из сумки орудие убийства. – Хочешь сказать…
– А у нас есть другие варианты?
– Да.
– Какие?
– Не бредовые. Конкретнее, пока не скажу.
– А давай проверим?
– Что нужно делать? – с тяжким вздохом проговорил лейтенант.
– Забраться на козырек.
– Я не смогу.
– У меня получилось, значит, и ты сможешь. Вперед.
Когда Букин ушел, Варвара притащила из прихожей трехногую вешалку. На нее нахлобучила коробку из-под микроволновки (та в доме была, а печки не имелось, что удивительно), и уже сверху полуторалитровую кастрюлю дном вверх.
– Ты чего это творишь? – услышала она за спиной.
– Марина Ивановна, вам сюда нельзя! – прикрикнула на бабулю Варвара. Та бесцеремонно зашла в квартиру, воспользовавшись тем, что дверь не заперта.
– Не пахнет уже, – отметила Марина Ивановна, пропустив мимо ушей слова товарища капитана. – А как воняло! Фу… – Она подошла к сооружению. – Это что? А, поняла. Типа будущая жертва. Стоит, значит, курит.
– Много курил?
– Временами да. Когда пил, наверное. И все возле окна, и дым весь ко мне спускался.
– Он вроде поднимается вверх.
– Не весь, – не дала себя переубедить Марина Ивановна. – И пепел сосед, зараза, стряхивал на улицу. – Тут она резко схватилась за очки, висящие на резинке, и водрузила их на те, что были на носу. – Это еще кто там? А, твой напарник. – И помахала Букину. Видела бабка на самом деле более или менее нормально.
– Это еще кто? – крикнул лейтенант. Точнее, громко сказал.
– Соседка Марина Ивановна.
– Ее узнал. Здравствуйте.
– Конничива, – ответила ему по-японски бабка. – А чурбан этот заменяет Кулика. Следственный эксперимент у вас намечается.
– Вы могли бы покинуть квартиру, чтобы мы провели его спокойно?
– Конечно. Но я все равно буду за ним наблюдать из своего окна.
– Это и хорошо. Будете комментировать. Но только, когда попросим. Хорошо?
Марина Ивановна не ответила, она уже спешила к двери, торопясь занять свой пост. Развлечение намечалось увлекательнее, чем просмотр боевика по видео.
– Как забрался? – спросила Варя.
– Не без труда.
– Но сделать это, как мы уже выяснили, может каждый. И мужчина, и женщина…
– И подросток, – продолжил Букин. – Ночью он (она, они) может забраться сюда незаметно. Фонари на складах не горят. Те, что перед подъездами домов, светят скудно.
– Кидай орудие в голову.
– В твою? – хохотнул Букин, но метнул, естественно, шарообразную награду в кастрюлю. Попал с первой попытки. – Это не трудно для меня. Я все ж мент. У нас регулярные стрельбы, и я меткий.
– В школе у нас были уроки по метанию снарядов. Я уже тогда умела попадать в цель с десяти метров, а тут четыре, максимум пять.
– Принимается. Но тут нужно было угодить точно в висок, чтобы человек умер.
– Метни еще раз! – Она подобрала шар и кинула Букину. Чтобы поймать его, он сделал ладони ковшиком. Получилось не очень – едва не выронил.
Лейтенант метнул орудие еще раз. Уже сильнее. Кастрюля с грохотом рухнула на пол.
– Вот тебе и смертельный удар, – сказала Варя.
– Допустим. Но окно было закрыто.
– Его сильно толкнули, рама резко захлопнулась.
На лице Букина снова появилась скептическая гримаса.
– Чем?
Варвара пожала плечами.
– Возьми-ка, сынок, – послышалось снизу.
Капитан наклонилась и увидела в окне Марину Ивановну. Кого ж еще? Она что-то протягивала Букину.
