Голос Юли прогремел на весь офис.
— Это что?
Но девушка только широко улыбнулась и сказала, что понятия не имеет, но, кажется, там записка.
На столе лежал красивый нежный букет из роз, и белый бумажный подарочный пакет. Из него торчал лист бумаги. Размашистый подчерк, острый, с нажимом на перо. Пробежавшись глазами по тексту, она отправила лист в урну, пожала плечами и полезла в пакет. Бархатный футляр. Открыв крышку, она обнаружила цепочку с невероятным кулоном, инкрустированным жемчугом. Второй вещью в пакете была коробочка Мемо. Ухмыльнувшись, она вскрыла пленку и выудила продолговатый флакон с золотой крышечкой.
Подумав несколько секунд, она достала из урны записку и снова перечитала.
"Я обыскал весь город, чтоб поговорить с тобой. Да, я виноват, но не во всех грехах, что ты думаешь. Я надел кольцо на палец женщине, а это значит, что она единственная в моей жизни, в моей постели и, как оказалось, в моем сердце. Прошу тебя, дай мне шанс объясниться. Оставляю в залог дары моей богине громовержице, надеясь на то, что она сменит гнев на милость и воплотится в богиню правосудия. Твой накосячивший муж".
С лицом театрального сожаления записка была отправлена обратно в урну.
Вливаться в трудовые будни было тяжело. Хотелось спать, есть и немножко убивать. Только удалось сконцентрироваться на всех этих цифрах и названиях, как настало время обеда.
— Ну? Пойдем?
Карина нависла над ней, как только стрелки указали полдень.
— Идем.
Взяв сумочку, они спустились в кафетерий здании. Там пахло выпечкой и кофе. С тех пор, как с набором вещей она приземлилась на диван Ани, она только и делала, что ела. Поэтому сейчас на ее подносе сами собой очутились два салата, пюре с отбивной, огромный пончик в посыпке и огромный стакан зеленого чая.
— Ого! Вот это аппетиты!
— За неделю перед днями женского проклятья я всегда превращаюсь в проглота.
Карина посмеялась и поставила на свой поднос только тарелочку салата. Как только они сели за столик, Юля принялась за обед, слушая сплетни офиса за две недели. Стоило ей опустить глаза в тарелку, как Карина вдруг умолкла.
— Я рад, наконец, тебя увидеть.
От неожиданности Юля подавилась и зашлась в кашле. Сквозь слезы, выступившие на глаза, она увидела, что вместо ее коллеги сидит Марк.
— Да чтоб тебя! Почему когда ты появляешься в моей жизни, как снег на голову, я всегда давлюсь?! Что ты вообще тут делаешь? Уйди с глаз моих.
С трудом переводя дыхание, Юля вытирала мокрые щеки.
— Ну должен же я был как-то тебя выловить. Ты скрылась со всех радаров. Ушли в подполье три девицы. Ты еще не забыла, что мы женаты, и ты не можешь так пропадать?
— Иди к черту. Вспомнил он, что мы женаты. Еще и должна я ему что-то. Скройся. Кыш-кыш-кыш. А то охрану позову.
— Ты о том дедушке, что сканворды разгадывает?
— У-ХА-ДИ.
— Нет.
— Слушай. Хватит этого театра. Всё. В женатиков ты наигрался. Не стану продолжать твою агонию. Ты свободен, пташка. Лети нахрен.
— Я дурак. Я признаю. Но я был верен. Хотя, пожалуй, слишком пьян, что печальный факт. Милая, я был зол… Я узнаю от своего друга, что моя жена ушла сегодня в загул с подружками, а мне и слова не сказала. Пока ты развлекаешься, я заехал к парням, чтоб потом забрать тебя, но ты все не объявлялась… Я хотел тебя подловить и пожурить. Я был раздосадован и зол. А когда ты все не подавала сигналов… Я психанул и слегка выпил. Но меня как-то слишком повело и… Я забылся. Честно говоря, я не помню, как тебе писал. Прости меня, я дурак. Но ты тоже была неправа. Почему ты не предупредила? Я разве тиран и запираю тебя? Юля, давай признаем, что каждый был неправ в чем-то. Ты совсем чуть-чуть, а я очень сильно. И давай мириться?
— Еще чего? Никаких мириться. Ты козел и иди пасись в другой огород.
— Я козел, но не кобель. И я скучаю по своей упрямой вздорной козочке.
— Ты меня теперь еще и козой обозвал?
— Нет. Я тебя не обзывал. Я тебя люблю. И мы идеальная пара. Я слишком долго был слишком активным холостяком, и… сыграли старые привычки на уровне автомата, я не привык, что меня кто-то дома ждет. Я виноват… Я только учусь быть мужем и совершил ошибку. Я все-все тебе расскажу, как было, даже самую мерзкую правду, только вернись ко мне.
— Стоп. Хватит этого нытья. Ты втянул меня в это представление для твоих друзей. Обманом! И я играла в твою игру. Но ты в очередной раз меня унизил! Выставил на посмешище. Так вот как он ее кидает, когда она его дома ждет!
— Во-первых, ты меня кинула первой и дома не ждала… Во-вторых, я вместе с друзьями сейчас в опале. Про Мишу ты и так знаешь, вы ведь с Лилей вместе устроили нам бойкот. Пострадали все. Каждый сейчас вымаливает прощение, и не думаю, что хоть кому-то бы пришло в голову смеяться над тобой. Во-первых, я бы сломал тому нос. А, во-вторых, мне, кажется, самому сломают нос, если я тебя буду обижать. Ты очень нравишься моим друзьям, и они тебя уважают.
— Как ты красиво поешь, подарками осыпаешь. Что? Снова поспорил?
— Вот не дура ли, а?
— Пшел вон!
— Никуда я не уйду. Ты моя жена, и будешь жить со мной. Ты знаешь, что если я так сказал, я так и сделаю. Ни на одну женщину я не тратил столько денег, мне, наверное, почки придется продавать, пока буду укрощать свои привычки и твой нрав. Ни за одной я не бегал. И уж поверь, не хотел бы просыпаться чаще пары раз в неделю в одной постели. Да, черт возьми, я женился! Ну неужели тебе этого мало в доказательства моей
