— Это я знаю. Когда происходит удар, сгусток находится на противоположной стороне от парализованной части тела.
— Совершенно верно, — доктор смело поднял голову. — Т, я разделил твой мозг, отделив правую половину от левой. Это довольно просто. Подобную операцию давно применяют для лечения сильной эпилепсии. Это лучшее, что я мог сделать для тебя в твоем положении. Могу поклясться в этом. Ты можешь проверить мои слова на детекторе лжи…
— Заткнись! Я покажу тебе детектор лжи! — пошатываясь, Т направился вперед. — Ну и что со мной будет дальше?
— Как хирург я могу сказать только, что ты со всем основанием можешь ожидать долгих лет практически нормальной жизни.
— Нормальной! — Т сделал еще один шаг, поднимая кнут вверх.
— А зачем тебе понадобилось закрывать мой здоровый глаз? Зачем понадобилось называть меня Тэддеусом?
— Это была моя идея, — срывающимся голосом перебил его старик.
— Я думал, что в таком человеке как ты должен присутствовать кто-то, какой-то иной компонент, похожий на Тэда. Мне казалось, что в условиях того психологического давления, под которым мы все здесь находимся, Тэд имеет шанс возобладать в тебе, если мы дадим ему возможность обосноваться в твоем правом полушарии. Это была моя идея. Если это доставляет тебе боль, вини меня..
— Непременно, — оборвал его Т. Однако в этот момент он казался более заинтересованным, чем разгневанным. — А кто такой этот Тэддеус?
— Это ты сам, — ответил ему врач. — Никого другого мы не смогли бы внедрить в твой мозг.
— Иуда Тэддеус, — добавил старик, — был современником Иуды Искариота. Имена у них похожи, но во всем другом… — старик только пожал плечами.
Т передернул носом и издал смешок.
— Вы считали, что во мне еще осталось добро, так что ли? И когда-нибудь оно проявится? Я сказал бы, что вы сумасшедшие. Но это не так. Тэддеус был совершенно реальным. Какое-то время я чувствовал его присутствие в своем мозгу. Может быть, он и сейчас там, только прячется. Ну и как я смогу добраться до него, а? — Т поднял правую руку и слегка надавил пальцем на уголок своего правого глаза. — О! Я не люблю испытывать боль. У меня очень тонкая нервная система. Доктор, а как же его глаз может находиться справа, если все поменялось местами? И если это его глаз, то каким образом я чувствую все, что с ним происходит?
— Его глаз расположен справа потому, что я разделил также и систему зрительного восприятия. Объяснить это немного сложнее…
— Не беспокойтесь, мы покажем Тэддеусу, кто здесь хозяин. Он может это увидеть вместе со всеми вами. Эй, чернявая, подойди-ка сюда. Мы давненько с тобой не играли, не так ли?
— Нет, — прошептала девушка. Она обхватила свое тело руками, и, казалось, вот — вот потеряет сознание. Однако все же подчинилась и подошла к Т. Два месяца рабства научили их тому, что самое легкое — это подчиниться.
— Тебе нравится этот шалопай Тэд, правда? — шепотом произнес Т, когда девушка остановилась подле него. — Тебе симпатично его лицо, не так ли? А как насчет моего? Ну-ка взгляни на меня!
Т увидел, как его левая рука вытянулась вперед и прикоснулась к щеке девушки, нежно и с любовью. По ее удивленному лицу он мог понять, что она чувствует прикосновение Тэддеуса. Никогда она не смотрела на Т такими глазами. Т закричал и поднял кнут вверх, чтобы ударить ее, но его левая рука взметнулась и перехватила правую, словно терьер, сжимающий в челюстях змею.
Правая рука Т по-прежнему держала кнут, но ему показалось, что кости запястья затрещали. Ноги его переплелись, и Т упал на пол. Он попытался закричать, чтобы позвать на помощь, но из уст его раздалось рычание. Роботы стояли в стороне, наблюдая. Казалось, что прошло еще много времени, прежде чем доктор склонился над ним, осторожно закрыв черной повязкой его левый глаз.
Теперь я способен глубже осознать, что со мной происходит, и принимаю все, как должное. Сначала я хотел, чтобы врач удалил мне левый глаз. Старик соглашался со мной, цитируя при этом одну из древних книг Верующих, в которой говорилось насчет того, что согрешившее око следует вырвать. Мне казалось, что глаз — небольшая плата за то, чтобы избавиться от Т.
Однако доктор, немного подумав, отказался.
— Т — это ты сам, — таков был его ответ. — Я не могу просто навести на него свой скальпель и вырезать его, хотя мне и удалось отделить вас друг от друга. Сейчас ты контролируешь обе половины своего тела. Когда-то они подчинялись ему. — Доктор устало улыбнулся. — Относись ко всему этому так, будто в мозгу твоем постоянно заседает комитет, в состав которого входят всего три члена. Один из них Тэддеус, второй — Т, но все решает голос третьего участника вашей тройки, а это ты сам. Пойми, облегчить твое положение я не могу.
Выслушав это объяснение, старик тоже согласился с ним.
Теперь я в основном хожу без повязки. Читать и говорить проще, когда я пользуюсь левым полушарием — оно ведь так долго было во мне доминантным. Несмотря на это я продолжаю оставаться Тэддеусом. То ли потому, что я сам сделал для себя этот выбор, то ли это все действительно так просто?
Время от времени я разговариваю с берсеркером, который все еще верит в неистовое неприятие законов у Т. Он планирует изготовить кучу поддельных денег, монет и банкнот, которые я должен доставить на какую-нибудь высокоразвитую планету. Машина считает, что моя дьявольская сила поможет ему разложить там моральный дух людей и направить их друг против друга.
Но повреждения берсеркера велики настолько, что он не способен следить за пленниками постоянно. А может быть, ему просто не до этого. Используя предоставленную мне свободу передвижения, я с помощью сварки скрепил вместе несколько серебряных монет так, чтобы они образовали кольцо. Затем я охладил их до уровня сверхпроводимости в одной из камер, расположенных рядом с безжизненным сердцем берсеркера. Халстед говорит, что с помощью этого кольца, проводящего постоянный электрический ток, мы сможем запустить сверхзвуковой двигатель шлюпки, которая сейчас является нашей тюрьмой, и разорвать корпус берсеркера изнутри. А вдруг нам удастся повредить его настолько, что мы будем спасены! А может быть, машина убьет всех нас.
Но пока я жив, я — Тэддеус. Я управляю собой, и обе мои руки, прикасаясь к длинным черным волосам, полны нежности.
ГОСПОДИН ШУТ
Обычно люди объясняют причины своих побед в терминах статистики вооружений или говорят о жертвах, которые пришлось принести.
Но некоторые победы не имеют разумного объяснения. В одном из удаленных миров десятилетия беспечного спокойствия привели к тому, что люди практически остались без обороны. Но в один прекрасный день в небе над планетой неожиданно появился берсеркер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
