разделить с ним радость победы. Но если нужно — она готова уступить, ради него она готова на все. Он первый подарил ей радость быть любимой, ведь прежде все смотрели на нее лишь как на королеву, как на жертву, которую нужно принести в дань древним традициям, чтобы Туанг продолжил свое существование, чтобы Великая птица не сдернула магическое покрывало, отделявшее эту страну от остального мира.
Они вышли на поляну. В центре, прямо перед ними возвышалось знамя Победы. Эмир крепче
сжал руку Мирианы. Они застыли, не в силах поверить собственному счастью, неужели, они дошли! Они здесь! Сердце Мирианы билось так сильно, что готово было выскочить из груди. Никто не верил в нее, но она здесь! И не одна, а с любимым мужчиной, и сейчас возьмет знамя Победы!
Мириана посмотрела в глаза Эмиру, ожидая его слов. Но он молчал.
— Пойдем? Возьмем его! — предложила она.
— Подожди, — прошептал он. — Дай насладиться моментом… я так долго шел к этому. Всю свою жизнь!
— Если хочешь — возьми его один, — предложила девушка.
— Нет, ну что ты! — он улыбнулся. — Мы сделаем это вместе!
А потом выпустил ее руку и подошел к самому краю обрыва. Внизу расстилалась пропасть Инферно — самая глубокая пропасть Туанга.
— Ничего себе! Я даже не ожидал, что здесь настолько глубоко! — Эмир присвистнул. — Мириана! Неужели у вас, в Городе птиц пропасти глубже? Быть того не может! Здесь просто нет дна!
Девушка приблизилась и встала рядом с ним, глядя вниз, туда, где плыли облака и словно лезвия мечей убегали вниз острые скалы. Там внизу не было ничего, там заканчивался мир.
— Нет, — она покачала головой. — Но у нас тоже глубоко. Поэтому мы используем крылья, чтобы перелететь через пропасть. Ведь у нас нет мостов.
— Правда ли говорят, что жители Туанга могут летать и без крыльев? — с интересом спросил он.
— Нет, конечно! — Мириана рассмеялась и обняла его. — Есть легенда, что в древности потомки Великой птицы, от которых идет народ Туанга, могли летать и без крыльев. Но это всего лишь легенда! Мы не можем летать без крыльев, мы же люди! Самые обычные люди.
— И ты, — с этими словами он наклонился и коснулся губами ее лба, — Не можешь летать без крыльев, моя Мириана?
— А я еще хуже других, — со смехом ответила она, смущенная тем, что он посмел поцеловать ее перед зрителями, — Ведь моя мама была наядой. Она и с крыльями не смогла научиться! Но я всегда любила полеты. Раньше только они и давали мне радость! А теперь еще этот турнир. И знамя. И ты.
Девушка смотрела на него сияющими глазами, теперь только в нем одном для нее заключался смысл жизни, лишь для него она хотела просыпаться по утрам, и если для этого придется оставить Туанг, она готова!
— Эмир, — тихо сказала она. — Я согласна уйти из Туанга с тобой. Как согласна отдать тебе знамя Победы. Ты для меня — все. Я не хочу и не буду с другим мужчиной. Я не хочу быть королевой. Я люблю тебя и хочу быть только с тобой.
Что творилось в эту секунду у экранов! Зрители повскакивали с мест, такого они не видели ни разу! Любовь между участниками, да еще между королевой и кочевником! Замерев от волнения, они ждали слов Эмира, кто-то ругался про себя, кто-то вскрикивал, не в силах сдержать эмоции! В некоторых домах даже побили посуду! Это не только против правил, это против всех законов и традиций!
— Нет, — Эмир покачал головой. — Нет, Мириана. Этого не будет.
— Но почему? Ты же любишь меня! Победа ничего для меня не значит, в то время как ты и твоя любовь — для меня все! Иди и возьми знамя, а потом мы уйдем из Туанга! Денег, которые ты получишь сегодня, хватит надолго!
Эмир задумчиво посмотрел куда-то вдаль, будто бы вглядывался в лицо невидимого зрителя по ту сторону экрана, и на его лице мелькнула улыбка.
— Денег, которые я получу сегодня, хватит надолго. Очень надолго. Наверное, останется и моим детям, если они когда-нибудь родятся! — он наклонился к самому ее уху и прошептал, — Прощай, Белая молния!
С этими словами Эмир разжал объятия и легко толкнул девушку назад, туда, где начиналась пропасть Инферно. Не в силах поверить в случившееся, Мириана даже не попыталась ухватиться за него, она просто смотрела ему в глаза, падая туда, где начиналась смерть.
А потом бездна увлекла ее.
Эмир посмотрел ей вслед, отвернулся и быстрым шагом направился к знамени Победы, положил руку на древко и выдернул знамя из земли. Отныне он стал победителем Поднебесного турнира.
И не было в истории Туанга ни одного победителя, которого народ ненавидел бы сильнее, — ведь он стал убийцей их королевы, которая так неосторожно осмелилась его полюбить.
***
Мириана, кружась, падала вниз, ее подхватывали и переворачивали потоки воздуха, и полет казался бесконечным, она забыла, кто она, где она и как оказалась здесь, она могла думать только о падении, которое все длилось и длилось, словно девушка покинула пределы земли и уже летела в каком-то космическом пространстве, бесконечном, как сама Вселенная.
А потом ее сильно ударило о землю.
***
— Какой ужас! — прошептал господин Джанджи, прильнувший к экрану. — Королева разбилась! Теперь мой турнир могу закрыть! Все покатилось к чертям! Кайл, быстрее, прикажи процессии спуститься на дно пропасти за телом! Пошевеливайся!
— За каким телом? Там ничего не остается, — глухо откликнулся Кайл. Он много раз видел, как разбивались участники, падая на дно пропасти Инферно, но лишь впервые почувствовал, что это значило, и впервые ощущал боль настоящей утраты и потому остался сидеть неподвижно, проигнорировав приказ начальника.
— Мы обязаны соблюсти ритуал! — крикнул Джанджи, нервы которого не выдержали, — Я сказал марш!
Кайл неохотно поднялся и пошел вниз, организовывать спуск. А толпа тем временем уже встречала победителя — встречала гробовым молчанием. Молчали даже кочевники, даже те, кто сделал на Эмира большие ставки, — все были потрясены чудовищной кончиной юной и наивной королевы Туанга, которая так и не успела оставить наследника.
***
Далеко в Городе птиц Каолам, наблюдавший за произошедшим в компании Схайлайна, не помня себя от ужаса, вскочил со стула. Он задыхался, сердце выпрыгивало из груди, колотилось бешено, и Схайлайн протянул советнику кувшин с водой и даже плеснул воды на лицо, чтобы тот пришел в себя.
— Что мы теперь будем делать? — спросил Схайлайн. — Все пошло псу под хвост!
Каолам только развел руками: такого исхода он не ожидал, со времен
