— Я же сказала, что наша пара выиграет.
Граф первым обрел дар речи и выдохнул:
— Я потрясен! Никогда, слышите? Никогда я еще не видел, чтобы леди играла в карты, да еще так! Это удивительно! — после этих слов он еще раз подсчитал очки на листке бумаги Сесилии и сверил их со своими записями.
В этот момент подошел слуга, разносящий еду, и предложил господам бокалы с красным вином. Все игроки как по команде взяли с подноса по фужеру и покосились на мисс Лоунфер, уже держащую за ножку хрустальный бокал. Слуга поспешно удалился. Сесилия обвела взглядом троих мужчин и провозгласила:
— Ваше здоровье, господа!
Мужчины слегка пригубили вино. Одним большим глотком Сесилия опустошила половину фужера и аккуратно поставила его на стол. Граф выпучил глаза и, стерев выступивший пот, пробормотал:
— Что-то мне нехорошо.
Не сговариваясь, господа как по команде поднялись из-за стола. Мисс Лоунфер тоже встала. Извинившись, граф Улвард вышел в соседнюю комнату.
Сесилия проводила его долгим взглядом и посмотрела на Ридженайта. Тот улыбнулся и сдавленно произнес:
— Мисс Лоунфер, вы, как я уже говорил, очень умный стратег. Спасибо за игру, мне было очень приятно. — Сказав это, он отошел в сторону.
Сесилия присела обратно на свое место, Габриель опустился напротив нее. Около минуты он с легкой улыбкой на губах изучал девушку, она отвечала ему смелым и дерзким взглядом.
— Откуда вы? — прямо спросил он.
— Из Англии.
— Почему мы раньше не слышали о вас?
— Я приехала полгода назад.
— Странно.
— Что именно? — не моргая и не опуская глаз, спросила она.
— Кэти сказала мне, что вы, мисс Лоунфер, и милорд Вэндэр познакомились в путешествии.
— Это так. Что же здесь странного?
— Ничего, — смутился сэр Габриель, почувствовав, что выглядит глупо.
Сесилия усмехнулась, видя замешательство собеседника. Это становилось забавным. Наконец сэр Габриель нашелся и заговорил более громко.
— Какой чудесный вечер! Просто превосходный…
В этот момент их заметил Патрик и поспешил присоединиться к разговору. Перекинувшись несколькими банальными фразами с милордом, сэр Габриель поднялся и под каким-то предлогом покинул пару. Патрик оглядел невесту и предложил ей пройти в малую гостиную, где было меньше гостей. Опустошив бокал, Сесилия встала и быстро прошла в соседнюю комнату — там действительно было меньше людей. Сев на диван в углу, Патрик зашипел на девушку.
— Что ты делаешь? Зачем ты привлекаешь к себе столько внимания?!
— Прости, мне было скучно.
— Сеси, пойми, они не глупы, особенно Габриель. Если ты будешь так продолжать, рано или поздно они поймут, кто ты. Ты этого хочешь?
— Нет, — глухо отозвалась она, и огонек в ее глазах угас, задорная улыбка пропала, плечи устало опустились.
— Сеси, что с тобой? — шепотом спросил Патрик, желая помочь ей всем сердцем.
Желание высказаться, сказать все, что она чувствовала, было непреодолимо. Выпитое вино усиливало потребность поделиться своими переживаниями, и Сесилия тихо произнесла:
— Я скучаю по морю, Пат. Нет, не по той жизни, — поспешно добавила она, — а по морю. По свежему ветру, крику чаек, мягким волнам.
— Неужели тебе так плохо здесь?
— Пат, я большую часть жизни провела на корабле, он был для меня домом.
— Так все дело в этом? — скептически спросил милорд. — Что-то не верится.
Сесилия вздохнула.
— Ты прав. Просто я не могу привыкнуть к этой жизни. Ты не знаешь, как я сдерживаю себя, когда слышу скрытые упреки и оскорбления в наш с тобой адрес. Особенно от этой Кэти, — с презрением добавила она.
— Не обращай внимания на эту дурочку, — рассмеялся он, стараясь выглядеть непринужденно, хотя с каждым словом невесты ему становилось все более тоскливо.
Сесилия кивнула, ее темно-серые глаза уже не казались пронзительными, загорелые щеки выглядели впалыми, весь ее вид изменился. На миг Патрику показалось, что перед ним — совершенно другой человек. Осунувшийся, безвольный и уставший. Человек, чьи лучшие годы уже были позади. Такое лицо, как у Сесилии, могло быть только у узника, приговоренного к пожизненному заключению. Внезапно в голову Патрика пришла потрясающая мысль. Желая ободрить невесту, он предложил:
— Сеси, а что если на следующий день после свадьбы нам совершить небольшое путешествие?
— Что?
— На следующий день, — улыбнулся Патрик и обнял невесту, — мы зафрахтуем яхту и с самыми близкими друзьями совершим свадебное путешествие. Что ты на это скажешь?
— Лучше бриг, — с горящими глазами произнесла мисс Лоунфрер.
— Хорошо.
— Патрик, это лучшее, что произошло со мной за этот день. Спасибо, — с жаром добавила она, и лицо ее засияло.
От прежней тоски не осталось и следа. Перед милордом Вэндэром снова была прежняя Сесилия.
Глава 27
Полная модистка оглядела превосходное платье невесты и помогла девушке прикрыть неприлично загорелые плечи кружевной белой фатой. Невольно взгляд ее скользнул по рукам Сесилии.
— Это что еще такое? — недовольно произнесла портниха, указывая на носовой платок, замотанный вокруг правого запястья.
— Там шрам; дайте мне перчатки, — властно велела мисс Лоунфер.
Модистка не посмела перечить и подала перчатки.
— Я вам помогу, — сухо сказала она.
— Спасибо, я справлюсь сама. Можете идти.
Портниха фыркнула и, хлопнув дверью, удалилась из спальни. Невеста быстро развязала платок и, оглядев татуировку, нервно натянула перчатку. Внешне она была совершенно спокойна, но внутри у Сесилии все дрожало. Такого волнения она еще никогда не испытывала. Поправив прическу, угрожающую вот-вот развалиться, мисс Лоунфер глотнула холодной воды и вышла из комнаты в сад.
Заиграла музыка, яркий солнечный свет ударил Сесилии в глаза. Пять сотен гостей гулом встретили ее, Мангала взяла ее под руку и повела к белоснежной карете, в которую была запряжена шестерка выхоленных белых коней. Поездку Сесилия помнила плохо. Как вошла в огромный католический храм, девушка вообще не понимала. Чувства полностью захлестнули ее. Венчание. Гул гостей. Радостные слезы Мангалы. Выкрики пожеланий. Все перемешалось, создавая чувство легкого светлого счастья. Теперь они с Патриком были мужем и женой.
Замок Вандармин. 7 часов вечераРидженайт откусил кусок жареного в меде поросенка и искоса глянул на приближающихся Улвардов. Граф оставил графиню рядом со старой дамой, а сам подошел к Ридженайту. Тот откусил еще кусок сладкого сочного мяса. Улвард огляделся по сторонам и надменно улыбнулся молодому человеку. Ридженайт с трудом проглотил кусок и поднял испачканное лицо.
