знал, когда кто-нибудь входил, но мог сторожить только одни врата за раз.
Потому Аид оставил его тут.
Словно узнав, что они приближались, врата загробной жизни появились из тумана. В десять мужчин высотой, они изгибались, вырезанные из черного обсидиана, и сияли голубым светом. Несколько синих сфер мерцали у двух колонн по бокам. Они казались душами, застрявшими в камне.
Кора смотрела все выше, пока чуть не упала.
— Ого, — прошептала она.
— Впечатляет, да? — Аид посмотрел на арки с гордостью. — Я сам их придумал.
— Они довольно простые, да? — спросила она. — Очень… минималистично.
Минималистично? Он не создавал их резными или красивыми. Они были грозными, но в то же время приветствовали. Эти арки души запоминали до конца жизней, даже больше, ведь врата охранял жуткий пес.
Аид открыл рот, чтобы возразить, но замер, увидев веселье в ее взгляде. Возле уголков ее глаз появились морщинки, она смотрела на него, поймав язык зубами.
Она шутила над ним? Дразнила его?
Может, они были дальше, чем он думал. Аид тихо рассмеялся и склонил голову.
— Да, Кора. Они минималистичны. Но что ты ожидала? Лицо Зевса, глядящее на души?
— О, богиня, нет. Я бы не думала, что ты украсил бы Зевсом Царство мертвых, — она изобразила дрожь от фальшивого страха. — Я думала, что ты поместишь сюда свое лицо, чтобы смотреть на них, как жуткий владыка.
— Что…
Он не успел уточнить. Она побежала вперед и крикнула:
— Цербер!
Его пес, как глупый, устремился к ним из-за колонны. Вывесив три языка, быстро виляя хвостом, Цербер побежал к Коре. Она охнула и упала на спину, лапы пса были на ее плечах.
— Хорошо, хватит, Цербер, — Аид знал, что его команда не была серьезной. Он стащил бы пса с нее и отбросил в сторону, если бы Кора закричала или заплакала.
Он видел, как Цербер многих доводил до слез. Он был жутким, и ни одна женщина не смотрела на него с мягкостью в глазах. Никто до Коры.
Она смеялась так сильно, что изо рта не вырывалось ни звука. Она зажмурилась, терла ладонями по бокам Цербера, пока все три его головы лизали ее. Она поворачивала голову в стороны, стараясь уклониться от языков, но, куда бы она ни поворачивалась, другая голова начинала лизать ее.
Аид желал ей удачи. Цербер был настойчивым, не остановится без приказа.
Когда Цербер получил достаточно любви, он слез с Коры и подбежал к Аиду. Улыбки пса смущали даже Аида. Он опустил ладонь на ближайшую голову и похлопал ее.
— Доволен?
Кивок был ответом, Цербер сел на его ступню, и они вместе смотрели, как Кора встает на ноги. Она стряхнула черный песок с хитона и покачала головой.
— Глупый зверь.
— Да, — Аид снова похлопал его по голове. — Но он мой.
— Наш, — исправила она и усмехнулась. — Раз я твоя жена, то он и мой.
Жена. Слово было приятно слышать, хоть он знал, что она говорила это в шутку. Его сердце забилось сильнее в груди.
Аид посмотрел на Цербера и понял, что он и его пес реагировали одинаково. Если бы Цербер мог последовать за ней на край земли, он бы сделал это. Он знал, что его пес защитит его жену жизнью.
Он похлопал Цербера еще раз и прошел к Коре. Аид краем своего хитона вытер слюну пса с ее щеки.
— Тогда наш. Думаю, он не против.
— Думаю, ему понравится, — она выглянула из-за него и посмотрела на собаку. — Он всегда сторожит врата?
— Да, а что?
— Просто подумала, не хотел ли он порой бывать в замке, — она поджала губы. — Мне все еще не по себе от некоторых звуков ночью. Я нервничала бы меньше, если бы сторожевой пес проверил их.
Вот. Его сердце треснуло, и любовь полилась на пол. Аид знал, что его голос был сдавленным, когда он ответил:
— Да, кхм, можно так сделать. Я поищу того, кто присмотрит за вратами, пока ты отдыхаешь. Уверен, ему понравится.
Она улыбнулась, и он смотрел, как дюжина цветов расцвели на сияющих прядях ее волос.
— О, серьезно? Я не думала, что ты скажешь да.
Он хотел кричать, что не мог ни в чем ей отказать. Если она захочет порвать Царство мертвых и впустить свет солнца, то он будет биться с другими олимпийцами вечность, чтобы это случилось для нее. Он распутал бы нити мира, если бы она захотела.
Он глубоко вдохнул.
— Что угодно, чтобы тебе было уютно тут, богиня. Я устрою все, что ты пожелаешь.
Может, он надеялся увидеть искру огня в ее глазах. И там был жар. Желание. Огонь отражал пламя из его груди, когда он смотрел на нее.
Аид знал, что мысль была глупой. Она видела в нем только бога, который украл ее у семьи без ее разрешения. Может, она увидит в нем друга.
Это темное место было слишком жутким, чтобы она любила его. Уйдут века, чтобы она отдалась чувствам. Он знал это, когда украл ее. Никто не хотел жить в Подземном мире, даже если они думали, что хотели.
Но, когда она прижала ладонь к его челюсти, он понял, что не ошибся, увидев огонь в ее глазах.
— Ты так добр, мой король, — прошептала она. — Спасибо. Почему бы нам теперь не пройти через врата загробной жизни?
— Как пожелаешь, — он склонился и ощутил ее дыхание на своих губах.
— Чудесно! — чирикнула она. А потом повернулась в его руках и пробежала во врата, словно это было не опасно.
Он моргнул пару раз, глядя на свои опустевшие руки. Он взглянул на Цербера, а потом на место, где только что была Кора.
— Что это было? — спросил он у собаки.
Цербер будто пожал плечами и тоже отправился в загробную жизнь. Пес хотя бы знал, что нужно было присматривать за королевой. Аид все еще стоял на месте, как
