мы не получили ни одного намека на местоположение точки входа в подземную инфраструктуру:
– Командир, может, тут нет никаких подземных укреплений? – Спросил стрелок, помогавший снайперу с наводкой.
– Возможно, но маловероятно. – Ответил я. – Они не могли так просто исчезнуть. Построить защищенный периметр, чтобы в итоге его бросить? Просмотрите еще, может, Вы что-то упустили.
– Ошибки быть не может, командир. Мы осмотрели все строения. – Доложил снайпер, не отрываясь от прицела винтовки. – Вы все еще хотите войти в периметр?
– Пока нет. Оставайтесь здесь и продолжайте наблюдение за периметром. Докладывайте о любых изменениях, о любом движении. Огонь без команды не открывать. Ясно?
– Так точно. – Ответил снайпер. – А Вы?
– Я оставлю Вам для прикрытия пару штурмовиков и машину поддержки, возьму остальных и попробую осмотреть кладбище. Возможно, в одной из усыпальниц есть вход.
– Будьте осторожны, командир.
– Постараюсь.
Мы стали осматривать надгробия и усыпальницы. Там не было ничего, кроме истлевших останков умерших людей. Мы потратили на обследование всех захоронений более часа, пока не нашли то, что искали – заваленный камнями, досками, сухими листьями, ветками и прочим мусором вход в подземелье – тяжелый стальной люк. Мы попробовали открыть его, но он оказался заблокирован изнутри. Вероятно, через него люди выходили на поверхность. Однако, блокирование люка изнутри предусматривало либо наличие постоянной связи тех, кто находился на поверхности с персоналом, обслуживающим подземный комплекс, либо какого-то пульта или другого контроллера, позволяющего открыть люк снаружи самостоятельно.
Поиски были недолгими: рядом с люком я нашел щиток с механическим замком. Чтобы не прибегать к использованию оружия и не отстреливать замок, я выломал его при помощи телепатического импульса. Когда щиток открылся, я увидел, что внутри у него располагалась кодонаборная панель с сенсорным вводом. Нужно было ввести правильный код, чтобы открыть люк. Я попробовал осмотреть панель на предмет выявления часто вводимых символов, однако, судя по всему, мы были не единственными, кто пытался попасть внутрь. Нажимались практически все символы. Отпечатков пальцев на экране панели было так много, что понять, какие из них повторяли правильную комбинацию, было практически невозможно. Я позвал инженера:
– Можете взломать этот контроллер? – Спросил у него я.
– Можно посмотреть, какие контакты замыкаются в случае успешного ввода, и попробовать подать на них ток. Должно открыться. Приступать?
– Да.
– Принято. – Он снял свой новый рюкзак и достал оттуда инструменты для вскрытия корпуса контроллера – тонкие металлические штифты, которые он впоследствии вставил в щели по контуру корпуса. Затем, аккуратно надавливая на них, он снял с контроллера крышку, обнажив управляющую плату устройства. Он извлек сенсорную панель, отсоединив идущий от нее к плате гибкий шлейф, после чего собрал штифты вместе, получив таким образом, длинную шлицевую отвертку. Он воспользовался этой отверткой, чтобы открутить удерживавшие плату в корпусе винты. После этого он вытащил плату из корпуса контроллера и принялся изучать идущие от нее контакты. Провода не были подписаны. Нужно было изучать схему распайки самой платы и подписи к контактным дорожкам на ней, но инженер не владел человеческим языком, в связи с чем занялся чисто техническим анализом схемы работы контроллера люка.
К счастью, он лишний раз подтвердил правильность выбора командующего, посоветовавшего мне этих специалистов в качестве усиления для отряда: инженер разобрался с назначением идущих от платы контактов за примерно 5 секунд. После этого он отсоединил от платы черный и желтый провод и достал из своего рюкзака портативную батарею.
Батарея входила в снаряжение инженера как штатная единица: с ее помощью специалист мог заряжать аккумуляторы стационарных турелей, машин поддержки и других устройств. На батарее имелся переключатель уровня выходного напряжения, который позволял подавать питание на устройства различной напряженности, не перегружая их.
Дабы не вывести контроллер из строя, инженер установил переключатель в крайнее левое положение, после чего подключил отсоединенные от платы контакты к своей батарее и активировал подачу напряжения на них. Люк не открылся. Тогда инженер переместил переключатель вправо с небольшим шагом. Люк так и остался заблокированным. Инженер снова переместил переключатель вправо и подал напряжение на контакты. И снова безуспешно:
– Попробуйте проверить контакты. Может, они перегорели, перетерлись или вышли из строя каким-то другим образом. Переключите батарею в режим тестера и проверьте проход напряжения по всей цепи. Если напряжения нет – значит, либо Вы ошиблись с контактами, либо они были повреждены. Учитывая рекомендацию командующего и то, как оперативно Вы перепрограммировали индорианские ПЗРК, я склоняюсь ко второму варианту. В таком случае мы либо взорвем люк, либо вырежем в нем отверстие, чтобы не терять время. – Сказал я.
– Разрешите повторить с большим напряжением, командир. – Ответил инженер.
– Вы можете перегрузить цепь. Вы не знаете точно, какое напряжение Вам нужно. В лучшем случае Вы выведете управление люком из строя, а в худшем – получите удар током.
– Мне кажется, я почти у цели. Разрешите один раз повторить подачу повышенного напряжения и в случае неудачи приступить к демонтажу люка силовым путем.
– Разрешаю один раз повысить напряжение. – Ответил я.
Инженер стал подбирать правильное значение выходного напряжения на своей батарее, нерешительно перемещая переключатель то влево, то вправо. Наконец, определившись, он активировал подачу. Эта попытка была успешной: люк, подталкиваемый гидравлическими приводами, медленно откинулся вправо, обнажив вход в подземную инфраструктуру поселка.
Вглубь шахты люка уходила лестница из вмонтированных в бетонную стену стальных ступеней. Глубина шахты по грубым подсчетам составляла 15-20 метров, достаточно чтобы защититься от обстрела артиллерии ударной группировки нашего флота.
– Готово, командир. – Отчитался инженер, отключив батарею и собрав все свои инструменты в рюкзак.
– Я вижу. Приготовиться к спуску. – Скомандовал я, после чего связался со снайперским постом. – Мы нашли вход в подземную инфраструктуру. Что там у Вас на горизонте? Движения наблюдаются?
– Никак нет. – Ответил снайпер. – Никаких признаков пребывания людей. Продолжать наблюдение?
– Да, продолжайте. Повторяю: огонь без приказа не открывать.
– Принято. Продолжаем наблюдение. Огонь не открываем. Что-то еще?
– Пока нет. Мы входим внутрь.
– Принято. Будьте осторожны, командир.
– Сделаем все, что в наших силах. Конец связи.
Прежде, чем спускаться в шахту и вести туда за собой отряд, я решил осмотреть комплекс на всех доступных режимах сканирования. К сожалению, осмотр ничего не показал: вероятно, использованный людьми при строительстве объекта материал был слишком толстым или не пропускал излучение.
Тогда я решил спустить в шахту машину поддержки и осмотреться там при помощи ее камер. Рекрутированная мной в этот раз машина была лишена реактивных двигателей, поэтому спускать ее вниз пришлось вручную.
С этой целью я приказал инженеру собрать механическое подъемное устройство по типу крана. Комплектующие к нему также входят в
