нервно спросил Сергей.
– Да… Ты вовремя вернулся. Уже вот-вот война…
– Ну, всё, допрыгались. Самолёты есть?
– Кукурузник сойдёт? – улыбнулся Каргин.
– Ты издеваешься?
– Да ладно, ладно. У нас есть истребитель один… единственный. Будешь нас с воздуха прикрывать.
– О-о-о-о, – Немецкий в предвкушении потёр руки, – погоди, а из воздуха всё?
– Один вертолёт, один кукурузник. На них эмчи.
– М-да… ВВС прям… ух!
***
– Какой род войск? – спросил старенький мужчина в белом халате.
– Хм… Пехота. Обычная пехота.
– Интересно… Обычно стремятся в ВДВ, ВВС, ВМФ… А ты тут – обычная пехота. Такие люди нужны, и здоровье тебе позволяет. Да, хорошее. Где будешь воевать?
– А это тоже выбирается?
– В нынешней ситуации да.
– В Сибирь отправляйте… – немного на отшибись ответил Олдман.
– Сибирь? – мужчина удивлённо поднял глаза. – Да ты отчаянный парень…
– А что? Я люблю Сибирь. А вы, кстати, не расскажете, что всё-таки происходит?
– Война, милок… кажется. Ладно, иди, сейчас на нас нагрузка большая. Направо повернёшь.
***
– Ну, встречай! – крикнул Сергей, распахнув объятия.
Девушка со светлыми волосами удивлённо обернулась, но глаза тут же радостно загорелись. Она вскочила со старой наполовину развалившейся бочки и с визгом бросилась к парню, чуть не сбив его. Но Немецкого сбить трудно, и он подхватил Клинову и пару раз прокружился с ней.
– Живой… – проплакала она, прижавшись к плечу. И пускай Сергей в костюме, и лишь голова нет, она всё равно жалась к нему, слегка поглаживая.
– Не нашли ещё средства убить меня… – гордо и ласково заявил он, не отпуская Викторию.
– Теперь мы будем вместе? – она подняла жалостный взгляд.
– Нет… Война ещё не закончена. Осталось немного…
– Я с тобой!
– Не получится. Я на одноместном истребителе.
– А я?
– Ты будешь среди других воинов, если захочешь. Можешь выбрать свою боевую машину. Только аккуратнее, молю тебя.
– Это ты аккуратнее. Если на огромной скорости разобьёшься, то никакой костюм не спасёт.
– Ещё не нашлось средства меня убить. Ну, не плачь. Мы обязательно будем вместе.
– Ты думаешь?
– Знаю.
– Нельзя знать всё наперёд.
– Нельзя, а я знаю, – он улыбнулся и поцеловал её, а потом спешно ушёл.
***
– В форме уже?! Молодцы! Выходим и строимся вместе с теми! – высокий мужчина в военной форме с мелкими морщинами и серыми усами открыл грузовой отсек бронированного УАЗа и прокричал новобранцам, активно жестикулируя пистолетом.
Молодые люди самого разного роста, но в военной форме казавшиеся одинаковыми, по очереди выпрыгнули из машины и бегом добрались до стоявшей неподалёку шеренги, где присоединились к ней. Да, построение не по росту, но для новичков довольно грамотно.
– Я не привык врать своим людям, – вдоль людей широким, но медленным шагом шёл мужчина лет пятидесяти со шрамами и морщинами и громко говорил, – поэтому скажу вам прямо: вы в жопе! Мы все в жопе! А вас ещё отправили в самое предполагаемое пекло, в горячую точку. За что вас сюда… не знаю. Все молодые, вам ещё жить и жить. Но, ладно. При помощи моего опыта и опыта моих боевых товарищей мы сделаем из вас кое-каких бойцов в максимально короткие сроки. Держитесь.
– Так что за война всё-таки? – из шеренги раздался уже знакомый нам голос.
– Смелый?
– Я в Сибири, – усмехнулся Егор. Прокатился напряжённый смешок.
– Шаг вперёд! – рявкнул командир, нашёл глазами, где из ряда вышел человек, подошёл к нему и пристально посмотрел на него с лёгкой улыбкой. – Смелый… Упор лёжа!
– Есть… – уныло кинул Олдман и принял стойку.
– Сколько раз сможешь отжаться? Дрыщляв ты.
– Ну, раз двадцать смогу…
– Сорок. Если не сделаешь, то от каждого по пинку получишь. И не только под зад.
Егор, конечно же, не смог. Упал на обидных тридцати восьми. Лишь половина сжалилась над ним, наградив лёгкими пинками по мягкому месту. А вот вторая половина, может быть, следуя инстинктивной жестокости, не жалела: либо сильные удары под зад, либо средней силы, но по рёбрам.
– Ну, приятно? – ядовито улыбнувшись, проговорил командир.
Парень в ответ лишь что-то прохрипел и тяжело улыбнулся, потирая больные места и пошатываясь.
– А вот не надо брать на себя больше, чем ты можешь, – наставительно сказал командир и начал отдаляться вдоль ряда.
– А я и не брал! Я сказал – двадцать! А вы мне – сорок! – Олдман нашёл в себе силы ответить.
Командир застыл на месте, опешив от такой наглости, но быстро развернулся и со скоростью кошки оказался рядом, поедая взглядом. Он похож на хищника.
– Двадцать?.. Хорошо. Вот только если не сделаешь, побежишь двадцать кругов вокруг полигона. Не сможешь работать руками, будешь работать ногами.
Прошёл лёгкий гул. Это были те, кто знал, что это за дистанция. Вокруг полигона не меньше десяти километров, там леса и болота.
– Тишина! – прорычал командир.
Естественно, Егор опять не справился, и опять обидно – семнадцать. Руки забились, теперь умрут и ноги, и лёгкие, и всё тело – двести километров нельзя пробежать, поэтому придётся ползти до предела. Может, пять километров, а может, и тридцать.
Олдман уныло встал и побежал – он знал: пару километров пробежит точно, а что будет дальше – сам чёрт не знает. А командир продолжил что-то энергично говорить, а потом началась тренировка.
***
– Никитос, садись и погнали, – Каргин кивнул в сторону БТР и залез на него, взявшись за приваренную ручку и проверив, хорошо ли сидел шлем, на месте ли меч и когти (хотя оружие никуда деться не могло).
– А чё я? Может, я тоже на своих ногах хочу сражаться, – Иванов поднял автоматы и намекнул на другое оружие, которым увешан его костюм: ещё один автомат, пистолеты, УЗИ, обоймы, патроны, пара армейских ножей и компактный вариант РПГ с одним зарядом.
– А кто тогда?!
– Я! – сказала Клинова, проверив убранные волосы и натянув шлем.
– Ха! – Ярослав ещё раз проверил меч.
– За*бись, – наверх залез и Никита.
Клинова забралась внутрь и умело завела машину.
– Погоди, а откуда?.. Как? Даже я не умею, а ты где научилась? – растерянно спросил Каргин.
– Отец…
Модифицированный, когда-то разваливавшийся, БТР понёсся по тоннелю, слегка подскакивая на неровностях. Вслед за ним поехало ещё два танка и больше десятка разных автомобилей.
***
Ночь. Месяц печально светил, ветер усиливался. Снежинки поднимались с земли, приятно отражая лунный свет. Но среди этого естественного света блеснул и искусственный: два жёлтых шарика, прыгавшие во тьме. Тёмный УАЗик остановился у леса, осветив следы. Водитель пригляделся и поехал по ним. Но быстро остановился, заметив замерзавшую человеческую фигуру. Водитель вышел и затащил человека на заднее сидение.
– Ну, смелый?! На первом кругу сдался. Никто
