В Хартии 1814 г. содержались гарантии амнистии участникам революции, политическим деятелям эпохи Консульства и Империи. Старое и новое имперское дворянство сохранили свои титулы, однако, система сословных привилегий дореволюционной Франции не была восстановлена.
Система государственной власти, закрепленная Хартией, содержала черты заимствования политического строя Англии, основанного на исторически сложившемся компромиссе между «короной» и «народом», представленным парламентом. Законодательный корпус Франции был двухпалатным. В верхней палате заседали лица, получившие от монарха титул пэра пожизненно или с правом передачи титула по наследству. С согласия короля в заседаниях палаты пэров могли принимать участие принцы крови. Эта палата обладала и функциями высшего суда: ею рассматривались самые тяжелые государственные преступления.
Палата депутатов избиралась населением сроком на 5 лет с ежегодным переизбранием 1/5 ее состава. Предусматривались высокие имущественный и возрастной цензы как для избирателей (300 франков ежегодной уплаты налогов, 30-летний возраст), так, в особенности, для депутатов (1000 франков, 40 лет). Эта мера, призванная не допустить влияния на законодательную власть демократических слоев общества, крайне сужала число лиц, обладавших правом участия в политической жизни страны. Количество избирателей 30-миллионной Франции в эпоху Реставрации не превышало 110 тыс. (и даже снизилось до 89 тыс. к 1827 г.), а депутатами могли стать лишь немногим более 17 тыс. французов. Парламент не обладал правом законодательной инициативы, он лишь обращался королю с просьбой представить законопроект, который после обсуждения принимался или отвергался палатами.
Король, согласно Хартии, признавался главой государства. От его имени осуществлялось правосудие. Кодексы империи были сохранены. Король назначал судей, которые сохраняли должности пожизненно. Глава государства собирал и распускал парламент, обладал законодательной инициативой, издавал и обнародовал законы. Он был главнокомандующим армией, осуществлял внешнюю политику, обладал правом амнистии.
Король возглавлял систему исполнительной власти в стране, назначал министров и принимал их отставку. Следуя английскому примеру тесного взаимодействия исполнительной власти с законодательной, министрам было позволено участвовать в деятельности парламента. Хартией предусматривалась ответственность министров перед парламентом, но форма этой ответственности не была четко определена. Фактически судьба министерства зависела от воли монарха. Режим Реставрации сохранил административную систему и территориальное управление наполеоновской империи.
Внутренняя двойственность Хартии, объяснявшаяся поиском компромисса между сторонниками Старого порядка и новой Франции, делала неизбежным различное толкование конституционного закона противоборствовавшими политическими силами. В 1814–1816 гг. политическая инициатива оказалась в руках бывших эмигрантов, признанным лидером которых являлся брат короля – граф д'Артуа. К этому принцу, а также герцогине Ангулемской, дочери казненного Людовика XVI, в полной мере относится характеристика, данная Талейраном Бурбонам: «Они ничего не забыли и ничему не научились».
Крайней степени непримиримости агитация ультрароялистов достигла после их повторного возвращения из эмиграции, вызванной эпопеей «100 дней» Наполеона. Начались массовые расправы над участниками революции и бонапартистами. Чрезвычайные трибуналы вынесли более 10 тыс. обвинительных приговоров за политическую деятельность. В департаментах, в особенности на юге Франции, происходили массовые погромы и убийства противников Бурбонов и протестантов. Католицизм становился идеологией реставрации старого порядка. В страну вернулись члены ордена иезуитов. Велась тщательная «чистка» администрации, кадрового состава армии и преподавательского корпуса от инакомыслящих.
Подавленность и растерянность общества после нового военного поражения Франции и в условиях наступления реакции сказалась на результатах выборов в палату депутатов в 1815 г. На 2/3 нижняя палата парламента оказалась составленной из ультрароялистов, главным образом из среды провинциального дворянства, настроенного наиболее реакционно.
Реакционно настроенные депутаты настаивали на продолжении политических репрессий, на предоставлении высших должностей преимущественно выходцам из «старого» дворянства, на обеспечении ведущего положения в государстве католической церкви. Они предлагали монарху позволить церкви во Франции владеть недвижимостью, вернуть духовенству функцию регистрации актов гражданского состояния и контроль над просвещением. Настроения депутатов казались излишне реакционными даже королю и назначенным им министрам. Ультрароялисты требовали отставки кабинета умеренного роялиста герцога Ришелье, который во время своей эмиграции занимал должности градоначальника Одессы, Новороссийского генерал-губернатора и зарекомендовал себя как прекрасный администратор, опиравшийся на здравый смысл, чуждый политиканству. Людовик XVIII назвал палату этого созыва «бесподобной» и распустил ее.
В результате выборов, состоявшихся осенью 1816 г., ультрароялисты утратили большинство в палате депутатов, где наряду с ними сформировались либеральные фракции конституционалистов и «независимых». Конституционалисты, ведомые философом П. – П. Руайе-Колларом и историком Ф. Гизо, были приверженцами политической системы, созданной Хартией 1814 г. Они полагали, что в этом конституционном документе содержатся необходимые гарантии свободы и порядка, а задачу либералов видели в том, чтобы поддерживать Людовика XVIII и его министров в борьбе против реакционных притязаний ультрароялистов. Лидеры «независимых» – политический писатель Б. Констан, видный участник Войны за независимость в США и французской революции Ж. – М. Де Лафайет, банкир Лаффит, генерал Фуа – настаивали на более решительных мерах с целью обеспечения свободы и других естественных прав, провозглашенных в Декларации человека и гражданина 1789 г. «Независимые» полагали возможным заменить на троне династию Бурбонов младшей ветвью правящего дома Франции во главе с герцогом Орлеанским.
С осени 1816 г. до начала 1820 г. либералы вели за собой палату депутатов, их лидеры Ж. Дессоль, Э. Деказ возглавляли правительственные кабинеты. В 1817 г. был принят избирательный закон, выгодный либералам. Избирательные комиссии переносились в крупные города из окружных центров, что существенно ослабило влияние поместного дворянства на процедуру голосования.
Военная реформа 1818 г. упраздняла привилегии аристократии при получении офицерского звания и продвижении по службе. Армия формировалась путем сочетания принципа добровольного вступления на службу с рекрутским набором.
Закон о свободе печати позволил, наконец, реализовать положение статьи 8 Хартии, гласившей: «Французы имеют право обнародовать и печатать свои мнения, сообразуясь с законами, которые должны преследовать злоупотребления этой свободой». Предварительная цензура для рукописей книг и газет отменялась. Осудить издателей и авторов печатной продукции был вправе только суд присяжных. Однако, высокая сумма залога, требуемая с издателя, делала невозможным существование демократической прессы.
Готовились либеральные законы о местном самоуправлении, о гарантиях свободы личности, о суде присяжных.
Успехи либералов тревожили не только ультрароялистов, но и окружение Людовика XVIII, проводившего политику «золотой середины». Решающим событием в процессе смены правительственного курса стало убийство 13 февраля 1820 г. сына графа д'Артуа, герцога Беррийского, совершенное фанатиком Лувелем. Король более не считал возможным сопротивляться давлению ультрароялистов. Либеральное правительство было отправлено в отставку. Избирательный закон 1821 г. (так называемый, закон о «двойном вотуме») значительно расширил представительство крупных землевладельцев в палате депутатов. Была восстановлена предварительная цензура печати, вводилась практика исключительных законов, нарушавших свободу личности. В 1823 г. французская армия подавила революционное восстание в Испании, восстановив на троне Фердинанда VII. Выборы 1824 г. принесли успех ультрароялистам. Их лидер, граф де Виллель, возглавлявший правительство с 1821 г., сумел провести закон об увеличении срока депутатских полномочий с 5 до 7 лет и об упразднении практики ежегодного переизбрания части депутатов, что заставляло считаться с изменениями общественного мнения.
Победа реакции была закреплена вступлением на престол после кончины Людовика XVIII в 1824 г. графа д'Артуа под именем Карла X. Новый монарх был искренним приверженцем ценностей старого порядка и получил прозвище «короля эмигрантов». Желая подчеркнуть божественное происхождение своей власти и исторические права Бурбонов на трон Франции, Карл X восстановил древнюю традицию коронации в Реймском соборе. Согласно закону «О святотатстве» (1825) наказанию вплоть до смертной казни подвергались лица, осквернявшие предметы религиозного культа. В угоду клерикалам власть покушалась на светский характер правосудия.
