подобным, они заняты теоретическими вопросами организации армии и ведения войн, а так же улучшением методологии войсковой аналитики. И они именно военные, хоть и служат в научных учреждениях, расположенных в гражданской среде, в обычных городах вне военных баз. У них есть воинские звания, форма. Они полноценные военнослужащие – военная интеллигенция.
• Экипажи – осуществляют сопровождение боевой машины, пребывая внутри неё. По аналогии со сходными должностными функциями древности их можно было бы назвать пилотами. Однако в настоящий описываемому момент понятие пилота как таковое отсутствует. Человек не управляет движением машины посредством руля, штурвала, рычагов и т.п., не наводит её бортовое оружие на цель и не жмёт на спуск или пуск. Он лишь отдаёт ей командные распоряжения, указывая, что от неё требуется, и наделяет полномочиями на ту или иную деятельность. Всё остальное она делает сама. Современный бой не место для пилотирования. За мгновенье надо уследить за множеством факторов и параметров, проанализировать, принять во внимание и учесть огромное число данных, отреагировать на действия врага, которых он производит без счёта за доли секунды. Человеческий мозг делать всё это не в состоянии. Люди задают машинам курс, определяют тактические задачи, устанавливают приоритеты, наделяют правом открывать огонь или налагают на него заперт, приказывают вступить в бой или отступить. Вот и все их пилотирующие функции. Экипажи характерный атрибут сверхдорогой тяжёлой техники, ценность которой многократно превосходит ценность сопровождающих её специалистов, выраженную в затратах на их обучение, на материальное обеспечение, на компенсационные выплаты семьям в случае их гибели. Среди планетарных воздушных и особенно наземных боевых машин экипажных экземпляров практически не встретить, а вот безэкипажные космические корабли напротив нонсенс. Одна из основных функций экипажа – спасение своей машины в случае нештатных и форс-мажорных ситуаций, так же на нём лежат обязанности по техническому уходу за ней и обеспечению её боеспособности.
• Операторы – наиболее массовый представитель штурмового офицерства. Во многом подобны экипажу, но командуют боевыми машинами удалённо от них извне, сами всегда оставаясь вне пределов зоны боевых действий. Оператор тоже не пилот, он именно сопровождает машины, которых в зависимости от их типа, вида и класса под его командованием может быть от одной до 200 (в последнем случае у него обязательно будут помощники – другие операторы, младше по званию). Представьте, как выглядит построение такого подразделения на некоем параде или смотре – стоит один человек, максимум несколько, а за ними вздымается ровный строй из грозного вида боевых аппаратов, который может состоять, скажем, из нескольких машин весьма внушительных размеров, или из внушительного числа относительно небольших (по меркам военных, скажем метра 4 в высоту) машин. И все эти машины фактически автономные, имеют свой ТР (технический разум), обучены, тренированы, способны получив приказ действовать самостоятельно, они словно рядовые, словно металлокерамические солдаты, именно они и играют роль рядовых в штурм-армии. А если это смешанное многофункциональное подразделение, мы увидим энное малое количество людей и очень много машин разных размеров, типов и классов тяжести. В действительности в таких подразделениях людей безусловно гораздо больше, чем кажется на первый взгляд, но те кто «за кадром» просто обслуживающий персонал – административные офицеры, инструкторы, оружейники, техники и механики (частью гражданские специалисты, частью должники), калибровщики, отладчики, мойщики и т.д. Они не участвуют в боевых операциях ни косвенно (через операторство), ни непосредственно, если их причислять к полноценному боевому составу подразделения, пожалуй придётся сюда же добавить и уборщиков, и тех кто готовит офицерам пищу. Отметим, что оператор занимается не только боевым сопровождением своей подотчётной техники, у него полным полно обязанностей, пусть ему и помогает «обслуживающий персонал», конечный спрос за всё именно с него, он ответственен за обученность и оснащённость своих механических солдат, за их исправность и техническое состояние, за их подготовленность по вооружению и экипировке к проведению конкретной боевой операции. Что касается собственно сопровождения в бою, хорошо обученная техника способна выполнять задачи в полностью автономном режиме, т.е. даже если связь с оператором отсутствует. И всё же он для неё важен, и когда связь есть, работы у него хватает. Он присматривает за своими машинами, координирует их действия, отдаёт им тактические рекомендации, переопределяет цели и приоритеты, устанавливает им уровень полномочий на ведение огня (чем выше, тем менее склонна техника сдерживаться от уничтожения потенциально опасных объектов, если не может быстро их идентифицировать), принимает важные ключевые решения, в том числе об эвакуационном отступлении поврежденных машин или наоборот продолжении ими боя несмотря на критические повреждения, управляет деятельностью ремонтных сателлитов и сателлитов снабжения (доставляют боеприпасы на поле боя, позволяя оперативно пополнять боекомплект).
• Оперативники – в противоположность оператору самый редкостный элитный представитель штурмовых вооружённых сил. Многие считают их анахронизмом. Но мы не согласимся с таким мнением. Люди, обученные воевать непосредственно, лично, не удалённо, и если они используют роботов, то не вместо себя, а в поддержку себе, те реально их сателлиты. Обыватель традиционно ошибочно относит к оперативникам офицеров диверсионных войск, там и правда есть оперативники, но их единицы, в основном диверсанты тоже операторы (причём их машины как правило что-то мелкое и малоприметное – роботы, маскирующиеся под гражданские аналоги от игрушек до уборщиков, погрузчиков и т.д.). Оперативники часто используются в качестве телохранителей высшего командования, так же они служат в спецотрядах особого назначения, чья сверхзасекреченность затрудняет даже предполагать, для решения каких задач они предназначены. Это люди такой подготовки и такого боевого опыта, от которых их врагов пробирает дрожь.
Есть офицеры и других функциональных жанров, однако указные семь групп всё же позиционируются как основные. Исключая оперативников, экипировка штурм-офицера не предполагает непосредственное участие в бою, поэтому экзоскелет далеко не всегда входит в неё, часто это просто защитный костюм или даже обмундирование из ткани с защитными функциями. Если же экзоскелет есть, он как правило лёгкий, тоже не для боя, а для лучшей выживаемости, он удобен, обеспечивает повышенные возможности для углублённой интеграции в информационную среду и коммуникации с боевыми машинами. Но броня у него всё равно значительно качественней, чем у ок-экзоскелетов аналогичного класса тяжести. Тяжёлые и сверхтяжёлые экзоскелеты в штурм-армии встречаются редко и в основном лишь как средство экстренного спасения, то есть когда они не предмет личной экипировки, а эвакуационное оборудование, например, на космическом судне или тяжёлом воздушном аппарате.
Наряду с офицерами отметим всё же и рядовых представителей штурм-войск – штурм-солдат. Практика ограниченного включения должников в состав профессиональных штурмовых подразделений в целом распространена в империи, так как даёт существенный экономический эффект. В
