— До сих пор не могу понять, чем так завораживали пьянки с Головиным. Пили и днем, и поздней ночью, когда добропорядочные граждане на работе или спят. Эти пьянки оставляли неизгладимое впечатление, как говорится, на всю жизнь. Случались и драчки. Головин был хорошим провокатором: задал случайному человеку пару очень неприятных прямых вопросиков, ну и летели стаканы, кулаки, стулья, — подытожил «черный метафизик».
Головин умер в 2010 году, чуть-чуть не дожив до семидесяти двух лет. Последние полтора десятилетия на его стихи было сложено немало песен, которые исполняли известные музыканты, например Александр Скляр с группой «Ва-БанкЪ» и Вячеслав Бутусов с музыкантами группы «Кино».
В числе провожавших Головина в последний путь были его «духовные дети» Дугин и Джемаль — «уходит вдаль дивизия СС»…
Бес партийный
Говорят, это Головин надоумил Дугина и Джемаля вступить в ряды так называемого народно-патриотического фронта «Память» — юдофобской организации, члены которой пугали обывателя, маршируя по улицам столицы в черных рубашках с портупеями. «Никто больше в «Памяти» таким обширным багажом знаний о фашизме не обладал», — считает Эдуард Лимонов, и уже в 1988 году «посвященные» знатоки «Аненэрбе» вошли в центральный совет «Памяти».
Лимонов предполагает, что своими лекциями они произвели среди «памятников» фурор, что вызвало «чувство ревности и опасения за свое место у вождя Дмитрия Васильева. Посему пребывание Дугина и Джемаля в этой организации оказалось кратковременным. Вождь изгнал обоих эрудитов-интеллектуалов из организации». По версии самого «Дим Димыча», «головинские ребята» были уличены в «жидо-масонских связях и проведении сатанинских ритуалов».
Так жизненные пути-дорожки Джемаля и Дугина надолго разошлись. Один отправился за Аллахом, другой — в староверческую церковь. Только «высшие ценности оккультного ордена» продолжали незримо объединять их.
Далее следы Джемаля обнаруживаются в Астрахани, где летом 1990 года состоялся учредительный съезд печально известной Всесоюзной исламской партии возрождения. Вскоре он возглавил так называемый Исламский комитет России. С 1992-го вел на первом телевизионном канале исламский раздел религиозной программы «Ныне», телепрограмму «Минарет». Его принимают влиятельные и состоятельные лица ряда исламских государств. Джемаль медленно, но неуклонно двигался к политическому Олимпу. В политических кругах России он был симпатичен тем, кого не устраивает ориентация страны на Запад.
Джемаль стал называть себя «инструментом ислама». Говорил, что сейчас религия и политика становятся синонимами, как в достохвальные времена средневекового Халифата. «На примере Афганистана, Кавказа и Балкан, — утверждал он, разговаривая со мной в далеком 1995 году, — видно, что время возвращается». Единственным препятствием на пути к этому он видит «стремление США покорить весь мир».
Предлагал остановить «американское нашествие» с помощью новой политической стратегии, получившей название «Исламский проект». Объяснял: «Существует «западный проект», который опирается на общечеловеческие ценности, бесконечный прогресс. «Исламский проект» — прямо противоположен».
Однажды я встретился с ним на «съезде» одной из неонацистских групп, проходившем в помещении Музея Маяковского. Джемаль порой спускался с политического Олимпа, чтобы ощутить биение «неистовых арийских сердец». Собственно, что отделяло исламского деятеля от православных неонацистов? Ничего, кроме сотни-другой проштудированных книг по оккультизму.
Председательствующий, малый со свастикой на лацкане черного костюма, провозгласил: «Наш путь — путь радикальной революции, несущей национальное и социальное освобождение… Наши союзники в первую очередь — это исламские фундаменталисты, ведущие отчаянную борьбу против «большого шайтана». И пригласил к микрофону «видного представителя исламского воинства».
— Мы жаждем мученической гибели за веру, чтобы наши сыновья и потомки могли высоко держать голову перед лицом мировой ереси, — заявил исламский деятель с трибуны, будто предсказывая взрывы смертников в вагонах метрополитена и самолетах, захваты заложников в «Норд-Осте» и Беслане.
В разговоре со мной Джемаль, вальяжный, всегда уверенный в себе, вдруг задумался:
— Может, Россия — неудавшийся эскиз?.. Дело не в том, что погибнут люди, а в том, что погибнут зря.
То, что ценность человеческой жизни — категория весьма относительная, я понял по другим «тезисам» интеллектуала: «Нужно объяснять, что люди — исчезающие малые величины», или «Смертный человек должен быть инструментом», или «Басаев действовал адекватно, захватывая заложников в Буденновске».
…Ранним мартовским утром 2012-го пять сотрудников ФСБ приехали в Колпачный переулок с ордером на обыск в квартире Гейдара Джемаля. Дверь им долго не открывали — глава Исламского комитета созванивался с адвокатами, Общественной палатой и правозащитниками. Потом с заспанным лицом приехал Максим Шевченко. Джемаль поставил условие: известная телеперсона должна выступить в роли понятого на обыске. Сотрудники госбезопасности не возражали и объяснили, что хозяину квартиры предъявлено обвинение по статьям Уголовного кодекса: «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности или публичное оправдание терроризма» и «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности».
Оказывается, на сайте islamcom.ru была опубликована статья «Роль женщины в Джихаде», подписанная неким Юсуф Аль-Ийери. Автор с пиететом рассказывал о смертницах, совершавших теракты против военнослужащих и простых прохожих, и призывал читательниц следовать примеру шахидок. Выяснилось, что эту статью разместили на сайте через компьютер в офисе «Исламского комитета России», который, как уже говорилось, много лет возглавляет Гейдар Джемаль.
Тут же из моей памяти выкатилась крупная слеза, точнее — из глаза главы «Исламского комитета», пожилого бритоголового человека. Телережиссер политического ток-шоу успел показать крупным планом этот момент, когда участники обсуждали плачевный конец террористов, захвативших несколько сотен заложников на представлении «Норд-Оста».
Вспомнились и восхваления Джемаля в адрес Саида Бурятского, шахида русского происхождения. В прямом эфире телеканала «Культура» на вопрос: «Можете ли вы сейчас, публично, заявить, что шахиды, которые убивают невинных людей, это преступники?» — он ответил: «Шахиды — это, конечно, мусульмане. Они делают то, что они должны делать. И они получат все, что им обещано…» Требовал убрать христианскую символику с герба РФ. Кроме того, десятки подобных высказываний можно отыскать в архивах телеканалов, куда Джемаля на протяжении десятков лет приглашают в качестве «эксперта по исламскому вопросу».
Через несколько дней Александр Дугин выступил с заявлением в поддержку своего друга и единомышленника: «Гейдар Джемаль — гениальный мыслитель, равных которому нет. Не только в России. Его нельзя равнять ни с кем… Гения (даже отдаленно) понять могут только очень высокоразвитые (интеллектуально и духовно) люди…» Получилось чересчур витиевато и напыщенно, в стиле алаверды, хотя Дугин мог бы без ущерба для смысла своего послания написать всего два слова: «Джемаль — человекобог». (Джемаль, поздравляя друга с 50-летием, за три месяца до обыска сделал ему сомнительный комплимент: велеречиво сравнил Дугина с Кирилловым — «прообразом интеллектуала» из романа Достоевского «Бесы», который проповедовал самоубийство как единственный способ превращения человека в бога.)
Бес памяти
Итак, основатели клуба имени дивизии «Флориан Гейер» — люди вполне искушенные в реальной политике и осведомленные в истории политических учений. Большие знатоки «сакральных смыслов», провидцы грядущих катастроф, обладатели «тайных кодов мироустройства». Это для них «манифестируют» даже незначительные события и незаметные вещи, которыми, как правило, пренебрегает непосвященный обыватель. Они находят глубоко скрытую подоплеку в какой-то газетной заметке, придают всякому наименованию двойной, а то и тройной смысл.
О том, что именем немецкого Стеньки Разина была названа дивизия СС, могли не знать приглашенные участники, среди которых много вполне уважаемых представителей «интеллектуального сословия»: экономист Михаил Хазин, доктор философских наук Игорь Чубайс, директор Российского института культурологии Кирилл Разлогов, публицист и телеведущий Михаил Леонтьев, доцент кафедры философии и философии истории СПбГУ Александр Секацкий, директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий, инвестиционный банкир Алексей Иноземцев, философ и политолог Борис Межуев.
