— Чем?
— Тебя узнают и догадаются, кто твоя спутница.
— В следующем году будем вместе наряды покупать, — улыбнулся он.
Ледяной карнавал проводился под открытым небом. Тот редкий случай, когда маги раскошеливались на бодрящие и согревающие зелья. Мы с Уолом подошли к одной из палаток и за гроши прикупили по флакону согревающего. В эту ночь многие выходили на улицу в тонких нарядах, не опасаясь заболеть.
* * *
В эту ночь по всему Ленверу горели факелы, костры и фонари. Музыка лилась с разных сторон беспрерывным потоком, почти сразу утопая в веселых криках и взрывах смеха. Ледяные фигуры — главное украшение карнавала, — возвышались на каждом шагу. Многие из них мерцали изнутри магическими светлячками различных оттенков. Лаки нравились синие — они напоминали ему о собственном счастье.
Ювен подскочил к одной из палаток со сладостями, утаскивая за собой Вэйлу. Лаки улыбался, наблюдая за забавной парой. Низкому рыжему воришке удалось украсть сердце высокой с виду холодной королевы. Теперь Акферд понимал, что никогда не прикоснется к этой девушке, как бы она его не раздражала. Он понимал, что Тантит опасается его, но Лаки любил своего друга и ценил его жизнь. Маска волчонка подходила Ювену, как и Вэйле маска лисицы. Сам Акферд предпочел нарушить правила праздника и не озаботился милым обманом. Зачем? В нем хватает невидимых масок.
— Держи, — протянул Ювен петушка на палочке Лаки.
— Издеваешься? — усмехнулся он.
— Немного можно, — улыбался друг. — Сплошной сахар. Все, как ты любишь!
Лаки, посмеиваясь, принял угощение и осмотрелся. Лавию он узнал даже в маске. Белокурая красавица стояла в кругу своих подруг и смотрела на него. Тонкое платье обрисовывало утонченную фигурку и искрилось, точно снег на солнце. Маска ничем не отличалась от платья. Лишь алые губы выделялись. Глядя на них, Лаки вспоминал, на что они способны. Он улыбнулся, подходя к девушке, и молча протянул ей конфету. Она приняла угощение и заговорила:
— Лаки, то, что ты сегодня сказал...
— Все кончено, — тихо повторил он то, что сегодня уже озвучивал, и покинул девушку.
Над стадионом института возвышались огромные магические пульсары, окрашивая ночное небо и пространство в различные цвета. Тонкий слой снега тоже с помощью магии закрепили, превращая его в твердую, но не скользкую поверхность. На входе застыли фигуры в вечном сражении. Изящный барс из снега вытянулся на задних лапах, стараясь вцепиться когтями в огромного коршуна, настолько чистого, словно из хрусталя. Лаки засмотрелся на них, чувствуя необъяснимую тревогу — убей или убьют тебя. Когда его начали волновать подобные вопросы? Он отвлекся на зеленую вспышку в стороне. Изумрудный дракон изверг пламя. Над ледяным лабиринтом парили полупрозрачные ящеры: красный, зеленый, синий — три направления магии. С началом шествия драконы последуют за людьми, но вскоре возглавят живую шумную нить. Они долетят до озера, не застывающего даже лютой зимой, взметнутся высоко в небо и взорвутся, превращаясь в разноцветных птиц, бабочек, мух. Их яркий свет пробудит ледяного владыку, а вместе с ним придет ледяной месяц — месяц жестокий и беспощадный к слабым существам. Разноцветная магическая живность плавно упадет в воду, а люди попрощаются со снежным месяцем, и наступит время пришествия нового года. Все будут праздновать, встречая его и теряясь в догадках до самой весны, какой из Богов его возглавляет.
Лаки усмехнулся, вспоминая, как он и Озрин верили родителям, что озеро действительно не замерзает. На самом деле, в каждом городе существовало священное озеро, где запрещали купаться, потому что в него вливали слишком много магических зелий, не позволяя воде остывать. Акферд огляделся, задаваясь другим вопросом: как до начала шествия отыскать Карру? Если она коснулась браслета, то проблем не будет, но если не коснулась...
Он засмеялся от неожиданности. Всего лишь голову повернул, и уже видит себя в отражении. Едва удержался, чтобы не заявить о способности Карры, постоянно тыкать на него, напоминая какой он и кем мог бы быть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вот это маска! — восхитился Ювен и подтащил Вэйлу к себе. — Ты посмотри только!
Моментально маска скрылась под капюшоном, а ее владелица гордо последовала за своим спутником, устремляясь к танцевальной площадке. Лаки улыбался, но ему не нравилось, что Карра пришла на карнавал не с ним, а с Квинфом. Он бы даже согласился на нелепый наряд, ради нее.
— Отдыхайте, но завтра к обеду отъезд. Не забудьте, — напомнил Лаки и отправился охотиться.
Даже если бы он не узнал Уолсана, то по движениям девушки убедился бы, что не ошибся. Ее походка, ее осанка, ее рост и постоянная суетливость. Карра не допускала мысли, что может упустить из виду что-нибудь интересное. Даже зелье, впитанное браслетом, не нужно было отслеживать. Ее плащ тянулся по белоснежному полу. Она лишь раз обернулась, убеждаясь, что Лаки следует, не отставая. Акферд любил поиграть и позволил ей подойти к столу, но улыбался так широко, чтобы она точно видела его улыбку. Он тихо рассмеялся, наблюдая, как она поспешно отказалась от выпивки и старалась запомнить торговца, опасаясь выдуманной Лаки подлости. Он не собирался опаивать ее. Зачем? Если она все еще влюблена в него, то ему и этого достаточно.
Среди цветочных фигур из льда кружились пары в медленном танце. Лаки увидел рыжую девицу в маске и поспешно подошел к ней.
— Угощу тебя любым напитком из той палатки, — улыбнулся он и указал на другую сторону танцевальной площадки, — если принесешь и мне один.
Он протянул рыжеволосой «вороне» деньги за две порции самого дорогого угощения и немного сверху. Дождался кивка девушки и добавил услугу:
— Доплачу, если пройдешь рядом с фигурой лотоса, задержишься на пару секунд возле нее, демонстративно повернешься и рассмотришь блондина с девушкой в белом. Видишь их? — повернулся он, разглядывая медленно кружащихся жертв разлуки. — Сразу, как блондин сорвется к тебе, скроешься в толпе.
— Лаки, ты хочешь Карру увести от Уола?
— Тэя, кажется, — удивился Лаки совпадению.
— К сожалению... Поэтому ограничимся напитками. Мне не сложно. Тебе какой?
— Я люблю ее, — твердо заявил он, точно зная, что эта истеричная, но несчастная особа поймет его и проникнется.
Она долго рассматривала его. Не произнесла ни единого слова и даже не приняла протянутые деньги. Просто отправилась привлекать внимание Уола. Лаки напрягся, словно перед прыжком. Как только Квинф сорвался к Тэе, Лаки устремился к Карре. Он ухватил ее за руку и потянул к лабиринтам, но зря надеялся, что Скойлок будет такой предсказуемой.
— Я закричу! — решительно воскликнула громкая девушка.
Лаки едва не поморщился, но обернулся и ухватил ее за талию.
— Просто танец, — улыбнулся ей Лаки.
— Ты из-за Уола догадался, что я — это я?
Он не ответил, больше озаботившись тем, чтобы приподнять белоснежный плащ. Ему не хотелось наступить на него и допустить падения Карры. Акферд с трудом сдержался, чуть притянув ее к себе. Ему безумно хотелось прижать свою девочку плотнее, как можно крепче, сорвать ее маску и поцеловать. Как же он соскучился по ней...
* * *
Я кружилась в танце, стараясь не прижиматься к нему. Он определенно успел меня чем-то опоить, иначе отчего такие сильные чувства? Почему даже маска не спасала и не прибавляла уверенности? Казалось, что он видит меня насквозь и от него никуда не спрятаться. Охотник?
— Лаки мы кружимся слишком быстро, — заметила я, что он ускорил темп.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он ответил усмешкой, ухватил мою руку, и прижал меня к себе крепче. Слишком быстро, Карра? Вот теперь едва успевала ногами перебирать! Однако удивительно, что в музыку наш танец все равно вписывался гармонично. Я тоже крепче обняла Лаки, осматриваясь. Танцующие уступали нам место, не желая столкновения, и возвращались к своей уютной атмосфере, забывая о нас. План коварного Акферда я разгадала очень поздно. Возле границы танцевальной площадки наш танец прервался, я не успела среагировать на произнесенное целителем заклинание — мой голос пропал. Лаки же спокойно произнес:
