брату дверь. Проехал ещё через охрану без звонка, блин. Что, блядь, случилось-то?!
Открываю впопыхах и смотрю на его дикие глаза своими помутневшими от безумия.
— Ты чё?!
— Пиздец, ты хули трубу не брал, — хватает меня за щёки. — Бля, слава богу хоть живой, а, живой! — он склоняется на корточки, а я понять не могу чё происходит.
— Рус…Какого х…?!
— Джипси сгорел к хуям. Подожгли, блядь.
— Чё, нахуй?! Чё? — стою в полном ахуе. В оцепенение прихожу. — Я, блядь, его урою, нахуй. — подрываюсь выскочить на улицу прямо в трусах, но Рус меня обхватывает за плечи.
— Стой, стой, брат…Стой…Остынь, думать надо. Звонили тебе…Ты выключен был, я чуть не обосрался… Батя всё к херам отменил, полетел сюда. Придурок, — Рус даёт подзатыльник, и я мысленно виню себя, что ебался и думал только о себе. Но это же…Ведьма была…Как я мог вообще оторваться? Без шансов.
— Твою мать…Отменил сделку что ли?
— Ну а ты как думал? Что у тебя клуб будет гореть, в котором ты всё время жопу просиживаешь, трубу не берешь, а батя, спокойно узнав это, будет бумажки ездить подписывать. Пиздец ты конечно долбоящер…
— Бля…А Кир? — у меня сердце замирает. — Кир? Звонил???? Звонил?! — ору как ебанутый и толкаю Руса в грудь. Внутри всё спирает. Они же ещё чаще туда ездят. Если я по работе, то друг просто отдохнуть.
— Стой, стой, Кир норм. Вышли они, успели с девчонкой его, — сообщает, и я тут же выдыхаю. Пиздец…Чуть сердце не остановилось.
— Бля…Вот ведь сука, а…
Мечусь как раненное животное по первому этажу. Один из любимых и доходных клубешников был. Гондон штопанный, блядь.
— И чё теперь?
— Нихуя…Бате звоню. Скажу, что ты — похотливое животное, блядь, — ржёт он, набирая отца, а мне нихуя не смешно. По мне, наверное, видно, что я ебался всю ночь. Смотрю в зеркало. Конечно. Губы все обкусанные, тело в засосах. Ведьма наделала. Бля…Что за ночь-то нахуй такая, а! Как так звёзды сошлись!? Пиздец!
Не успеваю дослушать их разговор, поднимаюсь наверх, Катя встречает в спальне взволнованным взглядом, обернувшись в одеяло.
— Всё хорошо? Глеб?
— Да, всё нормально. Кать, ты прими душ пока. Извини меня. Мне там с Русом перетереть надо, — подхожу к ней, а она так ко мне нежно прикасается. Обнимает. И я её с трепетом в лоб целую. — Ты как?
— Круто, — выдыхает, обвив одну руку вокруг моей шеи, пока второй удерживает одеяло.
— Ну картина маслом, блядь, — застывает Рус в дверях, её от меня аж отбрасывает с перепугу, а я со злостью смотрю на брата.
— Бля, Рус, выйди отсюда, а!
— Жду внизу, кароч. И привет, Катюха, — кидает он вскользь, пока я успокаиваю её.
— Всё хорошо, не бойся. Мы переговорим по одному очень важному вопросу, и он уедет. Всё в порядке. Прими душ и спускайся завтракать. Или поспи. Хорошо? Мы в кабинете будем.
— Хорошо, — шелестит моя девочка, но глаза всё такие же испуганные, как и были. Бедняжка моя. Ебанешься тут с нами точно.
На ходу одеваюсь и пиздую в кабинет на базар. Рус объясняет всё. Что возгорание началось около часа ночи и началось, блин, не с зала, а именно со служебных выходов, и если бы я — дебила кусок трубку сразу взял и назвал код, вместо ключа, успели бы потушить, так как ключ-карты есть только у меня и у охранника, который по счастливой случайности оказался рукожопым мудаком и проебал его куда-то ещё неделю назад. С ним я позже разберусь, а сейчас надо просмотреть записи с камер видеонаблюдения. У меня же дополнительно всё на облако пишется.
Садимся с Русом и наблюдаем, значит, как хуесосы какие-то в чёрных балаклавах спокойно открывают двери спизженной ключ-картой и устраивают поджог. Трое человек. С виду обычной наружности. Хрен их где сейчас отыщешь. Все в перчатках, полностью запечатанные, а на улице их ждёт самая обычная, блядь, калдина без номеров. Заебись, нахуй!
— Пиздец, — выдаю себе под нос. — Чё батя-то сказал?
— Чтобы я тебя отхуесосил, — выдаёт Рус, и я вздыхаю.
— Ничего другого от него не ожидал… — выдаю, пожимая плечами.
— Не парься, главное, что все живы остались…И что у вас с твоей всё хорошо…Всё же хорошо?
— Больше, чем хорошо. Это пиздец настоящий. Я такого раньше не испытывал…Ураган, блядь.
— Да я вижу. Слюнтяем стал таким, — ржёт он, на что я даю ему кулаком в грудную клетку, а он шипит в ответ.
— Завали. Я, короче, в душ пошёл. Пять минут и поедем туда. Вопросы решать. С ментами там и прочее.
— Лады…Жду тебя здесь.
Моюсь, выхожу быстро-быстро. Катюха походу принимает ванную. Потому что закрылась и вода долго льётся. Не решаюсь её беспокоить, пусть отдохнёт девчонка, и так всю ночь её трахал, хотя вроде нельзя так в первый раз.
Но не мог никак остановиться. Совсем тормоза сорвало. У меня ещё никогда такого секса не было. Это совсем другое. Это не с блядиной ебаться, не с обычной подстилкой. Да даже не с профессиональной эскортницей, у которой с членом отношения на «ты». Это сплетение душ и формирование чего-то большего. Я на каком-то внутреннем уровне ощутил. Как будто мы с ней уже одна ячейка. Как будто пара на Ноевом ковчеге. Я без неё уже неполноценный, отвечаю. Совсем ебанулся от неё.
Звоню всем своим, попутно собираюсь, напяливая на себя первые попавшиеся шмотки, садимся в тачку и мчим по делам.
Пока едем я пытаюсь анализировать, пытаюсь думать, но все мысли только о ночи с ведьмой. Ебать она меня конечно заколдовала. Я реально как под магическими чарами сейчас. Всё бы отдал, чтобы снова с ней в постели оказаться.
Пока выясняем обстоятельства случившегося, попутно раздаю всем пиздюлей за то, что не усмотрели нихуя. Всё так грамотно сложилось, охрана будто в уши долбилась. Момент был просто идеально угадан. И никаких зацепок. Страховка есть конечно, но, бля, это посягательство я не спущу. Это конкретный такой камень в огород. Хочу спалить его дом, нахуй. Вместе с ним.
