* * *
Тихо постучав в дверь, я осторожно приоткрыл ее и заглянул в комнату. Честно говоря, прямо сейчас этот разговор казался мне еще более тяжелым, чем предыдущий.
Оливия и Стивен, в комнату которых я заглянул, посмотрели на меня с легким удивлением. Казалось, они не ожидали, что я вот так внезапно решу навестить их. Или же мое поведение как-то выдавало меня?
Между тем, в этой комнате я был впервые. Пусть наш дом и не был большим, но до этого мне как-то даже не приходилось сидеть на месте. Если дети хотели провести со мной время, они сами прибегали ко мне и мы оставались в моей спальне. Ухаживанием же за младшими занимались Цезар и Атая. Я в этом доме действительно был больше как гость или какой-то безответственный родитель.
— Привет, — тихо сказал я.
— Ты сегодня рано, — Оливия посмотрела на меня с сомнением, будто уже подозревала в чем-то.
— Я хотел просто немного провести время с вами…
Осторожно пройдя в комнату, я закрыл за собой дверь и сразу же двинулся к детям. Оливия в этот момент сидела с книгой на кровати, пока Стивен упорно что-то разбирал на полках в шкафу.
Стоило мне подойти и присесть на кровать рядом с Оливией, как девочка сразу отложила книгу. Ее брат, также выглядевший недоверчиво, поднялся с пола и подошел ближе к нам. Искоса посмотрев на меня, он нахмурился, покачал головой, а затем обратился к сестре?
— Он выглядит подозрительно, верно?
Оливия не отвечала. Она просто продолжала изучающе смотреть на меня. Удивительно, но в этот момент она была похожа совсем на взрослую. Вместо вопросов или проявления искренней детской любви, она будто по полочкам разбирала в голове всю эту ситуацию.
Наконец-то придя в раздумьях к какому-то заключению, Оливия сказала:
— Если тебе нужно уйти, просто скажи. — Она отвела взгляд и разочарованно посмотрела на пол. — Но не сбегай от нас.
Стивен уверенно закивал и уже чуть тише повторил:
— Не сбегай.
Честно говоря, эти слова задели меня до глубины души. В разочаровании и смиренном принятии детей я видел собственные ошибки. Они не просто так выглядели опечалено. После того моего побега из города тень неприятных воспоминаний все еще преследовала их. Теперь я понимал, что мое решение предупредить только старших было ошибочным. Мне казалось, что если я расскажу всю правду малышам, они совсем не поймут, поэтому я и промолчал. Однако для Оливии и Стивена, которые в прошлом уже фактически были брошены кровными родителями, мое решение было все равно, что предательством.
Протянув руки сначала к Стивену, я легко приподнял его и посадил к себе на колено. Затем, повторив те же самые действия с Оливией, я глубоко выдохнул и ответил:
— Мне правда жаль, что я так поступил.
Наступила тишина. Оливия продолжала молчать и разочарованно смотреть куда-то вниз. Я боялся даже приобнять ее или погладить по голове — настолько виноватым я себя чувствовал.
Ситуацию разрешил Стивен. Наклонившись вперед, он намеренно схватился за голову сестры, наклонил ее и коснулся своим лбом ее лба. Брат и сестра замерли в таком положении, еще некоторое время смотря друг на друга, а затем одновременно отстранились и посмотрели на меня.
Оливия, выглядевшая уже чуть радостнее, сказала мне:
— Обязательно возвращайся домой.
— Обещаю.
* * *
И все-таки новоприбывшие монстры сильно отличались от тех ос. Как и сказал Норман, они больше напоминали диких хищных зверей с острыми когтями и вытянутыми волчьими мордами.
Я стоял ровно в том же самом месте, что и несколько дней назад. Правда, тогда предо мной были кладки яиц и множество жужжащих тварей, а сейчас целое поле из убитых монстриных тел.
— Кажется, — вслух заговорил я, — порядки у этих созданий другие. Они будто шли стенка на стенку.
Сириус в виде собаки осторожно обходил одно мертвое тело за другим. Всматриваясь в разодранные тела, лужи крови и торчащие наружу внутренности, он спокойно ответил:
— Борьба за территорию. Две стаи — два вожака.
Мне оставалось лишь устало выдохнуть. Конечно, нам было выгодно то, что монстры убивали друг друга. Правда, я также понимал, что это нисколько не спасало нашего положения. Тот факт, что настолько близко к нам разворачивалась целая война за территорию, подсказывал, что эта волна борьбы могла снести и нас.
Внезапно Сириус, посмотрев на меня, сказал:
— До сих пор не понимаю, как этот нытик согласился отпустить тебя одного вперед.
— Нытик? — удивленно повторил я. Сначала я не мог понять даже смысл сказанного, но затем, расставив все факты на свои места, я внезапно осознал: — Это ты так Маррона называешь? Он же глава ночной стражи.
— Это для тебя он глава ночной стражи. Для меня просто нытик.
Я улыбнулся, и в этот же момент Сириус наконец-то вернулся ко мне. Мы стояли рядом с полноводной рекой, которая теперь без каких-либо проблем текла вперед, скрываясь среди скал и каким-то образом все же добираясь до нашего города.
— Мы нашли те самые ископаемые, которые были нам нужны, — отвечал я. — Остальные члены группы остались на добыче, а я пошел вместе с собакой разведывать территорию. Все логично.
— Меня поражает то, что он отпустил тебя одного. Ты можешь умереть.
— Возможно, в глубине души он на это и надеется.
Сириус недовольно рыкнул. Кажется, Маррон вызывал у него не самые приятные чувства, и это было не удивительно. На протяжении всей экспедиции наш ночной глава постоянно умудрялся пускать колкости в мой адрес и всеми возможными способами показывать свое недоверие. На самом деле, даже инициатива отправить меня вперед исходила от него, так что я не удивился бы, если бы узнал, что таким образом он хотел проследить за мной и что-то проверить.
— Эх, — тихо простонал я, — если бы мы могли выйти за пределы подземелья, я бы просто похоронил это место. Скрыл бы все возможные туннели к городу, прочистил бы территорию и уничтожил бы монстров под землей. Это дало бы нам время, а людям умение бороться.
Сириус сразу понял, что речь шла о магии, хотя вслух я этого и не говорил.
— Ты свои силы учитывай, — недовольно отвечал дух. — Думаешь, можешь повелевать законами природы?
— Нет?
— Ленард, мы не в мире магии. Ты не можешь создавать воду из ничего, и даже для уничтожения монстров тебе нужна вода.
— Ты прав, — я тяжело вздохнул и снова обреченно опустил плечи. Честно говоря, мне уже хотелось просто отдохнуть. Этот мир выжимал из меня все соки. Он был не самым плохим, если сравнивать с моими первыми перерождениями, но выматывающим точно. И как любой человек, который чувствовал, что он нуждается в отпуске, я уже рисовал себе в голове картины полноценного отдыха в Межмирье.
Внезапно откуда-то из соседних туннелей зазвучали странные звуки. Резко обернувшись и прислушавшись к ним, я понял, что это был звук сражения — что-то вдалеке лязгало, звучали человеческие крики, топот ног. Уже предчувствуя, что что-то было не так, я быстро бросился навстречу этому звуку. И, как на зло, исходил он именно оттуда, где сейчас должны были находиться остальные члены команды.
Когда я добежал до нужного места, звуки постепенно стали утихать. Последняя сцена, которую я успел застать, выглядела так: в центре пещеры, украшенной множеством сияющих кристаллов, стоял громадный монстр. Эту тварь успели оседлать сразу несколько стражников. Они воткнули свои копья в его спину, но не смогли заставить его остановиться. Монстр ревел, вертелся, кидался на окружающих и пытался сбросить с себя тяжелый груз.
Резко подняв копье, которое было у меня в руках, я встал в позу атлета и со всей силы швырнул копье вперед. Острие моего оружия метко попало противнику прямо в глаз. Монстр буквально повалился на бок от невыносимой боли, а люди, сидевшие на нем, тотчас попытались спрыгнуть на землю.
Прозвучал грохот, противник упал. Люди же, сражавшиеся до этого момента за свою жизнь, пытались успокоить непослушное сердцебиение и ускоренное дыхание.
