и особенно в военной. В то время как советская система, с которой в современной Америке проводится все больше и больше параллелей, была известна тем, что просто не освещала проблемы, которые в противном случае могли бы подорвать её, современная Америка находится в полномасштабном режиме создания альтернативной реальности в таких беспрецедентных масштабах, что это смирило бы умирающую советскую пропагандистскую машину. Как описал это один из самых проницательных американских мыслителей современности Джеймс Ховард Канстлер:
Как объяснить, что американцы являются самыми тревожными, боязливыми и подверженными стрессу людьми среди предположительно развитых стран? Разве мы не живём в величайшей демократической утопии в мире, где мечты становятся явью? Что, если часть мечтаний на самом деле сводит нас с ума? Что, если мы создали общество, в котором фантазия настолько гротескно превзошла реальность, что справиться с повседневной жизнью практически невозможно? Что, если существование, опосредованное большими и малыми пиксельными экранами, представляет виртуальный мир более привлекательным, чем реальный, и оказывается своего рода заразительным поведением избегания — до тех пор, пока реальность не станет настолько ускользающей, что мы едва сможем различить её цвета и очертания за экранами?14
Среднестатистический Джо или Джейн больше не могут справляться с этой реальностью. Единственный способ — сбежать в эту самую альтернативную реальность, будь то дофаминовая интоксикация социальными сетями, спортом, все более дегенерирующим искусством и реалити–шоу, или гораздо более мрачным способом — положить свою жизнь на алтарь наркотиков и антисоциального поведения. Замечательная аналогия Pink Floyd с комфортным оцепенением, как никогда прежде, применима к американскому обществу. Настолько, что некоторые наблюдатели, обеспокоенные бездействием западной общественности перед лицом возможной катастрофической глобальной войны, даже заходят так далеко, что обвиняют Владимира Путина в том, что он не заставил американцев проснуться. В этой ироничной реплике активиста движения за мир Гилберта Доктороу не стеснялся в выражениях:
Вот почему, друзья мои, я говорю, что Владимир Путин оказал своему и нашему народу медвежью услугу, не занявшись публичной дипломатией с народами Америки и Европы, не напугав нас должным образом, чтобы мы одумались и заставили наших политиков и СМИ поступить так же.15
Тот факт, что Владимир Путин, будучи ответственным президентом ядерной сверхдержавы, никогда не опускается до произнесения пустых угроз или громких пустых заявлений, не говоря уже о том, чтобы принижать кого–либо, как это является нормой во внутреннем и внешнеполитическом дискурсе Америки, не является, конечно, признаком слабости. Напротив, это отражает общее национальное отношение русских к войне, которое очень сдержанно и реалистично. Дело в том, что академический продукт в современной западной, так называемой русистике сведен к набору клише, банальностей и откровенной лжи, не способствующих правильной интерпретации поведения России и её президента. Многие народы Америки и Европы просто отстранены от реальности масштабной глобальной перестройки, что неудивительно в эпоху, когда их основные политические организации, от местных до национальных, все больше впадают в спячку, если не в кому, по отношению к иностранным делам. Они, однако, должны быть напуганы, особенно если учесть, кто руководит американской внешней политикой, как и весь мир. Ни один человек не воплощает одновременно катастрофическую некомпетентность и невежественную воинственность, граничащую с психопатией, как нынешний советник президента Трампа по национальной безопасности Джон Болтон.
Декстер Филкинс, написавший обширную статью о Болтоне, отмечает, что Болтон, юрист по образованию, по сути, уклоняется от призыва:
Болтон провел десятилетия в федеральной бюрократии, часто жалуясь на то, что ненавидит каждую минуту. Он с тоской написал о записке, которую Голдуотер отправил провинившемуся коллеге: “Дорогой Билл, я взбешён”. Хотя Болтон говорит, что никогда не писал подобного письма, он зарекомендовал себя как свирепый внутренний борец, часто работающий, намеренно или случайно, против правил той должности, к которой он приставлен.16
То, что такой человек, который также известен тем, что открыто угрожает людям и их семьям, потому что они не согласны с его взглядами и методами, в том же духе, в каком Хиллари Клинтон испытывает удовлетворение, говоря о смерти Каддафи, может в конечном итоге давать советы президенту, который сам совершенно необразован в отношении любого военного или геополитического вопроса, является одновременно ошеломляющим и признаком непрекращающейся деградации американской властной элиты.17 В конце концов, как утверждает Филкинс:
Некоторые бывшие чиновники считают, что замкнутость Болтона может быть опасной, особенно в условиях кризиса, когда различные ветви власти и военные должны принять быстрые и скоординированные ответные меры. “При Болтоне царит хаос”, — сказал мне бывший высокопоставленный чиновник национальной безопасности. “Предполагается, что советник по национальной безопасности выполняет директивы президента и координирует национальную политику между различными правительственными учреждениями. Этот процесс полностью сорван ”. Чиновник добавил: “Болтон не установил никаких приоритетов. Никто не знает, какова политика — что важно, что менее важно. Голова не связана с телом”. Встречи руководителей — важнейшие мероприятия с участием президента, Объединённого комитета начальников штабов и руководителей разведывательных служб — стали редкостью. “Я не помню, когда в последний раз было гребаное собрание директоров”, — сказал чиновник.18
Иметь у власти фанатиков, которые не имеют никакой квалификации в международных делах или, особенно, в современной войне, — это верный путь к катастрофе. Последние двадцать лет демонстрируют подобную некомпетентность и саморазрушительный фанатизм. Но может ли современная американская (или европейская) элита сегодня произвести настоящего государственного деятеля? Ответ — нет. Бюрократия Америки и ЕС переполнена юристами, экономистами, журналистами и политическими так называемыми учеными, не говоря уже о невежественных знаменитостях, многие из которых, ослеплённые собственным гигантским эго и полностью сбитые с толку новоязом, не имеют ни малейшего представления о том, что может быть поставлено на карту в случае конфликта между США и Китаем, не говоря уже о России. Тем не менее, за некоторыми исключениями, это единственный доступный человеческий материал, который фактически был выращен и отточен в элитных американских университетах с целью захвата браздов правления в будущем — в США в частности и на Западе в целом. Однако дипломы о высшем образовании в области бизнеса или журналистики не заменяют истинной государственной мудрости, и отсутствие хотя бы остаточной человеческой честности не может служить определяющим критерием для вхождения в политическую элиту — как это, по–видимому, и происходит. Человеческая честность и порядочность имеют значение, и, в конечном счете, именно они направляют истинных государственных деятелей к сбалансированным решениям в пользу национальных интересов. Как можно служить национальным интересам США, если благополучие Соединенных Штатов как страны или её народов перестает быть предметом озабоченности или внимания в результате эгоизма, амбиций
