мне, Хранительница. Жаль, не свидимся больше.
— Жаль, — согласилась я.
Ульрик отправился прощаться с остальными членами отряда, а я сосредоточилась на закреплении сумок. Моя бессмертная лошадка терпеливо ожидала, пока я завершу приготовления. А вот Бессон снова куда-то пропал. В последнее время он все чаще исчезал, тренируясь в перемещениях. Наверное, ему было сложно среди людей. Как достигнем леса, я предложу ему остаться там. Думаю, он достаточно большой, чтобы начать самостоятельную жизнь.
***
Город покидали через тайный тоннель, который должен был вывести нас на противоположную часть горной гряды. А там до Митрила было всего несколько дней конного перехода. Учитывая, что враг не знает нашего местоположения, эта дорога должна была пройти нормально. Да и в Митриле будет относительно безопасно. По крайней мере, я надеюсь на это.
Ингивил покидала в смешанных чувствах. С одной стороны, хотелось бы побыть в спокойном и защищенном месте подольше, а с другой, лишь один тихий вечер столь усложнил мне жизнь. Боюсь, еще пара дней устроят настоящий взрыв в наших взаимоотношениях.
Миновав город, мы вошли в один из тоннелей. Здесь не было кристаллов, поэтому приходилось освещать путь магическими огнями. Пыль поднималась из-под конских копыт, оседала на одежде, затрудняла дыхание. Своды постепенно сужались, уменьшая пространство подземного хода, и вскоре нам пришлось скакать уже цепочкой. Примерно через два часа перехода мы уперлись в тупик. Но стена оказалась потайной дверью, которую Гондрик без труда открыл. А еще через несколько часов он активировал новую дверь, которая, наконец, вывела нас из тоннеля.
К тому моменту царила глубокая ночь. Темное полотно неба усеяли яркие звезды. А вот спутники были еле видны. Тоннель привел нас к обширной равнине. Здесь не дули иссушающие ветры, и воздух был свеж и чист. Под ногами шелестела невысокая трава, а кусты приветливо качали ветвями. Далеко уходить не стали, устроили лагерь здесь же. Да и разговоры вели только по делу. Все слишком устали после долгого переходя по подземному тоннелю. Так что, устроив лагерь, мы легли спать.
***
Последующие дни пути действительно проходили спокойно. Мы пересекли долину и вскоре достигли основного тракта, ведущего к Митрилу. К городу стекалось много народа, поэтому на всем протяжении тракта имелись трактиры, дежурили стражники.
Митрил издали напомнил мне Ингивил. Только наземный город наполняли голоса, звон кузниц, ржание лошадей. Жизнь здесь кипела. К счастью, очередь у ворот выстаивать не пришлось. Короля узнали. Дворфы громко приветствовали Гондрика, люди же большей частью расступались, изумленные появлением правителя.
Ворота в Митрил тоже были выбиты в скале. Две огромные статуи стояли у высоких створок врат, с оружием в руках охраняя вход. Миновав наземную часть города, мы вошли в другие ворота, и здесь уже я впервые попала в лифтовый механизм. Кабина вмещала до четырех тележек. Мы, пользуясь положением короля, прошли с лошадьми, приостановив очередь.
Митрил казался меньше Ингивила и как будто светлее. Но, думаю, дело в том, что этот улицы города наполняли не только дворфы, но и представители других рас. И порода, из которой строились дома и стелились дороги, была светлее и блестела вкраплениями слюды, отражая разноцветный свет осветительных кристаллов. Путь наш проходил через центральную улицу к находящемуся в противоположной стороне от главного входа в город дворцу.
Он впечатлял размерами и величием, башнями поднимаясь к самым сводам каменного потолка. Стены его поблескивали, а разноцветные окна сияли, отражая свет.
Народ громко и радостно приветствовал своего короля, расступаясь и формируя живой коридор. Потому процессия наша замедлилась. Я совсем отстала, не желая светиться возле Гондрика, чтобы не создавать лишних сплетней. Лалиэн, Ривен и Аркарион, наоборот, скакали впереди.
— И долго ты будешь меня избегать? — вопрос Дайроса заставил вздрогнуть и оторваться от созерцания окружающих зданий.
— Я не избегаю, — повернувшись, я столкнулась с острым взглядом черных глаз.
Дайрос придержал узду, успокаивая нервничающего из-за шума толпы коня.
— Избегаешь, — мотнул головой он.
— Просто я…
— Запуталась, я помню, — на его губах мелькнула тень улыбки.
Я смутилась, вновь мыслями окунувшись в тот вечер. Жар поцелуев, сильные объятия и невероятная растерянность. Я была расстроена тем вечером, устала, выпила, но все, что происходило, было осознанно и… неправильно. Дайрос и сам это понимает.
Отведя взгляд, я обратила свой взор вперед, к Аркариону. По спине пробежал холодок. Он тоже смотрел на нас, обернувшись через плечо, но, встретившись со мной взглядом, сразу отвернулся.
Аркарион и Дайрос, такие разные, но оба невероятно дороги мне. Дайрос казался суровым, почти бесчувственным. Потому он и воспринимался намного взрослее меня или даже Аркариона, заражающего всех вокруг своим позитивным настроем. Но на самом деле каждый из них носил свою маску. Дайрос — невозмутимости, а Аркарион — веселости. Вот только Арк намного внимательнее, чем показывает, а мы, кажется, забываем об этом. Так чья маска лучше?
Как понять, где заканчивается дружба и начинается другое чувство? Как отличить благодарность, расположение от настоящей любви? И стоит ли это делать, ведь можно оставить все как есть?
— Я думаю, ты должен поговорить с Арком.
— Лекс… — поморщился он.
— Пояснить ему все и попросить разорвать помолвку. Будет лучше, если мы остановимся сейчас, пока все не зашло слишком далеко.
— Ты, правда, этого хочешь? — на лицо Дайроса набежала тень, а глаза, казалось, еще потемнели.
— Да.
— А я — нет, — твердо заявил он.
Ответить я не успела. Лалиэн вдруг резко рванула лошадь в сторону, буквально отталкивая Аркариона с дороги, отчего тот чуть не вылетел из седла. Лали выхватила лук, мгновенно накладывая стрелу. После чего пустила сияющий золотым огнем снаряд в направлении крыши. Стрела ударила в плечо мужчины, отчего тот упал и съехал вниз по ее покатому краю.
Люди бросились врассыпную, лошади поднялись на дыбы, реагируя на поднявшуюся панику. Лук выпал из ладони Лалиэн, а сама она пошатнулась.
— Лалиэн!
Почти не осознавая своих действий, я спрыгнула с Келси и рванула к сестре. Она повалилась на бок, выскальзывая из седла. К счастью, Ривен успел раньше меня и подхватил бессознательную сестру.
— Что происходит? — спросила у брата, подбежав к ним.
Ривен аккуратно положил Лалиэн, придерживая ее голову. Вырвал из ее шеи маленький дротик. В месте ранения кожа потемнела, а вены начинали постепенно набухать. Лицо Лалиэн побледнело, на коже выступила испарина. Ривен приложил ладонь к ране, направляя магические потоки.
— Покушение, — вместо Ривена пояснил подоспевший Дайрос.
— Но ведь я находилась дальше, — растерянно взглянула на него.
— Пытались убить меня, — голос Аркариона звучал глухо. Он прошел рядом и присел возле Лалиэн на одно колено. — Как она?
Ривен
