понимал опасностей и нескончаемых трудностей в жизни борца за свободу. Я шел вперед, не платя никакой цены за взятые обязательства. Однако именно с момента своего избрания в Исполком филиала АНК в провинции Трансвааль я стал отождествлять себя с Африканским национальным конгрессом в целом, с его надеждами и чаяниями, его успехами и неудачами. Отныне я был связан с ним душой и сердцем.
К. С. Рамоханоэ относился к числу тех выдающихся личностей, у которых я учился. Он являлся убежденным националистом и умелым организатором, умел находить подходящий компромисс для разных политических взглядов. К. С. Рамоханоэ не проявлял явных симпатий к коммунистам, наряду с этим он смог хорошо сработаться с ними. Он считал, что АНК является национальной организацией, которая должна приветствовать всех тех, кто поддерживает наше дело.
В 1947 году А. Б. Ксума, Юсуф Даду и Г. М. Найкер (руководители Африканского национального конгресса, Южноафриканского индийского конгресса и Индийского конгресса провинции Наталь соответственно) подписали «Пакт врачей»[30], достигнув договоренности объединить усилия своих организаций в борьбе против общего врага. Этот шаг, предпринятый вслед за индийской кампанией пассивного сопротивления 1946 года, явился знаменательной вехой на пути к единству африканского и индийского освободительных движений. Вместо того чтобы создавать центральный политический орган для руководства различными движениями, они договорились сотрудничать в вопросах, представлявших общий интерес. Позже к ним присоединилась также Африканская народная организация, объединявшая активистов цветного населения.
Однако достигнутое соглашение можно было расценивать в лучшем случае как предварительное, поскольку каждая национальная группа сталкивалась в Южной Африке со специфическими для себя общественно-политическими, социальными и прочими проблемами. Введенная властями система пропусков, например, практически не затрагивала индийцев или представителей цветного населения. Закон о гетто, вызвавший массовые протесты индийцев, почти не затронул чернокожих африканцев. В то же время цветное население было больше обеспокоено мерами властей по введению расовой классификации и ограничений рабочих мест, то есть теми вопросами, которые не затрагивали в такой же степени чернокожих африканцев и индийцев.
«Пакт врачей» заложил основу для будущего сотрудничества чернокожих африканцев, индийцев и цветных, поскольку он уважал независимость каждой отдельной группы населения страны, признавая в то же время, что благодаря совместным действиям могут быть обеспечены новые успехи в общем деле освобождения. «Пакт врачей» ускорил череду антиправительственных кампаний по всей стране, которые были организованы не на расовой основе и направлены на объединение африканцев и индийцев в борьбе за свободу. Первой из этих кампаний была «Первая ассамблея народов Трансвааля и Оранжевого Свободного государства за всеобщее право на участие в выборах», кампания за распространение избирательного права на всех чернокожих южноафриканцев.
А. Б. Ксума объявил об участии Африканского национального конгресса в этой кампании на пресс-конференции, на которой я был председателем. Мы были уверены в том, что АНК возглавит указанную кампанию. Однако узнав, что этим планам не суждено осуществиться, Исполком филиала АНК в провинции Трансвааль решил, что АНК должен отказаться от своего участия. В то время я придерживался мнения, что АНК должен участвовать только в тех акциях, которые он сам возглавляет. Меня больше волновали вопросы престижа и репутации нашей организации, чем степень успешности планируемых акций.
Однако после решения об отказе структур АНК участвовать в данной кампании К. С. Рамоханоэ, председатель Исполкома филиала АНК в провинции Трансвааль, в инициативном порядке опубликовал заявление для прессы, в котором призвал африканское население провинции принять участие в этой акции. Данный шаг явно противоречил принятому решению. По существу, это был акт неповиновения, которого Исполком филиала АНК в провинции Трансвааль не мог допустить. На собрании, созванном для преодоления возникшей конфликтной ситуации, меня попросили выступить с предложением о вынесении недоверия К. С. Рамоханоэ. Мне предстояло сделать выбор между долгом и личной преданностью, между своими обязательствами перед организацией и своим другом. Я осознавал, что должен осудить поступок человека, чью честность и преданность нашей борьбе за освобождение я никогда не ставил под сомнение, человека, чьи жертвы в этой борьбе были намного больше моего собственного вклада в нее. Более того, я прекрасно понимал, что то, к чему он призывал, на самом деле было благородным делом: ведь он считал, что африканцы должны помогать своим индийским братьям.
Тем не менее серьезность умышленного нарушения председателем Исполкома филиала АНК в провинции Трансвааль дисциплины нашей организации была слишком велика. Как и любая другая общественная или политическая организация, Африканский национальный конгресс состоит из отдельных членов и должен следовать принципам их единства, поэтому лояльность к организации имеет приоритет над лояльностью к ее отдельному члену. Я согласился возглавить оппозицию против К. С. Рамоханоэ и при поддержке Оливера Тамбо выступил с предложением об осуждении председателя Исполкома (что автоматически означало его отставку). Это вызвало беспорядки в зале, где проводилось собрание. Последовали словесные баталии между теми представителями, кто поддерживал лично К. С. Рамоханоэ, и теми, кто был на стороне Исполкома. Собрание закончилось полным хаосом.
13
Африканцы не имели права голосовать на выборах, но это не означало, что нам было все равно, кто на них победит. В ходе состоявшихся в Южно-Африканском Союзе в 1948 году всеобщих выборов, на которых право голоса имели только белые, правящая Объединенная партия, которую возглавлял действующий премьер-министр генерал Ян Смэтс, находившийся в то время на пике своего международного авторитета, боролась за голоса избирателей с Воссоединенной национальной партией. В то время как Ян Смэтс обеспечил поддержку Южной Африки союзникам во время Второй мировой войны, Национальная партия отказалась поддерживать Великобританию и публично сочувствовала нацистской Германии. Избирательная кампания Воссоединенной национальной партии была сосредоточена на концепции swart gevaar («черной угрозы»), она вышла на парламентские выборы под лозунгами «Die kaffer op sy plek» («Негр должен знать свое место») и «Die koelies uit die land» («Кули – вон из страны»). Африканеры использовали слово «кули» в качестве уничижительного термина для индийцев.
Националисты во главе с Даниэлем Маланом, выпускником семинарии Голландской реформатской церкви, доктором богословия и редактором газеты африканеров[31], не скрывали своей разочарованности действиями англичан, которые, по их мнению, десятилетиями относились к африканерам как к низшему сообществу. Они также не скрывали своего презрения к африканцам, которых националисты воспринимали как угрозу процветанию и чистоте культуры африканеров. Африканцы не испытывали симпатий к генералу Смэтсу, но еще меньше симпатий мы испытывали к Национальной партии Даниэля Малана.
Политическая платформа Малана была известна как «апартеид». Апартеид был новым термином, но старой идеей. В буквальном смысле апартеид означает «раздельность», «обособленность». Апартеид представлял собой сведение в единую репрессивную систему всех законов, нормативных актов и регламентов, которые веками определяли более низкое (социальное, общественно-политическое, экономическое) положение африканцев по
