Я смотрела на него во все глаза, пытаясь сообразить, о чем он говорит. О каком споре идет речь?!
Заодно я осознала кое-что другое. В молодом князе Вельском не было ни грамма сочувствия. Единственное, о чем он сожалел, – что его друг в чем-то там его обошел.
Наконец, Алекс перестал смеяться. Уставился на меня, старательно о чем-то размышляя.
– То есть ты хочешь, чтобы я нашел жениха твоей подруги?
– Вы правы, ваша светлость!
– Ну раз так, то… Так и быть, я помогу тебе, Рина! Правда, сначала ты должна будешь обо всем мне рассказать. Во всех подробностях. Но не здесь.
– А где? – осторожно спросила у него.
– «Меблированные комнаты Хамера», – произнес он. – Отличное место, чтобы ты поведала мне обо всех своих бедах.
– Что?! – ахнула я.
– Поедем, Рина! Моя карета рядом. Я закажу в номер вино и сладости. Тебе же нравятся сладости? Шоколад, клубника, марципан – все, что пожелает твое сердечко! Заодно ты поведаешь мне обо всем с самого начала.
Он вновь попытался схватить меня за руку, но я не далась. Вместо этого развернулась и кинулась бежать, пытаясь прийти в себя от отвращения. И если Вельский думал, что сможет догнать фигуристку на льду, он серьезно ошибался!
Уже скоро я была на выходе с катка.
– Прошу вас, задержите этого… Того, в темном пальто! – я кинула на охранников умоляющий взгляд. – Проверьте, есть ли у него билет! Он ко мне пристает!
Те понятливо покивали, а я, моментально расстегнув крепления и скинув коньки, подхватила их и побежала по направлению к дому.
Довольно скоро убедилась, что Алекс меня не преследовал и у меня получилось улизнуть. Наконец, свернув за очередной угол, я смогла перевести дух.
Ну что же, моя затея с Вельским потерпела полнейший крах, тут уже ни убавить ни добавить, поэтому пришла пора возвращаться домой. Правда, по дороге я все же заглянула к Чангам, сказав расстроенной Ким-Ли, что с князем у меня ничего не вышло.
Наоборот, получилась какая-то ерунда.
Но завтра утром я обязательно поговорю обо всем с Высшим Магом из Особого Отдела. Возможно, от него будет больше толка, чем от Вельского.
Сейчас же мне надо идти – Рори дома один, а мне за него тревожно.
И снова пошла, а затем побежала.
Вскоре показался и наш дом. Я разглядела огонек от свечи у замерзшего окошка на третьем этаже и прильнувший к стеклу детский силуэт.
Брат ответственно караулил у окна, и я помахала Рори рукой.
Но он меня так и не дождался – в ту самую секунду по телу прокатила противная волна, вызвав у меня неконтролируемую дрожь. И сразу же из темного переулка навстречу шагнули двое в черном.
За ними появился еще и третий, распахнувший передо мной портал.
Я в ужасе отшатнулась.
Оглянулась – улица была пустынной, и это означало, что они явились именно по мою душу. На миг промелькнула паническая мысль попробовать сбежать, но в паре метров от меня – как раз рядом с порталом – в воздухе появился еще и мерзкий магический череп.
– Инквизиция Ровейны! – безликим голосом произнес один из магов. – Мисс Рина Одридж?
– Вы правы, это я! – хрипло сказала ему, судорожно прикидывая, что документы у меня всегда с собой, да и руки я могу показать в любой момент. Может, еще обойдется?! – Вы хотите проверить меня на ересь? Конечно, никаких проблем! Она меня не коснулась, и я вам сейчас это докажу.
– Пройдемте с нами! – произнес инквизитор, распахнувший портал, нисколько не заинтересовавшись ни моими рукам, ни документами.
Кивнул своим подельникам, и один из них тотчас же подхватил меня под локоть, тогда как второй взялся с другой стороны. И прежде, чем я успела возразить, они втащили меня в распахнутый портал.
Я даже пикнуть не успела!..
***
Казематы инквизиции оказались насквозь пропитанными ледяным холодом и отчаянием.
Каменный мешок, в который меня засунули, давил со всех сторон – причем по словам тех, кто меня сюда привел, это была вовсе не тюремная камера, а лишь комната для разговора.
Обняв плечи руками в тщетной попытке согреться – теплую одежду у меня отобрали вместе с коньками, – я сидела на хлипком стуле рядом с таким же хлипким столом, возле которого стоял еще один стул.
Страдала.
С момента моего похищения с Цветочной улицы ситуация нисколько не прояснилась. Я ничего не знала ни о причинах своего заточения, ни о том, как долго мне здесь сидеть, потому что никто не удосужился поставить меня в известность или же ответить на мои вопросы.
Все, что мне оставалось, – это лишь пялиться в противоположную стену, на которой горел вставленный в держатель факел, и гадать, что будет дальше.
Например, когда выгорит этот самый факел. Да и в целом со мной.
В голове крутились самые что ни на есть ужасные мысли. О том, что из этого места я больше никогда не выберусь, несмотря на то что мои руки чисты и ересь Отступников меня не коснулась.
Наверное, инквизиция каким-то образом прознала, что в теле Рины Одридж поселилась пришелица из другого мира, вот они и приняли соответствующие меры.
Поэтому очень скоро Рори заберут в приют, так как у миссис Ванроуз целая очередь на нашу квартиру. Конечно же, она его не пожалеет!
Брамс решит, что я все-таки сбежала с его сорока фартингами и он во мне ошибся.
Группы останутся без тренера, а Нэнси Финниган так и не выступит перед восторженными жителями Ровейны.
Единственное, Каролина Вельская не станет падать на Зимнем Балу – два урока сделали свое дело, и она отлично держалась на льду. Да и Ильен тоже меня не подведет.
Еще был Томас Ридклиф – уверена, с ним все будет в порядке.
Вот, собственно говоря, и все мои успехи в этом мире. Не слишком-то много у меня получилось сделать, стоило это признать!
Вздохнув, я в который раз попыталась унять противную дрожь.
Было холодно, тоскливо и безнадежно. Каменные стены давили на голову настолько сильно, словно пытались выжать из меня слезы, хотя плакать я не собиралась.
Сидела и ждала, размышляя, заточат ли меня именно здесь, в этой самой комнате с двумя стульями и столом, или же переведут в другое место? А еще интересно – будут ли суд и обвинители, или меня уже успели приговорить без разбирательства и возможности оправдаться?
Неожиданно скрипнула дверь, и в комнату вошли двое в черном.
Одного из инквизиторов, с худым смуглым лицом и яркими синими глазами, кажется, я уже видела. Он был сегодня на катке, когда искали Томаса Ридклифа, но я не могла утверждать это наверняка. Стылый холод каземата, страх за свою жизнь и тревога за брата плохо действовали на мою память.
– Итак, мисс Рина Одридж… – произнес он, усевшись напротив меня на стул и кинув на стол папку с бумагами. – Главный инквизитор Дерек Кроули, – представился мне.
Его коллега встал возле стены. Уставился на меня немигающим взглядом, словно опасался, будто бы я накинусь на них, словно дикая кошка.
Ничего подобного, конечно же, делать я не собиралась.
– В чем именно вы меня обвиняете? – спросила у того, кто сидел напротив.
Демонстративно положила руки на стол, перед этим отдернув рукава. Заодно и повернула руки так, чтобы обоим было видно: на мне нет ни единого следа их проклятой ереси!
– Ну что вы, мисс Одридж, вас пока еще ни в чем не обвиняют, – вкрадчивым голосом произнес главный инквизитор. – Вы здесь для того, чтобы мы могли спокойно побеседовать.
– Ах вот как?! Ну раз так, то зачем было запугивать меня до полусмерти?! Хватать на улице, тащить через портал?! – накинулась я на него. – Почему бы просто… не пригласить меня прийти? И я бы пришла, потому что я – добропорядочная гражданка и не собираюсь ни от кого скрываться! Особенно от инквизиции Ровейны.
Моя тирада нисколько его не заинтересовала. Инквизитору оказалось все равно, это было видно по его лицу. Он молчал, уставившись на меня, словно удав на свою будущую жертву.
