как сильно устареет всё это оборудование через каких-то десять-пятнадцать лет, какие штучки придут на смену этим и что его работа всего лишь капля в море по сравнению с тем, чем промышляют спецслужбы.
Массимо в очередной раз поблагодарил. Макс пожал ему руку, после чего провёл его до машины.
Ближе к вечеру Массимо сидел дома на диване. Перед ним стоял журнальный столик, на котором он разместил магнитофон и восемь пронумерованных кассет в пластиковых футлярах. Он вставил первую кассету в магнитофон и отправился на кухню.
Через десять минут Массимо вернулся с чашкой чая. Он поудобнее расположился на диване, нажал на кнопку «воспроизвести» и откинулся на спинку, слушая записанные разговоры из дома Аугусто Мальдини.
Судя по звучанию, первый голос принадлежал Аугусто:
— «Посмотри кто там».
Из динамиков магнитофона доносились удаляющиеся шаги. Затем последовал звук открывающейся двери. Массимо узнал собственный голос и нажал на перемотку.
За полтора часа, проведённых перед магнитофоном, Массимо промотал плёнку пяти кассет. Из прослушанных записей стало известно о том, что Джорджина уже не первый год сидела на наркоте. Порошком её безотказно угощал Карлос, получая с этого круглогодичный абонемент к промежности чресл Джорджины. Кому-то из посетителей Аугусто обещал собственноручно вырезать глаз и, судя по звукам на плёнке, именно это он и сделал. Последняя весомая информация, которую извлёк Массимо из прослушанных кассет, имела отношение к смерти Хорхе, патрульного полицейского и неизвестно скольких ещё. Выяснилось, что однажды Карлос предложил Аугусто всыпать в свежие трупы порошок, чтобы полицейские относились к расследованию этих смертей не столь серьёзно. Это была его идея, которую он применял ко многим среди своих жертв.
В остальном была пустая, ничего не стоящая болтовня, предметом которой служили недавние убийства, количество должников и размер долга, связи с поставщиками и покупателями, домашние неурядицы, гулянки, диарея, секс и деньги.
Массимо положил на стол третью чашку чая и запустил шестую кассету:
— «Алло» — на чей-то звонок ответил Аугусто.
Следом прозвучал чуть искажённый голос, который не был знаком Массимо. Он представился как Альберт:
— «Что там насчёт товара?»
— «Поставка задерживается. Придётся подождать».
— «Хватит кормить меня завтраками. Даю два дня. Потом ищу нового поставщика».
— «Тогда можешь не искать нового гробовщика. Обращайся к тому, который старался для твоего кузена, потому что твоя жена станет следующей».
В ответ раздался вопль, от которого чёткость звука чуть ухудшилась:
— «Тогда может и мне взяться за твоего брата!? В какую школу ходит его сын!?»
Далее послышался спокойный тон Аугусто:
— «Я-то смогу защитить один дом. У меня для этого хватит головорезов. А что смогут сделать твои два ушлёпка? Сколько у тебя родни? Пять, шесть семей? У панамцев большой талант размножаться».
После длительной паузы Аугусто уточнил:
— «Так что? С кого мне начать?».
Из динамиков доносилось прерывистое звуковое скрежетание и один громкий вздох, за которым последовал голос Альберта:
— «Даю тебе неделю. Это всё».
Из динамиков магнитофона пошли прерывистые гудки.
Через пять секунд начался следующий разговор.
— «Алло?»
— «Это Аугусто. Удобно говорить?»
— «Да. Я слушаю».
— «Как там с транспортом?»
— «Гидроплан накрылся. Придётся на катере».
ГИДРОПЛАН! Услышав это слово, Массимо будто проснулся. Он ударил пальцем по кнопке с изображением квадрата, после чего катушки с плёнкой перестали вращаться.
Массимо подумал о гидроплане, на котором они с Карлосом и Воротничком летали на Багамы. Он наклонился поближе к магнитофону и нажал на «воспроизвести». Воспроизведение продолжилось.
Аугусто спросил:
— «А ты уже нашёл катер?»
— «Да».
— «Кто будет управлять? Доверять можно?»
— «Конечно».
— «Значит подъедешь во вторник к 11:30».
Массимо остановил воспроизведение. Он открыл крышку магнитофона, вынул кассету и прочитал на ней дату записи. До намеченного срока оставалось три дня.
Массимо посмотрел на часы. Стрелки показывали половину восьмого. Через полчаса у Рафаэллы закончатся занятия с одним из её учеников и ему нужно забрать её. Шестую, седьмую и восьмую кассеты он забрал с собой в машину.
По пути Массимо продолжал слушать телефонные разговоры Аугусто Мальдини. Он хотел быть уверенным, что указанная дата не перенесена и всё произойдёт в ближайшие дни.
Массимо припарковался у дома, где Рафаэлла давала уроки испанского и португальского. До конца занятий оставалось пятнадцать минут. Он продолжал слушать разговоры Аугусто.
Когда Рафаэлла вышла на улицу, Массимо встретил её, отвёз домой и, ничего не объяснив, после ужина вернулся в арендованный гараж. Там он закрылся в «кадиллаке» и почти до двух ночи дослушивал кассеты. Затем он пересел на «вольво» и вернулся домой.
Узнав о том, что Рафаэлла вынашивает его ребёнка, Массимо сильно подкорректировал свои жизненные планы. Цели, которые он наметил, отменялись. Теперь ему нужна была самая малость. Он собирался помахать всем рукой, но перед этим напоследок каждому вручить то, что он заслужил.
Настало утро. И оно было особенным. Нужно было довести до ума последние мелочи.
Массимо вернул «кадиллак» в автопрокат, а взамен взял «шелби мустанг GT 500» шестьдесят седьмого года выпуска, рассчитавшись за него из тех денег, которые Аугусто занял для приобретения жилья.
Чуть позднее он поехал в отель в центре города и оплатил номер на три дня.
Днём Массимо пришлось выбить долг у одного дилера и встретить в аэропорту какого-то друга Аугусто.
Ближе к вечеру он позвонил Терри, заказал бутылку красного к вечеру для себя и приказал быть готовым приступить к делу. Сразу же после звонка Массимо зашёл в винный магазин, где купил бутылку «шардоне». Он попросил дать ему бутылку без этикетки и желательно в менее прозрачном стекле.
После винного магазина он отправился в порт к гаитянину, который торговал широким ассортиментом оружия и синтетическими наркотиками.
К вечеру Терри передал Массимо бутылку красного от Мурильо.
Ночью Массимо почти не спал. Изредка его обеспокоенный мозг впадал в лёгкую дремоту. Он думал о Рафаэлле и о ребёнке. В один момент он захотел заняться любовью, но боялся прикасаться к Рафаэлле, даже несмотря на то, что ссора завершилась мирно и гнев Рафаэллы быстро потух. Он не хотел её будить. Вместо этого он просто обнял её, вдыхая манящий запах её чёрных волос и потирая ладонью её пока ещё плоский живот. Вскоре Массимо уснул.
Он разбудил её пораньше и старался сделать всё как можно спокойнее. Но этот разговор вызывал слёзы у Рафаэллы и лишь добавил ей беспокойства.
— Что у тебя на уме? — сквозь слёзы спрашивала она. — Почему? Зачем мне уезжать куда-то? Можешь толком объяснить, что происходит?
Она ухватилась за рубашку Массимо и, прижавшись к его груди, хрипло проронила:
— Что ты задумал?
Массимо поцеловал Рафаэллу в лоб и мысленно думал только о том, чтобы его план ничего не подкосило.
— Слушай, — начал
