махнул ножом в область груди. Массимо сложил обе руки на его запястье, но так и не смог остановить руку. Клинок целиком вошёл в дельтовидную мышцу рядом с пулевым отверстием. Карлос не убирал пальцы с рукояти, старясь изо всех сил развернуть нож на девяносто градусов, дабы рана ещё долго не закрывалась.
Вдвоём они сцепились за рукоять ножа, не желая уступать. Карлос ощутил вкус собственной крови, стекающей из ноздрей прямо на губы. Гримаса на его лице выдавала расставание с последними усилиями в попытке провернуть клинок. Массимо ударил лбом в кровоточащий нос, после чего Карлос наконец отпустил нож, ухватившись за нос, который теперь, казалось, был совсем расплющен.
Массимо вынул нож, отбросив его на плитку. Пытаясь не обращать внимания на рану, он заметил, как Карлос потянулся к открытому ящику за очередным орудием. Массимо успел схватить его обеими руками за подмышки и потянуть на себя, отрывая от пола. Брыкающимися ногами Карлос ударил по ящику с кухонными приборами, который опрокинулся на пол.
Испытав небольшой дискомфорт в левом плече, Массимо предоставил мимолётную слабость руке, в результате чего Карлос вырвался и помчался к углу, где на полу были разбросаны приборы для разделывания продуктов. Едва Карлос стал наклоняться, как Массимо навалился на него сзади всей своей массой, толкнув вперёд мимо кухонных ножей. Карлос стукнулся о раковину, которая всё ещё наполнялась водой. Массимо схватил его за волосы на затылке и начал топить в раковине. По кухне летели брызги. Руки Карлоса отчаянно цеплялись за края мойки в поисках опоры, чтобы вытолкнуть наружу дыхательные отверстия, но мёртвая хватка Массимо заставляла глотать воду вместо кислорода.
Когда руки Карлоса размякли и он уже не так сильно противился давлению на голове, Массимо схватил его за воротник халата и отшвырнул назад. Вялое тело Карлоса стукнулось о стену, после чего гирей рухнуло на рядом стоящий стул. Его голова повисла. По волосам стекали остатки воды, опускаясь на волосатую грудь.
Массимо чувствовал чуть больший дискомфорт в плече, чем после огнестрельного ранения. Но всё это было более чем терпимо. Вино продолжало гасить чувствительность нервной системы.
Пока Карлос бездвижно сидел на стуле, совершая сквозь кашель неглубокие и тяжёлые вздохи, Массимо остановился в углу кухни. Он отбросил ногой перевёрнутый ящик. Его рука потянулась вниз, подобрав с пола шило для колки льда. Он неторопливо подошёл к Карлосу. Стоя перед ним, он опустил левую руку на его затылок. Карлос махнул правым запястьем по чужой руке на своей голове. Одним шлепком ладони Массимо отбросил руку Карлоса, вторым ударил по щеке, стараясь привести Карлоса в чувство.
Спустя десять секунд Массимо сжал пальцами нижнюю челюсть Карлоса, который отдалёнными краями своего мозга расслышал обращённые к нему слова:
— Это за Хорхе.
Правая рука Массимо взмахнула вверх, всё крепче сжимая рукоять прибора. Острие повисло над головой Карлоса. Последним усилием Массимо рывком отправил руку вниз, направляя двадцатисантиметровый кол в цель. Под давлением черепная коробка треснула. Шило вонзилось сквозь теменную область. Обратный конец шила достиг ротовой полости, выйдя через нёбо.
Нижняя челюсть Карлоса откинулась и замерла, оставив губы широко разомкнутыми. Зрачки на его глазах закатились так сильно, что скрылись за орбитами, а между веками просматривались только белки.
Его тело осталось на стуле в завязанном халате. Голова повисла над оголённой грудью. Из макушки торчала рукоять шила для колки льда.
Массимо миновал коридор и уже собирался покидать жилище, как где-то в квартире раздался звук, будто что-то рухнуло на пол.
Массимо прошёл прямо по коридору. За дверью в ванной было пусто. Он заглянул в туалет и тоже ничего не обнаружил. Тогда он направился в обратный конец квартиры, где находились гостевая комната и спальня. Массимо открыл дверь в спальню. Перед ним предстала нагота Джорджины. Она лежала на спине на мятой шёлковой простыне. Её голова свисала с края кровати, руки были раскинуты по сторонам, а между губами просачивалась пена. У подножия рядом стоявшей тумбы просматривались остатки рассыпанного кокаина с хромированной стальной пластинкой.
В кабинет Аугусто кто-то постучал.
— Да?
Дверь открыл Раймондо.
— Патрон, к вам винный курьер.
Аугусто совершил последнюю затяжку, после чего потушил окурок в пепельнице и сказал:
— Пусть проходит.
В кабинет вошёл Терри. Он держал на руках коробку, завёрнутую в подарочную упаковку.
— Кажется, для рождества ещё рановато — сардонически проронил Аугусто, а после добавил: — Я что-то должен или…
— Нет-нет — резко прервал Терри. — Всё уже оплатили.
Аугусто пожал руку курьеру, поблагодарил, настоял на том, чтобы он взял пятьдесят долларов, после чего попросил Раймондо провести его до двери.
Дверь закрылась. Аугусто остался в полном уединении. Он поставил коробку на письменный стол и, охваченный интригой, буквально в порыве любопытства разодрал упаковку. Под крышкой коробки была набита солома, посреди которой просматривались очертания тёмной бутылки. Внутри лежала записка. Аугусто взял листок, на котором было написано: «ОТ МАССИМО С НАИЛУЧШИМИ ПОЖЕЛАНИЯМИ». На обороте была ещё одна надпись, которая содержала буквально следующее: «ТВОЁ ВИНО — ФУФЛО. ПОПРОБУЙ ЭТО».
С широкой улыбкой, пританцовывая, Аугусто направился к рабочему месту. Отодвинув в стороны все принадлежности, он удобно расположился на кресле, достал из ящика чистый бокал, отдёрнул пробку и, трепетно зажмурив веки, стал вдыхать запах вина через горловину. Насладившись сладостным амбре, Аугусто наклонил бутылку и стенки бокала стали окрашиваться насыщенным багровым оттенком.
Наполнив бокал, Аугусто мягко стукнул дном бутылки о покрытие стола, затем взял бокал и поднёс к губам, продолжая прелюдию. С закрытыми глазами он представлял себе яркие образы, которые вызывал аромат вина.
Но когда-нибудь это должно было случиться. Аугусто погрузил в себя бокал красного.
Он поглотил последние капли вина и тут же зазвонил телефон. Не выпуская из рук пустой бокал, Аугусто встал с кресла и взял трубку:
— Алло?
На обратном конце провода послышался голос:
— Ну как, понравился мой подарок?
Аугусто собрался ответить, как вдруг Массимо добавил:
— Можешь опустить бокал.
Аугусто посмотрел в одно окно. Во второе. Третье.
— Можешь не стараться. Даже подзорная труба не поможет — добавил Массимо через трубку. — Лучше загляни под стол.
Из трубки стали доноситься прерывистые гудки.
Аугусто медленно опустил пустой бокал, немного отодвинул кресло и наклонился. Под столом был прикреплён подкассетник. Аугусто сорвал изоленту и сел на кресло. Он открыл крышку магнитофона на краю стола, вставил кассету и нажал на «воспроизвести».
На плёнке был записан голос Массимо:
— «Итак. У тебя в запасе три-четыре, от силы пять минут, чтобы успеть прослушать эту запись. Перед тобой бутылка „шардоне“, в которой я растворил около сорока граммов кокаина, двадцать таблеток амфетамина
