Правда, многие немецкие военные, политики были противоположного мнения – что с Москвой надо сближаться. В том же самом 1933 г. германский генштаб носился с идеей военного союза с СССР. В первую очередь, против Польши. У нее в данное время армия была гораздо больше немецкой. Разбуянившиеся паны с аппетитом косились и на Украину, и на Пруссию. За панами стояла Франция, их союзниками были Чехословакия и Румыния. Попробуй, тронь! Иное дело, если соединиться с русскими. В июне 1933 г. германский генштаб провел военно-штабную игру. По ее исходным данным предполагалось, что между Берлином и Москвой заключен тайный союз. СССР начинает войну против Польши. Франция, не знающая о существовании союза, вмешивается на стороне поляков. Но Германия неожиданно для Запада объявляет всеобщую мобилизацию, перечеркивает Версальский договор. Франция и Чехословакия оказываются в замешательстве, не могут помочь Польше, и русские громят ее.
В самой нацистской партии тоже хватало сторонников сближения с СССР. Агауляйтер Восточной Пруссии Эрих Кох (будущий палач Украины) шел еще дальше – он разработал проект, чтобы Германия и СССР объединились в «транснациональное трудовое государство». Карты такой союзной державы с детальными расчетами всех выгод и проектами внутреннего устройства демонстрировались в его кабинете, представлялись в Берлин. Эти проекты очень многим представлялись выигрышными.
Что ж, Гитлер прекрасно осознавал, какие выгоды может дать союз с русскими, но… не сейчас! Сейчас этот союз был бесполезен, даже вреден для его планов. Слабенькая Германия стала бы в нем младшим партнером, играла лишь вспомогательную роль. Фюрер говорил приближенным: «Что до меня, то я, очевидно, не стану уклоняться от союза с Россией. Этот союз – главный козырь, который я приберегу до конца игры. Возможно, это будет самая решающая игра в моей жизни. Но нельзя начинать ее преждевременно, и ни в коем случае нельзя позволять всяким писакам болтать на эту тему. Однако если я достигну своих целей на Западе – я круто изменю свой курс и нападу на Россию. Никто не сможет удержать меня от этого. Что за святая простота – полагать, что мы будем двигаться все прямо и прямо, никуда не сворачивая!».
Да, еще в 1933 г. фюрер однозначно говорил о последовательности своих ударов – на Запад, а потом на Восток. По сути, это было повторением старого плана Шлиффена. Но план Гитлера, в отличие от Шлиффена, основывался не на сомнительных расчетах сроков мобилизации и пропускной способности железных дорог, а на более надежных средствах – дипломатических обманах. Но и против западных держав ополчаться было преждевременно. Сперва требовалось добиться отмены ограничений Версаля, реорганизовать промышленность, создать и вооружить большую армию. А для этого было необходимо попустительство Запада! В общем, Гитлер наметил сложные и неоднозначные маневры. Сначала нужно было убедить Европу, что Германия нацеливается против русских, потом совершить резкий поворот к Советскому Союзу – а потом еще один. Но подобные головокружительные кульбиты фюрера не смущали. На них-то и предстояло урвать главный выигрыш.
С СССР преднамеренно разыграли ссору. Геринг, Розенберг, Гутенберг, Шахт представили в Лондоне меморандум об «опасности большевизма». Доказывали, что спасти Европу от этой угрозы может лишь Германия, если позволить ей вооружиться. При этом нацистские делегаты завели переговоры о голоде и восстаниях в СССР. Доказывали западным партнерам, что надо быть готовыми и воспользоваться удобным моментом. Об этих переговорах узнала советская разведка: «Особый проект предусматривает раздел русского рынка. По мнению германских кругов, следует ожидать скорого изменения политического положения в России и, соответственно этому, желательно заблаговременно разделить эту громадную область сбыта». Данный доклад был представлен в Политбюро, Сталину.
Раздуванию антисоветской истерии очень способствовал и Лейпцигский процесс над «поджигателями рейхстага». Процесс откровенно сфальсифицированный. Но обвинения-то нацеливались в адрес Коминтерна, камень кидался в московский огород! Подтасовки были слишком грубыми, процесс завершился полным провалом. Тем не менее он сыграл свою роль! Даже ложью и подтасовками нацисты расписывались перед всем миром: они – враги СССР!
На такие выходки Сталин ответил адекватно. Сотрудничество нашей страны с Германией в военной области было прекращено. Правда, торговля продолжалась, причем весьма широко. Крупп, Тиссен и прочие тузы германской промышленности абсолютно не желали терять такого выгодного партнера, как Россия, да еще и в условиях кризиса! Да и для Советского Союза германские товары были очень важны, реорганизация собственной промышленности в нашей стране только-только начиналась. Тем не менее враждебные акты Гитлера оценили в полной мере, и было решено резко изменить ориентиры на международной арене.
Нарком иностранных дел Литвинов (Валлах) и руководство советского генштаба во главе с Тухачевским стало в противовес Германии наводить мосты с Францией и Англией. А Польше и Румынии советское правительство предложило заключить пакты о ненападении. Поляки согласились с радостью – они не на шутку опасались, что СССР и Германия в самом деле заключат военный союз. Теперь нежелательный альянс рушился, как тут было не радоваться?
Однако нацисты от совершенного ими поворота получали больше выгод. В августе 1933 г. на прием к Гитлеру прибыла первая делегация крупных дельцов США: глава фирмы «Интернешнл телефон энд телеграф корпорейшн» Состенес Бенн и уполномоченный этой компании в Германии Генри Манн. Фирма уже вела дела с немцами, совместно с «Сименс-Шуккерт» основала свои филиалы «Лоренц» и «Стандарт электрик». По рекомендации Гитлера мистер Бенн ввел в правление своих германских филиалов приближенного банкира фюрера, фон Шредера. Концерн «Стандарт электрик» в скором времени получил выгодные военные заказы, а «Лоренц» приобрел 28 % акций заводов «Фокке-Вульф», которые вскоре начнут штамповать боевые самолеты…
В октябре 1933 г., как раз в разгар Лейпцигского процесса, Германия вышла из Лиги Наций. Как бы показала – отныне решения международного органа для немцев необязательны. А сразу после этого в Германии было создано министерство авиации. Пока еще гражданской, но уже можно было начать разработки для воссоздания военной. Западные державы смолчали. Никаких признаков недовольства не высказали.
Зато инициативы Советского Союза, вроде бы миролюбивые, стали вдруг буксовать! В 1934 г. правительство Сталина сделало то, от чего отказался Гитлер, – вошло в Лигу Наций. Вошло специально, чтобы объединить усилия с западными державами и конструировать в Европе систему коллективной безопасности. Но куда там! Англичане и французы отделывались общими фразами, а сами… настраивали Польшу сближаться с Германией! В итоге состоялась очень доброжелательная встреча Гитлера с Пилсудским, между ними был подписан пакт о ненападении. Для Советского Союза он стал пощечиной! Англия и Франция явно показывали, в какую сторону они хотят подтолкнуть Гитлера.
Кстати, Польша была вообще на седьмом небе! Полагала, что в международных интригах она выиграла больше всех. Приобрела двух новых «союзников», могла их использовать друг против друга! Но когда приближенные поинтересовались у Гитлера, намеревается ли он теперь объединиться с поляками и напасть на русских, фюрер брезгливо отмахнулся: «Советская Россия – это очень трудно. Вряд ли я смогу с нее начать… Все договоры с Польшей имеют лишь временную ценность. Я вовсе не собираюсь добиваться взаимопонимания с поляками. Мне нет нужды делить власть с кем бы то ни было… В любой момент я могу найти общий язык с Советской Россией. Я могу разделить Польшу в любое удобное для меня время и любым способом…»
Знала ли американская «закулиса» о сокровенных планах Гитлера? Да, знала. Ведь эта закулиса имела своих эмиссаров в ближайшем окружении фюрера. Но его идеи в полной мере устраивали финансовых олигархов. В США начиналось установление «нового мирового порядка». А Европу прошерстить и расчистить для американского «порядка» предстояло Гитлеру. Нет, сам фюрер ни в коем случае не стал бы работать на США! Он пребывал в уверенности, что способен всех перехитрить, а западных партнеров использует, не более того. Но заказывали музыку те, кто платил деньги, и они-то знали, кто кого использует…
«Ночь длинных ножей»
Гиммлер и его «рыцарский орден» СС после прихода к власти оказались обиженными. Центр партийной жизни переместился из Баварии в Берлин. Более расторопные товарищи расхватали посты в правительстве и вокруг правительства. Штатгальтером (правителем) Баварии подсуетился стать генерал фон Эпп, бывший глава штурмовиков. А Гиммлеру досталась скромненькая должность начальника баварской полиции. Но ведь ему подчинялись отряды СС, они насчитывали уже 52 тыс. человек! Лидеры штурмовиков тоже схлынули в Берлин, фон Эпп инициативой не отличался. Гиммлер же принялся набирать эсэсовцев в полицейские структуры.
