к груди. Что я скажу императору, когда явлюсь в другом платье? Но не только это меня волновало. Так жалко! Я же все-таки женщина. Мне хотелось побыть принцессой, надеть эту красоту… Жалко до слез.
Что же тут произошло? На ум шел только один ответ — Ингрид.
Глава 27
Первым побуждением было пойти к Ингрид и устроить скандал, но… Я взглянула на часы — времени оставалось совсем мало, а у меня еще одно важное дело. Я специально оставила его напоследок, чтобы цветы в букетах предстали идеально свежими перед глазами гостей. Нужно срезать цветы, составить красивые букеты и расставить по дворцу. Рекламный ход, так сказать. Если знать увидит что так принято во дворце императора, то захочет повторить. Люди любят повторять друг за дружкой: блюда, моду, повадки.
Я несколько раз глубоко вдохнула-выдохнула, встала и, отводя взгляд от погрома в комнате, вышла, плотно прикрыв дверь. Взяла с собой в оранжерею Золу, она обещала мне помочь. Кувшины мы подготовили заранее, конечно они не способны заменить красивые вазы, но хоть что-то. Высоких ваз в этом мире не водилось, так как никто не ставил в них цветов. В целом, вазы, как явление, существовали, но низкие и глубокие под конфеты и другие сладости.
Я срезала цветы, Зола раскладывала их на столе и набирала воду в кувшины. Потом я составляла букеты, а Зола разносила их по комнатам. Для каждого помещения во дворце я выбрала свою гамму, например, бальный зал украсили букеты из розовых и белых цветов, а тронный зал — бело-голубые. Розовые цветы навевали на меня тоску, напоминая испорченное платье…
Время пролетело быстро.
— Пора переодеваться к балу, — позвала я Золу, когда она вернулась, отнеся последние букеты по местам.
— Ура! — захлопала в ладоши девочка.
Она радовалась, так как у нее тоже новое платье, но я не разделила ее восторга. По пути к себе заглянула в гарем, наложницы разоделись к празднику. На лице Ингрид так и было написано самодовольное «я не причем, ты ничего не докажешь».
Я стиснула зубы, но промолчала, после бала нужно будет обязательно наказать ее. Девчонка перешла черту. А пока я вернулась в свою комнату и надела белое платье, тоже подарок императора, может быть, это поможет мне избежать проблем. Нектир наверняка ведь спросит почему я не надела его подарок, придется или врать или сказать правду и испортить ему настроение в такой важный день. Хотела взглянуть подойдут ли к белому новые драгоценности, но шкатулки с ними бесследно пропали.
— Ингрид… — прошипела я себе под нос. Одно дело порча имущества, совсем другое — кража драгоценностей.
В дверь постучали. Я отозвалась и в приоткрытую щель просунулась пушистая мордочка Клери:
— Император в гареме. Надо бы тебе его встретить.
— Ох, — выдохнула я. Этого я не ожидала, думала встречусь с ним уже во время коронации, когда ему будет не до меня. — Иду.
Я вышла в общий зал. Ингрид крутилась вокруг Нектира и что-то щебетала. Рокси скромно стояла у окна и не сводила взгляда с повелителя. Он же, видимо услышав мои шаги, обернулся и пронзил меня вмиг потемневшим взглядом синих глаз.
— Гости собираются в тронном зале. Почему ты не готова? — пригвоздил меня повелитель к полу резким вопросом. Недовольство явно сквозило в его голосе.
— Но я готова, — поспешила ответить я, отчего-то смущаясь. — Мы с девушками уже идем…
— Нет, ты не готова, — император поравнялся со мной и прошипел мне это прямо в ухо, а потом схватил за руку и вытащил прочь из комнаты.
— Куда мы идем? — воскликнула я, едва поспевая за ним по коридору.
— К тебе. Если ты не можешь сама красиво одеться, то придется мне тебе помочь!
Мои щеки вспыхнули жарким пламенем, едва я представила, что он всерьез собирается меня переодевать. Я изо всех сил рванула руку и освободилась.
— Я надела это платье, потому что новое испорчено! И вообще я не одна из твоих кукол, которыми ты можешь играть и одевать их во что вздумается.
Император одним кошачьим движением вернулся назад, притиснул меня к стене в коридоре и выдохнул в лицо:
— Ты единственная, кого я хотел одеть в этом дворце. Что значит испорчено?
— Не зависимо от моего наряда… — пробормотала я, теряясь в его объятиях. Несмотря на грубоватые движения, он прикасался ко мне бережно, почти ласково. Я чувствовала его тело, крепко прижимающее меня к стене, и от этого ощущения кружилась голова. А его запах… Боже, его запах сводил меня с ума. Аромат костра и степных трав, нотки крепкого коньяка и неповторимый почти озоновый запах сильной магии. — Это не дает тебе права так себя вести. Набрасываться на меня…
— Я давно хотел это сделать, а тут… Ты дала повод, — нагло улыбнулся Нектир.
Его губы почти коснулись моих. Я чувствовала их тепло. И едва сдерживалась, чтобы самой не потянуться к ним.
— Отпусти меня, — потребовала я, но голос прозвучал совсем не убедительно.
— Ты уверена, что этого хочешь? — игриво шепнул повелитель.
— Уверена, — бесстыдно соврала я. Хватка мужских рук ослабла, и это было почти болезненно. Все мое существо желало, чтобы он вновь сжимал меня в своих объятиях. Я сделала несколько шагов по коридору, распахнула дверь своей комнаты. — Смотри сам.
Нектир вошел внутрь и замер, разглядывая царящую вокруг разруху и испорченное платье в самом ее центре. Я смотрела на него со спины и понятия не имела, что отображается на его красивом лице.
— Ты знаешь, кто это сделал? — спросил император.
— Некогда проводить расследование, — попыталась пошутить я. — У тебя коронация через пять минут.
— Это одна из наложниц. Больше некому, — Нектир обернулся ко мне. — А драгоценности?
— Пропали, — пожала я плечами. Вся эта ситуация нравилась мне все меньше и меньше. Я не хотела становиться центром скандала, тем более сегодня. — Потом разберемся, виновного нужно бы наказать, но сейчас не до этого.
— Гости подождут, — отрезал император и быстро вышел из комнаты. — Идем.
Мы вернулись в общий зал гарема, где наложницы ждали, когда их позовут на праздник. Нектир широким шагом вошел внутрь, вокруг него словно клубились тучи, а по углам потемнело. Или это воображение сыграло со мной шутку?
—
