— Милада, — ласковым голосом, словно успокаивая маленького ребенка, обратилась к ней фигурка в плаще, — даже не думай об этом. Для того, чтоб тягаться со мной, у тебя силенок не хватит.
Женщина тихонько засмеялась, но вдруг резко остановилась, щелкнув пальцами:
— Помнишь бой у таверны? — Посетительница, скрывающаяся под плащом, зашагала по камере. — Не хочешь еще раз помериться силой? Обещаю, что дам тебе шанс напасть первой. Если выстоишь, то я отпущу вас. Заметь, я не предлагаю бой до полной победы. Мне просто интересно, насколько хватит твоего упрямства и желания жить.
Милада недоверчиво уставилась на женщину, которая остановилась напротив пленниц и, казалось, внимательно следила за их реакцией.
— Нашла дураков! — Выпалила Милада, — Потратить столько сил, чтоб привести нас сюда… А теперь такое заманчивое предложение? Не-ет уж, не надо маленьких дурить.
— И ты откажешься от такого шанса вызволить себя и подругу?! — делано удивилась посетительница.
— Ой, что-то мне кажется, что гладко ты стелешь, да жестко спать, — фыркнула Милада.
Женщина благоразумно замолчала, задумавшись.
— Так, что-то мы отвлеклись от основной темы нашего разговора. Лесандрин притихла и спокойно наблюдает за тем, как подруга подставляется под удар, лишь бы дать время на раздумье. Хорошо иметь таких друзей, — со странной интонацией произнесла она. — Так что ты решила?
— А если я скажу «Нет»? — осторожно произнесла Лесандрин.
— Тогда станет плохо твоей подруге, — спокойно, словно говоря о погоде, произнесла мучительница.
— Лесь, не вздумай соглашаться, — шепнула Милада, внимательно наблюдая за каждым движением хрупкой фигурки чудовища. — Уж, если ты ответишь согласием, тогда нам обеим точно не выжить.
— Мне нужно подумать, — ответила Лесандрин, предчувствуя беду. Грудь сковало неясной тревогой и даже дышать стало тяжело.
— Но я должна кое-что сделать, для того чтоб тебе лучше думалось…
В следующее мгновенье одновременно произошло несколько вещей. Посетительница резко вскинула руку для заклинания. Заведенная Милада вскочила на ноги, собирая в ладони всю силу, на какую только была способна. Лесандрин подскочила на ноги пытаясь оттолкнуть Миладу в сторону… но было поздно. Фигурка в плаще махнула рукой, а Милада в запале не обратила внимания на то, что оппонент и не думал воспользоваться магией.
Заклинание Милады отскочило от нападающей и полетело к хозяйке, увеличенное в несколько раз.
Лесандрин свалилась с Миладой на пол, прикрывая тело подруги собой.
Несколько секунд стояла напряженная тишина. Леся попыталась выставить защиту, но времени катастрофически не хватало. Хрустальный звон разорвал тишину спустя мгновение, как Леся выставила наспех сооруженный щит. Он отозвался тупой болью в теле, а затем наступила темнота, которая осыпалась стеклянными осколками, разрывая обманное спокойствие.
Леся с трудом приподнялась и посмотрела вниз. Милада была без сознания. Изо рта и носа тоненькими багровыми струйками, резко выделяющимися на фоне отдающей синевой бледной коже, текла кровь.
— Твоя защита была неплоха. Но вот беда, заклинание, использованное против зеркала, возвращается к хозяину. И никакая защита на него не действует. Ты спасла только себя. Хотя даже в худшем случае, тебя бы только слегка зацепило, — грубый смех, раздался в напряженной обстановке, словно гром среди ясного неба, — Право слово, обманулись, как дети малые.
Леся с ненавистью уставилась на ехидну, желая ей самой мучительной и поганой смерти.
— Ты… — прошипела она, поднимаясь с пола и надвигаясь на женщину.
— Спокойно, — она выкинула руку в предостерегающем жесте, — У тебя два часа на раздумье. Иначе подругу ты не спасешь. А мертвым, знаешь ли, наше раскаянье ни к чему.
Посетительница прикоснулась к правому боку, что-то достала под плащом. Резкий взмах и фигурка замерцала, выцветая на фоне холодных каменных стен камеры. На железных прутьях решетки вспыхнул красным восстановленный магический замок.
— Вот черт! — в сердцах воскликнула Лесандрин и опустилась на колени рядом с подругой.
Милада не подавала признаков жизни. Леську прошиб холодный пот, и стая противных мурашек промаршировала вдоль позвоночника. — Что же ты наделала, Миладочка, — причитала она, оттирая кровь с лица девушки, — Она же специально тебя провоцировала. Лесандрин дрожащими руками прощупала пульс черноволосой девушки, послушала дыхание, еле слышно вытекающее из легких. Жива. Пока еще жива.
Полубогиня прикрыла глаза и осмотрела внутренним взором магический фон Милады. Дела обстоят хуже некуда. Мало того, что подруга вложила почти всю силу в удар, так еще и пришелся он по ней самой… Кое-где рваными лоскутами серебрились остатки защиты накинутой Лесандрин за час до прихода мучительницы. Да еще и замок, который в скором времени начнет тянуть из них силу. Как ни крути, а времени у нее на все про все порядка двух часов. Не больше. В воздухе вокруг двух измученных девушек змеились красным и зеленым остаточные нити Миладкиного заклятия. Замку на пищу их пока хватит.
Лесандрин, не отдавая отчета в действиях, положила руки на грудь Милады и постаралась отвлечься от мыслей. Сейчас ей важно понять, куда пришелся основной удар заклинания. И в нем ли все дело? Лесандрин попробовал поделиться силой с подругой, но ничего путного из этой затеи не выходило. Тело ведьмочки отторгало энергию подруги, как чужеродную, словно Милада не хотела больше жить и бороться.
Потратив на раздумья не больше секунды, лекарка приняла решение. Милада ее потом убьет, что естественно, кому понравится, когда ненароком залазят в его воспоминания, затрагивают чувства, бередят и лечат застаревшие раны… Но другого пути нет. Лесандрин в последний раз вдохнула полной грудью, и ее тело свалилось бесформенной грудой рядом с подругой.
Заблудиться в переулках чужой души просто. Достаточно свернуть не на том повороте, запутаться в воспоминаниях, сопереживая, либо не определив истинной проблемы, заставившей сделать роковой выбор между жизнью и смертью.
Леся в жизни бы не полезла к подруге в душу. Но тот факт, что Милада отказалась от борьбы, сбил Лесандрин с толку. Милада — ясное солнышко, среди грозовых туч; та, которая всегда, не глядя на обстоятельства, выбирала жизнь; та, что шла всем и всему наперекор, лишь бы вытащить друзей из беды; та, что, не задумываясь, отправилась на Грань, лишь бы вытащить Лесю и Самойлова из небытия…
И вдруг, Милада отказывается от борьбы.
