которых в башке только алкоголь, сперма, моча и ещё чёрт знает что, но только не мозги. Что вы на меня так уставились, Бенитес? Я вам открыла глаза на содержимое вашего черепа? Странно, что вы стали отличником своего курса, видимо, остальные ваши сослуживцы не могут похвастаться и этим. Не так ли, Моралес? А иначе, почему старший товарищ не остановил младшего, позволив ему напиться на церемонии государственного масштаба? Почему старший кадет не прервал своих однокурсников, выкрикивающих провокационные политические лозунги? Вы понимали, что ваше поведение позорит высокое звание офицера Империи? Почему вы, Энрике, допустили, чтобы ваш товарищ напал на человека, до сих пор не оправившегося от серьёзных ран? Почему вы, кадет Моралес, не принесли извинения пострадавшей стороне сразу же на месте? Почему меня сорвали с официального мероприятия из-за распустившихся придурков в форме Пехотного училища, устроивших пьяный дебош в центре столицы? Почему по Капитолию поползли слухи о предстоящей дуэли?
Моралес стоял бледный как смерть, парализованный змеиным голосом Кабрера. А Кармен, отвернувшись от третьекурсника, занялась моим врагом.
— Алехандро Бенитес, сын прославленной майора Бенитес. Мы с твоей матерью проливали кровь, когда ты ещё шевелился в штанах своего папаши. И вот, спустя почти двадцать лет после того, как твоя мать с риском для жизни вытаскивала мою задницу из-под огня, я должна сообщить ей, что её сынок в пьяном виде на центральной площади столицы поносит Императрицу?! Что её сын призывает идти громить дипломатический квартал, где расположились гости со всего мира? Что он жаждет крови врагов Империи, но решил начать с соотечественника? В твою тупую и безмозглую головёнку могла хотя бы случайно забрести мысль о том, что мать сделает с тобой? Нет? А я тебе расскажу. Твоя мать своими руками вырвет тебе язык, проделав эту процедуру без наркоза и через задний проход. Может быть, там и прячутся твои мысли, среди фекальных масс? Что ещё за использование магии на улицах столицы? Почему лейтенанту Солано пришлось ставить боевой щит? Знаешь, что по закону полагается военнослужащему за предумышленное нападение с применением магии, влекущее травмы гражданских лиц? Казнь! Ты слышишь, Алехандро, казнь! Дебил ты эдакий! А если бы эта ваша дуэль каким-то образом состоялась… Да о чём это я? Если бы ваши секунданты хотя бы начали обсуждать дуэль, то плаха грозила бы всем! Ты об этом помнил, когда бил кулаком, напитанным магией? Или ты хотел, чтобы роду Бенитес объявили вендетту рода Моралес и де Мендес?
— Я хотел справедливости! — выкрикнул кадет.
— Молчать, сопляк! Справедливости? Для того чтобы отомстить за смерть Дельгадо, тебе нужно окончить училище и идти воевать с африканками, а не размахивать кулаками в двух шагах от Дворца! Но ты об этом не думал! Ты хотел отомстить сопернику! Нечего мне тут сказки рассказывать о какой-то там справедливости. Её нет, понятно, курсант? Нет справедливости для Бенитес, нет для Каррера, Солано или де Мендес. Есть Империя, которой вы поклялись служить. И если для блага Родины понадобится, я лично выпотрошу всех присутствующих своими руками или позволю это сделать с собой! Вот о чём ты должен был помнить, щенок! О долге!
Кабрера замолчала, гневно взирая на упрямо набычившегося кадета. Видимо, тот был не согласен с генералом, но не рисковал высказаться вслух. А Кармен, не дождавшись возражений, переключилась на нас.
— Лейтенант Солано, почему вы не доложили старшему по команде об этом происшествии? Столичная жизнь расслабила вас? Гражданские тряпки затуманили вам мозги? Или с мундиром Серебряного Легиона вы повесили на вешалку и своё здравомыслие? От вас я не ожидала такой… некомпетентности. Пока считайте себя отстранённой от основной службы. Вплоть до моего распоряжения, ясно?
— Так точно, госпожа генерал, — отчеканила Иса.
Голос девушки был ровным, но я знал, что армия для неё всё: семья, друзья, работа и карьера. Похоже, что настояв на участие в дуэли, я сломал судьбу этой девочки. Кармен, посмотрела в лицо Исы и покачала головой.
— Ну и наконец, господин Каррера. Вы, сударь — заноза в заднице. Я даже не знаю, что с вами делать. Формально вы подчиняетесь не мне, вас курирует герцог де Вега. От себя лишь добавлю, будь моя воля, отправила бы вас драить сортиры до конца контракта. Увы, вы всё ещё слушатель Академии, и моя власть чисто номинальная. Но учтите, Каррера, что ваш проступок будет занесён в личное дело. Я ясно выражаюсь?
— Предельно ясно, госпожа.
Кабрера отошла от нас и оглядела всю четвёрку. Итак, кнут мы попробовали. Будут ли пряники? Рискнёт ли Кармен испортить отношения с аристократами или же всё закончится пустыми угрозами? Видимо, Кабрера размышляла о том же. Она кивнула и поморщилась.
— Я не хочу раздувать скандал, дамы и господа. Формально вы просто подрались и высказали неопределённые угрозы. Если мы остановимся на этом и не станем афишировать произошедшее, то дело можно будет спустить на тормозах. Наказания будут, но они будут не столь суровы, как мне бы хотелось, и как вы того заслужили. Господ кадетов ждёт гауптвахта за нарушение дисциплины. Вы, госпожа Солано, отделаетесь выговором без записи в личном деле. Каррера… Что с вами делать решит ректор Академии. Попрошу её не слишком церемониться. Всем всё понятно?
— Так точно, — с облегчением выдохнула Иса.
— Тогда подведём итоги. Вы, госпожа лейтенант, в первую очередь — офицер. И всегда должны помнить об этом, даже когда носите гражданское платье. Надеюсь, что этот урок вы не забудете. Это же касается и вас, господин Моралес. Помню вас по прошлогодним учениям, у вас есть потенциал. Не упустите свой шанс, Энрике. Ну а вы, молодые петушки… Кадет Бенитес, вы признаете свою вину? Тогда мы ждём от вас извинений. Надеюсь, вы не станете искать способ прикончить друг друга. Наступили трудные времена, мне нужны все, способные держать оружие. Итак?
Я пожал плечами. Специально разыскивать я его не буду, но если встретимся, вряд ли разойдемся мирно. Но ради Солано и спокойствия Кармен, почему нет? Бенитес повернулся ко мне и деревянно поклонился.
— Господин Каррера, — произнес он сдавленным голосом. — Приношу извинения за своё поведение.
— Извинения приняты, господин Бенитес, — я поклонился в ответ, нисколько не поверив.
Бенитес протянул руку, и я пожал её.
— Мы свидетельствуем об этом факте, — раздался голос в углу комнаты.
Зажёгся свет, наша четверка поспешила раскланяться. За столом сидела герцогиня де Вега. Рядом стоял Лукас, задумчиво потирая подбородок
