в первый раз, её поразил контраст между мёртвым и живыми. Все — и старухи, обсуждавшие цены, и подростки, травившие анекдоты, знали Олега. Они искренне сочувствовали его родственникам, жалели так рано ушедшего парня, но, несмотря на угнетающую обстановку, из них нет-нет, да прорывалась Жизнь.
Сычкова знала, что будет после кладбища. Люди выпьют, расслабятся, забудут о поводе, собравшем их вместе под одной крышей. Кто-нибудь один затянет песню, остальные подхватят. Большинство к тому времени из деликатности уйдёт, понимая, что родным хочется остаться наедине со своим горем. Но некоторые будут сидеть до победного конца, напиваясь и наедаясь на дармовщину.
Марина решила, что не вернётся сюда после погребения. Хотя родители в один голос твердили, что это неприлично, что обязательно нужно хотя бы трижды пригубить «за упокой». Иначе покойник обидится и будет сниться.
Девушка после ноябрьской охоты на упыря готова была поверить во всё, что угодно. Правда, Олега она знала не очень хорошо — парень на два года старше, жил в соседней деревне, и компании у них были разные. И как-то сомневалась Сычкова, что малознакомый человек разозлится на неё за отказ выпить. Да ещё начнёт из-за этого наведываться во сны.
Приехал священник. Всех попросили выйти из комнаты, в которой стоял гроб. В сенцах стало совсем тесно, и Марина решила выйти на воздух.
— Привет, Мань.
— Привет. Мама тоже здесь?
Слава махнул рукой:
— В Красноселье у кого-то корова всё никак не отелится, мамка помогать поехала.
— Ясно.
— Ага.
Ребята замолчали. Обсуждать похороны не хотелось — в семнадцать-восемнадцать лет очень сложно воспринимать сверстника в гробу. А на другие темы разговаривать не поворачивался язык — неудобно было перед покойным.
Подошли к незнакомым парням и девушкам, которые оказались друзьями Олега и Вадима по техникуму. Студенты вовсю обсуждали произошедшее.
— Говорят, Вадима психиатр будет проверять.
— Зачем?
— Да он всё твердит, что Олега то ли привидения, то ли призраки убили. Заманухи какие-то.
— Да ты что?! Наверное, совсем голову отморозил, бедняга.
— Лучше с отмороженной головой, чем в гробу, как Олег.
— Это да.
Марина вмешалась в разговор:
— Извините, а можно подробней о призраках?
Компания обратила внимание на школьников.
— А мы не знаем подробностей. Вадик вон, Ксюхе звонил из больницы. — Говоривший кивнул на худенькую заплаканную девушку. — Он ей коротко рассказал, что случилось, только, говорит, сам не понимает, как такое может быть. Может, и привиделось.
— Ясно. Спасибо, извините. — Марина потянула Славку за рукав.
— Слышал? — Зашептала девушка. — Странная какая-то история.
— Маня, спокойно. Скорее всего, пацаны пьяные были, вот и заблудились в чистом поле.
— А сам ты мне про Лупатого и Деда Мороза что рассказывал? Ерунда какая-то творится, неужели не видишь?
Коваль засунул руки в карманы, помолчал, потом принял решение:
— Давай после похорон. Здесь нечего болтать, а то и нас к психиатру отправят.
Сычкова кивнула, подошла к слабо знакомой женщине и спросила:
— Долго отпевать будут, не знаете?
— Минут пятнадцать. Может, полчаса. Всё равно машину из сельсовета не прислали ещё. Погуляйте.
* * *
Лёшенька по лицу ударил с такой силой, что голова запрокинулась.
— Сынок, не надо! Вдруг поранишь? Не хватало ещё следователям объяснять, откуда в номере кровь. — Свекровь прекратила запихивать вещи в чемодан и осуждающе посмотрела на сына.
— Но ведь эта сучка едва нас не сдала! И тебя, если не забыла, к креслу привязала!
— А что было делать бедной девочке? Я б на её месте тоже разволновалась.
— Для начала не надо было совать нос в наши вещи. — Свёкор размахнулся и заехал невестке кулаком по уху.
Аню никогда в жизни не били. То, что происходило сейчас, пугало её до обморочного состояния. Боль от оплеух казалась невыносимой, хотя Анюта прекрасно понимала, что эти двое проделывают с девушками вещи намного страшнее.
— Мальчики, не надо. Не тратьте время, в любой момент могут появиться свидетели, мы ведь не дома! Лучше подумайте, как от девочки избавиться так, чтобы у милиции подозрений не возникло.
Девушку на время оставили в покое. Сейчас она сидела в кресле связанная, точно так же, как и свекровь несколько минут назад. Добрынины стали обсуждать план дальнейших действий, совершенно не заботясь о том, что жертва их прекрасно слышит.
Идей было немного — другая страна, гостиничный номер и ограничения во времени не позволяли придумать что-то толковое. Случайное падение, например, в ванной, отпадало из-за следов побоев, которых уже поднабралось достаточно. Ни один судмедэксперт не пропустит такое количество гематом. Утопить в реке — рискованно. Не вся деревня на похоронах, кто-то может их увидеть. Пожар в гостинице — неплохой вариант, но кладбище недалеко, люди успеют прибежать до того, как здание прогорит. Есть шанс, что найдут не полностью обгоревший труп, и у милиции, опять же, возникнут вопросы. Можно выехать домой сегодня, сейчас, а по дороге закопать тело где-нибудь у границы. Конечно, будут проблемы с российской полицией, люди не должны бесследно исчезать, но это всё решаемо.
Судя по всему, семейство склонялось к последнему варианту. С каждым словом Анюта паниковала всё сильней. Слёзы текли по щекам, сердце готово было выпрыгнуть из груди.
— Не надо. Не убивайте! Я никому ничего не скажу!
Лёша тяжело вздохнул, подошёл поближе и грустно сказал:
— Я так хотел прожить с бок о бок с тобой всю жизнь. — Муж опустился на корточки. — Хотел доверить тайну. Но ты вынюхала всё сама и слишком рано узнала. Всё испортила. Мы думали посвятить тебя в наши увлечения после рождения мальчика, который привязал бы тебя к семье. — Лёша стал нежно гладить жену по бёдрам. — Очень жаль.
— А я говорил, что она не овца. — Григорий покачал головой. — Но когда молодые родителей слушали? Тебе нужна жена из семьи алкашей или сирота, чтобы пикнуть не смела. А не высокомерная сучка.
Алексей рывком поднялся и отошёл к окну.
— Там поп только что подъехал. Как думаете, сколько у нас времени?
— Пока отпоют, пока похоронят… Даже если хозяева вернутся сразу после кладбища, у нас минимум час.
— Лёша отвернулся от окна и хищно улыбнулся:
— Мать, иди, собери её и мои вещи.
Григорий подмигнул невестке и стал расстёгивать рубашку.
Анюта поняла, что с ней сейчас будут делать. И закричала.
* * *
Леся сидела на шкафу и с интересом наблюдала за людишками. Было очень познавательно. Кикимору не слишком волновала судьба девушки. Главное — уничтожить родственников. Нечисть всё не могла придумать, как именно.
Несколько дней назад она просто хотела повредить котёл и отравить всех обитателей гостиницы угарным газом. Но Якуб воспротивился — тогда
