голос был мягким, но решительным:
— Не стоит переживать. Что такое «настоящая война», мне известно не понаслышке. Тем более, я не планирую долго находиться на фронте. Ну и напоследок, с вами остаются не только Максим со Стёпой, но и большая часть моих людей.
Степан нахмурился, его губы сжались в тонкую линию. В глазах друга читалось недовольство, но он сдерживался:
— Если ты думаешь, что я останусь здесь, то ошибаешься. Мы поедем вместе.
— Ты сам говорил, что нам придётся так или иначе пройти армию, — следом же вмешался в разговор Максим.
— А за домом кто присмотрит, за девочками? — нахмурился я, принимая слова друга.
— Я предлагаю вернуть всех в Тюмень. Там сейчас явно безопаснее, чем здесь, — без долгих раздумий отозвался Стёпа.
Белорецким эта идея, судя по их виду, явно не особо понравилась, но и оставаться здесь, в одиночестве, их тоже не прельщало. Ну а то, что девушек никто не отпустит и не возьмёт с собой на фронт — было для всех и так очевидно. И меня очень порадовало, что не последовало никаких театральных забастовок и киношных возражений по поводу озвученных решений.
— Если вы все уедете, то мы можем забрать Вику и Машу с собой, — первой нарушила тишину Алина. — Насть, поговори с отцом — если что, тебя тоже с радостью возьмём.
— Ладно, раз на удивление всё так легко и просто решилось, — продолжил я, отметив лёгкий кивок Воронцовой, — надо ужинать и начинать действовать, — бросив взгляд в сторону кухни, я добавил: — Кстати, несколько тёмных останутся с вами для связи и помощи в случае экстренной ситуации. Рикс, покажись.
За моей спиной материализовался демон, слегка склонив голову в знак приветствия. Его появление кратковременно сместило фокус внимания присутствующих.
— Связь со мной через него. С собой я беру только Святогора и четвёрку бойцов из охраны. Ну и вас, господа-товарищи, — оглядев сидевших напротив друзей, закончил я.
Комната вновь погрузилась в тишину. Все переваривали услышанное. Я оглядел лица друзей и родных, чувствуя в них смесь беспокойства и настороженности, но сам в озвученных новостях ничего страшного не видел — куда опаснее мне представлялась предстоящая битва с князем Наумовым, а не с армией дикарей, прорвавшихся через наши границы.
* * *
Лес застыл в безмолвии, покрытый белым покрывалом снега, словно время здесь остановилось. Высокие ели тянулись к серому небу, а лёгкий ветер колыхал их вершины, нарушая мёртвую тишину едва слышным шорохом. В этой тишине, на поляне среди густого леса, стоял одинокий человек. Его фигура, одетая в чёрное пальто, выделялась на фоне белоснежного пейзажа. Лицо оставалось скрытым тенью, которую отбрасывала крона рядом стоявшего дерева, но глаза — требовательные, хищные — сверкали под бровями, изучая фигуру перед собой.
На снегу перед ним стоял Ваал. Демон, материализовавшийся из тёмного дыма, опустился на одно колено, едва касаясь земли. Его голова была покорно склонена, руки лежали на колене. Тёмные глаза скользнули вверх, встретившись с холодным взглядом человека, но сразу же вновь опустились. Его губы шевельнулись, и голос, выражающий смесь страха и преклонения, разорвал тишину:
— Господин, я здесь, чтобы доложить.
— Слушаю, Ваал, — низко и хрипло бросил в ответ мужчина.
— Вы, наверное, уже знаете, что всё пошло не по нашему плану. Битва под императорским дворцом обернулась позором для армии сопротивления. Они потерпели поражение и едва успели отступить, избегая полного разгрома.
Демон сделал короткую паузу, ожидая реакции, но человек не выказал ни малейших эмоций. Только его голова едва заметно наклонилась, словно предлагая продолжать.
— Князь Наумов… — Ваал сжал кулаки, — он нерационально тратит ресурс! Он бросал силы без расчёта, действовал с излишней самоуверенностью, полагая, что способен всех переиграть. Итог оказался предсказуемым: мы с позором бежали. И если бы не моя помощь, нас бы окончательно похоронили под стенами дворца.
Голос демона стал чуть громче, но в нём угадывалось нечто похожее на горечь. Он поднял голову снова, глядя на стоящего перед ним человека, но тут же опустил взгляд:
— На моих глазах сын Наумова был тяжело ранен. Судя по всему, он уже мёртв. От элитных отрядов, с таким трудом переброшенных под стены крепости, сейчас мало что осталось. Но… — демон недовольно качнул головой, — нам удалось перегрузить защитный барьер дворца и пробить его. Мы показали миру, что это возможно. Конечно, свою резиденцию враги могут и восстановить, если им это позволить, но сам факт прорыва — это успех. Однако на этом все достижения фактически и заканчиваются. Если армии наших союзников вне империи, рвущиеся в эту минуту к столице, не выполнят свою задачу, у мятежников, на мой взгляд, не останется никаких шансов. При текущих раскладах, естественно. И без вашего вмешательства, господин.
Человек стоял неподвижно, но его взгляд становился всё более тяжёлым, прожигая демона насквозь. Ваал, чувствуя нарастающее напряжение, продолжил говорить, теперь уже быстрее:
— Господин, я вынужден отметить, что князь Наумов оказался неудачной кандидатурой. Он плохо управляем, слишком самоуверен и постоянно считает себя умнее всех. Именно благодаря его твердолобости, Черногвардейцев остался жив и сумел нам во многом помешать.
Резкий звук, будто кнут рассёк воздух, оборвал его речь. Мужчина шагнул вперёд, его голос прозвучал холодно и бескомпромиссно:
— Твои мысли о кандидатурах никого не интересуют. Твоё дело — выполнять приказы, а не рассуждать. Понял?
Ваал замер, а затем поспешно опустил голову, пряча взгляд в снегу:
— Прошу прощения, господин.
Тишина вновь окутала поляну. Человек продолжал смотреть на демона, а затем, с лёгким вздохом, произнёс:
— Что с твоими силами?
Ваал поднял голову, но не осмелился смотреть прямо. Его голос звучал тише, чем прежде:
— Господин, у меня почти не осталось бесов. Большая часть погибли в битве.
Мужчина прищурился, его глаза блеснули недовольством. Он сделал ещё один шаг вперёд, заставив Ваала отшатнуться. Его голос был ледяным:
— Ты фактически полностью просрал свою армию и смеешь при этом критиковать других командиров?
Демон сжался, его плечи опустились. Он быстро пробормотал:
— Прошу прощения, господин. Там всё было не так… Я…
Человек остановил его жестом, подняв руку. Его голос стал чуть мягче, но всё ещё оставался строгим:
— Ещё одна ошибка, и я найду на твоё место более способного полководца. Того, кто сможет нормально управлять армией, а не сливать её в бездумных атаках.
Ваал кивнул, его голова оставалась склонённой:
—
