ударить только по промышленности, не задев мирное население, было кое-как возможно на других планетах — но абсолютно нереально на Эриаду. Да, планы Аккорда должны были многое изменить здесь. Но они были рассчитаны на пять лет, а некоторые элементы — даже на десять. Если бы атака случилась год назад, потери от уничтожения инфраструктуры составили бы не менее пяти миллиардов. Если бы через четыре года — они бы не превысили десяти миллионов человек. Сейчас они бы составили примерно полтора миллиарда.
Но импульсы, выпущенные с «Неустрашимых», ударили только по турболазерным установкам и батареям, уничтожая лишь то, что могло вести с планеты ответный огонь. Причём ударили хирургически точно — разлёт квазиплазмы был ничтожен, уже в пятидесяти метрах от точки попадания мог выжить человек.
И сразу после этого заговорили чуть ли не все приёмники на поверхности планеты:
— Говорит адмирал Траун, Альянс за восстановление Республики. Прошу всех выслушать очень внимательно, так как от этого зависят ваши жизни. Губернатор Таркин, вы меня слышите? Нашей целью является промышленность Эриаду, используемая вами в преступных целях. Мы готовы уничтожить её любой ценой, даже если это повлечёт большие потери человеческих жизней. Однако, поскольку особое расположение инфраструктурных объектов на Эриаду затрудняет отделение мирных объектов от военных и военного назначения, я предлагаю вам компромисс. Я готов передать вам список целей, выбранных для уничтожения, и предоставить двенадцать стандартных часов для их эвакуации. Однако взамен я тоже кое-что у вас попрошу. Отзовите «Победы», которые сейчас идут к Эриаду. Вы знаете, что они вам не помогут. Если они выйдут из прыжка на расстоянии менее половины светового года от планеты, я нанесу массированный удар немедленно и отступлю в гиперпространство. Эти двенадцать часов нужны не мне, Таркин. Я своё и так получу. Они нужны вашему народу.
«Ага, как же», — мысленно хмыкнул гранд-мофф. Он прекрасно понимал смысл манёвра с переговорами. Чисс был не только хорошим тактиком, но и психологом. Он знал характер Уилхуффа в частности и клана Таркинов в целом. Он понимал, что они никогда не пойдут на переговоры с террористами и не дадут врагам Империи и Сесвенны ни малейших поблажек. А значит, гибель полутора миллиардов под турболазерным огнём окажется на их совести — во всяком случае, в глазах общественности. С повстанцев же будет снята не только вина за эту бомбардировку, но и в комплекте с ней — за предшествующую. За ракетный удар, в котором погибло почти тридцать миллионов человек. В конце концов, это были сопутствующие потери, а не намеренный удар по гражданским.
— Дайте мне прямую линию на передатчики планеты, — приказал он.
— Предводитель мятежников, называющий себя Трауном. С тобой говорит гранд-мофф Уилхуфф Таркин. Ты, конечно, можешь разбомбить планетарную индустрию, если хочешь. Это для экономики сверхсектора будет неприятно, но не смертельно — менее трёх процентов от общих производственных мощностей, которые я восстановлю за полгода. Но я могу предложить тебе кое-что получше. Я знаю, что ты пришёл за мной. Вся Эриаду для Империи — а значит и для тебя — менее ценна, чем одна моя жизнь. Но ты допустил ошибку — меня на Эриаду сейчас нет. Я нахожусь на борту линейного крейсера, который на максимальной скорости идёт сейчас в эту систему. Если ты воздержишься от бомбардировки до моего появления, я отзову «Победы». Сразимся один на один — весь твой флот против единственного моего корабля. Это твой шанс нанести настоящий, а не показательный вред Империи.
Теперь уже в репутационной ловушке оказался Траун. У него было три варианта действий — и все три одинаково неприятных.
Разбомбить Эриаду в шлак, не исключая и бункер Таркинов, где скрывается Таласса с ребёнком, и уйти? Одобрят повстанцы, одобрит Император, но не поймёт население Галактики, в глазах которого чисс навсегда останется мясником похуже Со Герреры.
Нанести точечный удар по бункеру Таркинов? Одобрит Император, поймёт население Галактики, но совсем не одобрят повстанцы, которые увидят, что их кинули в почти безнадёжную бойню ради личной мести гранд-моффу, а не для нанесения чувствительного вреда Империи.
Принять вызов Таркина и не бомбить Эриаду вообще? Одобрят повстанцы, поймёт население Галактики, но совсем не одобрит такого финта Император, который дал вполне чёткие указания — Таркин должен семью потерять.
И всё же чисс выбрал третий вариант. Потому что легче найти способ оправдаться перед Палпатином за провал текущего, сиюминутного задания, чем всей долгосрочной миссии по созданию Восстания. Его не затем внедряли к мятежникам, чтобы убить одну женщину и одного ребёнка. В этого «крота» вложена масса ресурсов, и Император не так глуп, чтобы пожертвовать ими из-за одной ошибки. Ну и кроме того, если Лорд Ситхов уже настолько спятил, что аргументы по поводу долгосрочных планов его не удержат — при сохранении как общественной поддержки, так и симпатий в Восстании у Митт-рау-нуруодо всегда оставался путь отступления — стать «честным мятежником» и начать воевать с Императором уже всерьёз.
Ну и наконец, если он победит в предстоящем сражении, то сможет достичь сразу трёх целей — и Таркина уничтожить, и Эриаду разбомбить без больших человеческих жертв (ведь эвакуация уже идёт), и семью его прихлопнуть мимоходом, вмазав по бункеру. В Восстании его после этого на руках носить будут.
Да, конечно, Император и при таком раскладе будет недоволен. С мёртвым Таркином ему будет совершенно наплевать на Талассу — она всего лишь инструмент влияния, сама по себе никакой ценности не имеет и никакой опасности не представляет. Но формально его задание будет выполнено — он ведь не объяснял Трауну, ЗАЧЕМ конкретно нужно убрать эту парочку. В мире Аккорда это называли «Итальянской забастовкой», а в мире Таркина — «Забастовкой дроидов» — саботаж полученных приказов путём строжайшего, дословного их выполнения. Очень даже в стиле Трауна.
Но такой большой подарок чиссу Таркин делать не собирался.
«Визитёр» сейчас нёс два «прицепа». Сверхтяжёлую ионную пушку и огневой модуль на 120 тяжёлых и 120 обычных турболазеров (15 батарей по 8 стволов каждого типа). Таким образом, совокупный «вес» его носового турболазерного залпа был примерно равен тридцати двум «Неустрашимым». Очень неплохо… только их-то две сотни. Плюс личный «Имперский» Трауна, плюс четыре «Аккламатора-2», плюс «Морды», как он прозвал корабли неизвестной конструкции.
Если они будут подходить по одному или небольшими группами, «Визитёр» их преспокойно разжуёт без особого труда. Но Траун не такой дурак, чтобы не суметь сконцентрировать залп. Сразу после появления линейного крейсера он начал стягивать свои силы в ударный
