углу.
— Смотрите.
Я поднёс клинок к медведю, и лезвие вспыхнуло зелёным кристаллом. Ветераны ахнули.
— Охренеть… — прошептал Глазок. — Это что за артефакт?
— Это биомеханика. Внутри — компоненты из Кристальных Жнецов. При контакте с аурой химеры металл меняет структуру, становится твёрже алмаза и начинает вибрировать на частоте, разрушающей органику монстров.
Я повернулся к Кабану.
— Ты жаловался, что броню броненосцев твоя дубина не берёт? Вот эта «зубочистка» прошьёт её насквозь. Ну, и почти любую другую броню тоже. Плюс, раны от него не заживают. Регенерация тварей блокируется токсином, который запечатан в металле.
Кабан посмотрел на нож в своей руке уже с совсем другим выражением.
— Беру свои слова обратно, командир. Походу, отличная вещь!
— Разбирайте, каждому по одному. Это ваше личное оружие «последнего шанса». Когда патроны кончатся, а тварь будет висеть на шее — эта штука спасёт вам жизнь.
Ветераны разобрали клинки. Они вертели их, проверяли баланс, подносили к своим питомцам, наблюдая, как сталь превращается в кристалл. Теперь они были похожи на детей, которые получили новые крутые игрушки.
— Надо бы опробовать, — задумчиво произнёс Седой, пробуя лезвие пальцем, — на деле. Не на манекенах же тренироваться.
— Согласен, — кивнул я. — Теория без практики мертва. Нужно полевое испытание.
Я подошёл к карте, висевшей на стене.
— Я тут подумал… А не сгонять ли вам ещё раз на Чёрное озеро? Всё-таки я планирую там построить базу. Но место гнилое, тварей много, фон нестабильный… Нужно основательно зачистить периметр.
Я обвёл маркером зону вокруг озера.
— Это и будет ваш полигон. Отработаете взаимодействие, проверите новые ножи, а заодно подготовите будущую площадку для строительства. Как вам план?
— Дело, — одобрил Беркут. — Давно пора там порядок навести. А то место хорошее, а контингент — сплошное зверьё.
Мы уже начали обсуждать детали операции, — когда послышался знакомый, пробирающий до костей звук сирены. Протяжный вой накрыл город, отражаясь от стен домов.
— Испытания отменяются? — спросил Кабан, уже застёгивая разгрузку.
— Наоборот, — я хищно улыбнулся. — Озеро подождёт. Кажется, полигон для испытаний пришёл к нам сам.
Судьба, ну или Многомерная Вселенная явно не хотела, чтобы мы скучали.
— Это знак, парни. Ножи в ножны, химер к ноге. Поехали тестировать обновки. И покажем этим тварям, почему не стоит лезть в наш город без приглашения.
День обещал быть интересным.
Глава 14
Мы выбежали на улицу, приготовившись к встрече с буквально любым противником. Оружие у всех наготове, глаза горят, адреналин в крови бурлит…
Но вокруг только тишина — ни монстров, ни криков, ни взрывов… Только обычная городская суета — машины как всегда куда-то едут, редкие прохожие спешат по своим делам…
— Не понял, — пробасил Беркут, опуская ствол карабина. — А где война и всё такое?
— Может, ложная тревога? — предположил Костыль. — Закоротило что-то у них на пульте?
— Слишком часто у них «коротит», — хмуро заметил Седой. — То в промзоне, то в центре… Такое ощущение, что кто-то специально прощупывает город, тыкает горящей палкой в муравейник.
Я нахмурился. Моё чутьё молчало, но это спокойствие мне не нравилось, потому что было каким-то… ну, неправильным что ли.
И тут округу оглушил новый сигнал — ещё более вибрирующий, бьющий прямо в диафрагму.
— Ёлки-палки… — скривился Шквал, затыкая уши, — Гудок как у океанского лайнера, когда он тонет и подаёт сигнал бедствия…
Ветераны переглянулись. Их лица, только что выражавшие непонимание, мгновенно посерьёзнели.
— Твою ж дивизию… — выдохнул Беркут. — Вот это уже плохо!
— Что это? — спросил я. — Я такой мелодии в плейлисте городской тревоги не помню.
— Это «Чёрный Код», командир, — мрачно ответил он. — Сигнал тотального прорыва. Это значит, что город атакуют сразу в нескольких местах.
Я полез в карман за телефоном. В памяти всплыла информация, которую я поглотил вместе с литрами кофе, изучая местные регламенты. «Сигнал множественного проникновения» используется, когда угроза исходит не с одного направления, а отовсюду.
Я открыл карту города в приложении экстренных служб. В северном районе горела красная точка. Через секунду загорелась вторая — на юге. Третья — в центре. Четвёртая, пятая… Красные круги расходились по карте, как оспины на теле больного.
— Это не прорыв, — констатировал я, — а спланированное вторжение.
— Командир! — Глазок ткнул пальцем в свой смартфон. — Смотри! Ближайшая точка прорыва всего в двух кварталах от нас, на улице Садовой!
— Мы успеем, — кивнул Беркут, передёргивая затвор. — Дворами срежем.
— Стоять, — я поднял руку. — Сначала мне нужно сделать звонок.
Я набрал Валерию. Трубку сняли мгновенно.
— Вик? Ты слышишь этот звук? Это же…
— Слышу. У вас как?
— У нас тихо. Псих ходит кругами, рычит на дверь. Но пока никого.
— Это хорошо. Слушай меня внимательно. Позови Рядовую.
— Она здесь, рядом.
— Передай ей приказ. Пусть немедленно выдвигается в район приюта «Надежда». Там сейчас будет жарко. Скажи ей: ограничений нет, пусть не сдерживается и работает в полный контакт. Но… пусть работает чисто, чтобы никаких свидетелей её… особенностей. Капюшон, маскировка, все дела… Поняла?
— Поняла… — голос Валерии дрогнул. — Передам. А Псих?
— Псих пускай остаётся в клинике. И ещё… у тебя есть резерв.
— Ты про…
— Да, про хомяков.
— Вик… а что, если их сожрут? Они же маленькие…
— Не сожрут. Лера, ты же видела их в деле. Скажи им, что я разрешаю не сдерживаться. Полная свобода действий по защите объекта.
— Хорошо… — неуверенно произнесла она. — Сейчас скажу.
Я слышал, как она отвернулась от трубки и крикнула:
— Эй, мелкие! Босс сказал, что вам можно всё!
И в следующую секунду из динамика донёсся такой пронзительный, радостный и кровожадный визг, что мне пришлось отодвинуть телефон от уха. Это был не писк испуганных грызунов, а боевой клич маленьких берсерков, которых наконец-то спустили с цепи.
Я улыбнулся. Эти пушистые диверсанты всё это время играли роль милых питомцев, чтобы не травмировать психику Валерии. Бегали в колесе, ели с рук, позволяли себя тискать… А внутри у них бурлила жажда деятельности. Им, вообще-то, по приколу было притворяться дурачками, но убивать они любили ещё больше.
— Слышишь? — спросил я. — Они рады. Закрывайтесь и ждите.
Я сбросил вызов и повернулся к своему отряду.
— Ну что, выдвигаемся. Соседям нужна помощь.
Мы бежали по переулкам. Звуки боя становились всё громче — выстрелы, крики, треск ломаемого дерева и стекла… Выскочив на широкую улицу, мы увидели поле битвы.
Твари были везде. Это были прямоходящие ящеры — вараны-переростки, покрытые толстой бугристой кожей серо-зелёного цвета. Мощные хвосты, мускулистые задние лапы, позволяющие совершать гигантские прыжки, и передние конечности с длинными когтями, которыми они орудовали, как крючьями.
И они не просто бегали по улице,
