благо Ивану долго не пришлось искать старших братьев, они быстро обнаружились во дворе перед теремом.
— Рад видеть вас всех в добром здравии!
Сыновья поклонились отцу.
— С сегодняшнего дня ваши испытания закончены, и покуда я решаю, кто из вас троих достоин трона Тридевятого царства пора нам честным пирком да за свадебку собраться. — он окинул царевичей тёплым взглядом, предвкушая всеобщее веселье. — Подготовкой к пиру я сам лично возьмусь, а вы отдыхайте, хорошо потрудились на последнем испытании! — похвалил их царь.
— Значит ли это, что в последнем испытании нет победителя? — осторожно спросил Василий.
— Именно так. — согласился с ним Берендей. — До меня дошли слухи, что вы с Сергеем сделали всё, что могли для крестьян из затопленных деревень. От лица всего Тридевятого царства благодарю вас.
— Чем же занимался Иван, покуда мы в поте лица трудились на наводнённых территориях? — спросил Сергей, взглянув на младшего брата. — До нас дошли слухи, что давеча ты утонул в Иволге.
— Я был занят изучением корня проблемы. — туманно отозвался тот.
— И что? Нашёл его? — с усмешкой спросил Василий.
— Раз река вновь вернулась в прежнее состояние, то, стало быть, нашёл.
— И в чём же была проблема? Просвети нас.
— Она была на дне.
— Да ты издеваешься, Иван!
— Немедленно прекратите ссориться. — устало попросил их Берендей. — Лучше потратьте свои силы на подготовку к свадьбам, помогите своим невестам в сборах да насладитесь последними деньками холостяцкой жизни.
— Будет исполнено, царь-батюшка. — усмехнулся Василий, уж он-то планировал вкусить радость своей холостяцкой жизни сполна, а после продолжать то же беззаботное веселье, но уже в другом статусе.
— Ступайте, и чтобы больше никаких раздоров! Вы трое должны стоять друг за друга горой, а не грызться как малолетние мальчишки. — наказал им отец.
Впрочем, его наставления в этот раз все пропустили мимо ушей. И дураку было понятно, что между братьями давно чёрная кошка пробежала, Берендей просто отказывался замечать очевидное. Однако царевичи покорно поклонились отцу, решив лишний раз не расстраивать его своими стычками, и поспешили покинуть горницу, планируя не пересекаться друг с другом до дня общей свадьбы.
* * *
В светлице собрались красны девицы, все они с малых лет знали Марфу да Ольгу, которым многие в тайне завидовали — надо же таких женихов смогли себе ухватить да не абы кого, а самых настоящих царевичей. В воздухе витал сладкий аромат сахарной глазури на свежеиспечённых печатных пряниках, наливных яблок и хвойного дерева, исходящий от горящих лучин.
— Ох и чудесные у вас свадебные наряды! И богатые ткани, и вышивка, ну, что за прелесть! — нахваливала подготовленные свадебные облачения одна из подружек невест.
— Да, точно вам обеим под стать, затмите своей красой любую на свадьбе! — вторила ей другая.
— Вы нам льстите. — отмахнулась Ольга. — Подумаешь ткань дорогая, да любая может зайти к купцу Афанасию да прикупить себе понравившуюся.
— Ох, Ольга Всеволодовна, у Афанасия цены больно кусачие… — покачала головой дочь придворного конюшего.
— Папеньке для меня ничего не жалко. — улыбнулась Марфа. — А твоему нужно больше жалование себе выбить, или найди наконец себе жениха богатого! Вон, у боярина Тихомира недавно жинка преставилась, могла бы и утешить его как подобает, глядишь, он тебя в жёны возьмёт.
— Да как же можно? — удивилась скромная девушка, теребя в руках кончик светлой косы. — Горе такое у человека, да и я ему в правнучки гожусь.
— Стрепится-слюбится. — отмахнулась Марфа. — Покуда у тебя сарафан новый, какая разница кто его покупает.
— Хорошо вам говорить, вы-то замуж за царевичей выходите.
— Думаешь, это было так просто? — начала заводиться будущая царевна, но Ольга больно наступила ей на ногу.
— И на твоей улице будет праздник, Алёна. — поддержала она девушку. — А сейчас давайте начнём косы расплетать. Поздно уже, хочется выспаться перед завтрашними обрядами.
— А где Василиса? — подала голос доселе молчавшая дочка одного из воевод. — Разве она не должна была к девичнику присоединиться?
— Мы звали Василису, но она сама идти отказалась.
— Я слыхала, что она прямо в покоях Ивана-царевича живёт…
— Да ну брешешь! Где это видано, чтобы девка до свадьбы с женихом жила?
— Вы слышали что-нибудь об этом?
— Да, я даже сама как-то видела, что она ночью из его горницы выходила. — подтвердила сплетни Марфа.
— Да как же… Выходит не чиста она уже?
— Кто её знает…
— Не ожидала я подобного от Ивана-царевича.
— А от кого ожидала? От моего жениха? — нахмурилась Ольга.
— Ну, что вы Ольга Всеволодовна, я слухам всяким не верю. — помотала девица головой.
— Ну-ну. — недоверчиво протянула Ольга. — Так я вам и поверила.
— Не важно, что все говорят, Ольга. — похлопала её по плечу Марфа. — Завтра мы станем царевнами, и ежели какие слухи нам не понравятся, то мигом подрежем их распространителям язычки.
Девушки в светлице опасливо замолкли, а Марфа расхохоталась.
— Ну, чего вы? Испугались что ли?
— Смешно шутить изволите. — недоверчиво улыбнулась одна из девушек.
— Ладно, пора с этим заканчивать. Что там нужно? Ах, да… Косу расплести. — устало призвала всех к порядку Ольга, ей уже давно надоело слушать шумных девиц.
— Позвольте мы начнём. — заторопились девушки, усаживая будущих царевен на лавку.
Комната наполнилась тихой песней, провожающей сегодняшних невест в замужнее будущее. Гребешок легко бежал по девичьим локонам, струящимся по спине, осторожно расчёсывая их. Одна коса сменилась сложной причёской вокруг головы, туго скреплённой белыми лентами. Собравшиеся выстроились перед подругами с довольными улыбками оценивая проделанную работу.
— Теперь вы готовы замуж выходить. — подвела итог одна из девушек, остальные закивали, поддерживая её слова.
— Хорошо, а теперь подите вон. — попросила всех Марфа. — Завтра на свадьбе увидимся.
Девицы поспешили покинуть светлицу, а Марфа подошла и закрыла за последней дверь на засов и устало опустилась рядом с Ольгой.
— Помнишь, как в детстве мы мечтали о замужестве? — спросила она, взяв подругу за руку.
Ольга слегка улыбнулась тёплым воспоминаниям.
— А когда подросли гадали на суженого-ряженого.
— Хорошее было время…
— Как грустно, что мы живём не в сказке, Ольга. — Марфа тяжело
