нечто само собой разумеющееся. Некие пространственные коридоры, переносящие из одного мира в другой, перестали быть чудом.
Мысли были полностью поглощены вариантами действий после переноса, когда что-то отвлекло. Оторвавшись от своих размышлений, я обратил внимание на реальность.
Только в этот момент я ощутил то, что раньше не замечал. Я перемещался словно подхваченный потоками энергии. Вокруг же клубилось нечто бесконечное, а оттого пугающее. Это была какая-то бездна…
Несмотря на ускоренное сознание, перенос не занял много времени. Я лишь успел сконцентрировать внимание, как всё закончилось. Вспышка света от разрываемого пространства — и я вновь оказался в привычной реальности, хоть и чужого мира.
Взгляд зацепился за покрытые копотью валуны, которые я немедленно использовал как укрытие. Заняв хоть какое-то убежище, я изучил округу.
Убедившись, что меня никто не спешит убивать, я осмотрел округу. Первым делом отметил что-то среднее между перевалочной стоянкой и военной базой. Она находилась ближе к другой части портала.
Там, где я сейчас укрылся, местность пустовала, что неудивительно. Пейзаж вокруг представлял из себя изрытую кратерами выжженную поверхность. Застывшая магма растрескалась и разошлась, превращая местность в непроходимую.
Именно так выглядело место, где когда-то находился храм малого пантеона. Одна атака божка превратила местность в выжженный пустырь.
Но военная база была не всем, и даже не основным. Совсем низко, примерно в полукилометре над землёй, застыли два титана. Вблизи парящие крепости выглядели ещё более грозно и монументально. Из-за своих размеров и небольшой высоты они буквально занимали полнеба, погружая всю округу в тень.
«Их одних достаточно, чтобы положить остатки защитников Альфира на лопатки, — подумал я. — Но, похоже, они слишком ценные. После потери одной Божок приберег остальные».
Мысли перешли в деловое русло. Благо память жреца помогла мне зайти сюда незамеченным, а данные о положении войск не успели утратить актуальность. Благодаря этому я имел пару мгновений на передышку, но больше дожидаться было нельзя. В воздухе ощущалось рассеянное внимание сверху. Зависшие над головой крепости могли меня заметить.
«Тактику ложнобога обкатали, — подумал я. — Теперь пора использовать её всерьёз».
Храм, что я приметил как цель, находился в нескольких тысячах километров. Не мог же я, как тот самый хоббит, отправиться в путешествие на пару месяцев. Нет, для того чтоб сделать необходимое, у меня были считанные часы. Поэтому, чтобы успеть вовремя, единственным способом было использовать помощь и возможности местной цивилизации.
* * *
Тысячник Тириус шагал вдоль строя, придирчиво оглядывая каждую шеренгу. Перед новым боевым походом он всегда делал это лично, не перекладывая на подручных офицеров.
Такова была традиция семьи потомственных военачальников, передающаяся от отца к сыну. По поверьям она приносила удачу, и судя по тому, что их род не прервался, в этом что-то было.
Несмотря на немолодой возраст, острый взгляд военачальника зацепился за незначительную деталь на плече одного из воинов. Тириус остановился.
Под его тяжёлым взглядом воин сжался. Сквозь прорези шлема можно было видеть, как на его лбу проступил пот.
— Я бы не доверил этому ремню держать даже своё исподнее, — вкрадчиво произнес Тириус. — Видимо, мои яйца тяжелее всех твоих припасов?
Говоря это, он резко дернул за вещмешок, отчего раздался сухой треск иссохшего ремня. Боец втянул голову в плечи. Послышались едва слышные смешки.
— Виноват, господин Тириус, — ответил он. — Исправлю немедленно!
— Даю тебе времени столько, за сколько наш кладовщик справляет нужду, — произнёс он, — А так как бегает до ветру он часто, то и ссыт недолго.
Солдату второй раз напоминать не пришлось. Он исчез, оставив после себя лишь порыв схлопнувшегося воздуха.
Тириус же мысленно запомнил дать хорошего пинка вышеупомянутому кладовщику. Он дал ему задание поменять всю экипировку. А когда его приказы не выполняются, Тириус раздражался. Обычно за это кто-то получал плетей.
Не став дожидаться возвращения подчиненного, он отправился дальше. Строй тянулся через импровизированный плац, устроенный прямо на застывшей лаве. Палатки, где они отдохнули после марша, были размещены здесь же. Тириус со своими силами прибыл ещё ночью. По слухам, в ближайшее время их должны были направить в портал.
Подумав о последнем, он невольно оглянулся на пылающую светом червоточину. Несмотря на пугающий вид, две парящие крепости, накрывая округу тенью, внушали уверенность. Под этой тенью Тириус чувствовал себя спокойно.
«Хорошее время, — размышлял он, шагая мимо застывших солдат. — Пожалуй, лучшее из всех, что я застал».
Тириус успел поучаствовать в религиозных войнах и помнил, каково это — сражаться с теми, кого знал лично. Когда интересы божественных владык пересекались, смертные горели в их распрях, погибая в бесчисленных количествах.
Какими бы ужасными ни были враги из этого чужого Пути, их появление сослужило добрую службу их миру. Перед появлением внешнего врага все внутренние споры и конфликты потеряли свою остроту и быстро затухли. Теперь их мир был по-настоящему един.
Тириус был уже не мальчиком и понимал, что божественные владыки могут ошибаться. Иногда их снедают эмоции не хуже, чем смертных. Но в одном он был уверен точно — перед их единой волей ни единый враг не выстоит.
«Удачный поход, и можно просить у храма надел на столичных территориях, — отметил он. — А это уже уровень высшей знати!»
От мыслей отвлекло нечто любопытное. Со стороны внешних границ лагеря двигался отряд его бойцов, назначенных на патрулирование территории. Шли в особом построении: десяток солдат плотным кольцом, ощетинившись оружием. Опытный военачальник сразу же понял, что к нему ведут кого-то под конвоем. Это лишь усилило интерес.
Пока они подходили ближе, Тириус рассмотрел фигуру в тёмных одеяниях. Пленнику почему-то позволили скрывать лицо, что запрещал устав. Интуиция уже говорила, что происходит что-то необычное.
Когда конвой остановился, вперёд вышел назначенный командир патруля. Глянув ему в лицо, Тириус успел заметить, что тот бледен, будто что-то его смертельно напугало.
— Господин тысячник, — выдавил он. — Задержали у кромки лагеря… Вернее, он сам распорядился сопроводить…
Он ещё что-то мямлил, но Тириус уже сконцентрировал внимание на госте. То, что это именно гость, а никакой не конвоируемый, было понятно сразу. Окружавшие его солдаты жались по краям, желая отойти как можно дальше. Казалось, незнакомцу стоит дёрнуться — и все они в ужасе разбегутся.
Тириус ощутил раздражение. Его солдаты вели себя как какие-то курсанты при встрече с боевым офицером, а не псы войны, коими и являлись.
Он хотел уже было приказать поставить незваного гостя на колени и открыть лицо, как в один момент на него навалилось незнакомое чувство. На мгновение всё вокруг перестало существовать — был только Тириус и стоящий напротив него незнакомец.
Вспышка золотого
